Из ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ф.Могерини, Москва, 24 апреля 2017 года

Вопрос (адресован С.В.Лаврову и Ф.Могерини): Поднимались ли на переговорах вопросы взаимных санкций, а также перспективы системной ревизии отношений между Россией и ЕС? С таким предложением еще год назад выступала российская сторона. Официальные лица Украины не скрывают того, что нынешний состав Рады не будет рассматривать законы, необходимые для полного выполнения Минских договоренностей. Обсуждает ли Ф.Могерини эту проблему с Киевом? Возможно ли частичное снятие санкций еще до полного выполнения Минских договоренностей, в случае прогресса в их выполнении?

С.В.Лавров: Во-первых, как сказала Ф.Могерини, мы едины в том, что вчерашний инцидент недалеко от линии соприкосновения в Донбассе должен быть тщательно, быстро и полностью транспарентно расследован. Кто бы ни был виновен в данном инциденте, этот человек или люди должны быть привлечены к ответственности. Мы еще раз выражаем соболезнования американским коллегам, потерявшим одного из своих граждан, и желаем скорейшего выздоровления тем, кто был ранен в ходе этого эпизода. Повторю, у нас единое мнение, что здесь нужно собрать все факты и не допустить, чтобы и эта трагедия стала поводом для политических спекуляций.

Что касается санкций, то эта тема всплывала в нашей беседе. Как вы знаете, мы сами не затрагиваем этот вопрос, но он всплыл неизбежно, потому что, как вы справедливо заметили, это является частью тех искусственных проблем, которые накапливаются в наших отношениях с Евросоюзом. Ф.Могерини озвучила интересный нюанс, сказав, что ЕС выступает за то, чтобы Минские соглашения выполняли все. Это включает, как вы понимаете, Правительство в Киеве, ополченцев Донбасса в Донецке и Луганске, Европейский союз, потому что Германия и Франция, по большому счету, действовали от имени ЕС, тем более, что все эти договоренности были одобрены в СБ ООН. Если эти договоренности должны выполняться всеми, то, наверное, обязанность России сделать так, чтобы Луганск и Донецк, чьи подписи стоят под Минскими договоренностями, конструктивно и в полной мере выполняли свою часть обязательств, а ФРГ и Франция должны обеспечить, чтобы то же самое делало украинское правительство. Мы стремимся добросовестно выполнять свою часть работы, но, к сожалению, Киев уходит от прямого диалога с Донецком и Луганском, хотя это черным по белому записано в минских документах.

В свою очередь мы обсуждали то, как наши европейские коллеги работают с Киевом. Если Ф.Могерини захочет, то расскажет, какие усилия предпринимают в Брюсселе для того, чтобы Киев выполнил свои обязательства. Если позиция ЕС заключается в том, что все должны выполнять свою часть обязательств, то возникает вопрос, почему санкции вводятся только против России? Очевидный саботаж киевским руководством всего, что написано в минском документе, должен встретить какую-то реакцию со стороны тех, кто покровительствует этому правительству.

Поскольку Ф.Могерини произнесла слово «Крым», в скобках упомяну, что Крым является частью Российской Федерации в полном соответствии с волеизъявлением народа Крыма. Я не слышал, чтобы ЕС оспаривал заявления, которые делали многие премьер-министры Великобритании, когда речь заходила о Фолклендских (Мальвинских) островах. Постоянно, когда к Великобритании адресовалась резолюция ГА ООН, гласящая, что Аргентине и Великобритании необходимо сесть за стол переговоров, ответ из Лондона был один – никто не может оспаривать право народа Фолклендских островов на  самоопределение. Мы просим минимум такого же отношения к куда более близкому России народу Крыма.

Что касается ревизии отношений между Россией и ЕС, то мы предложили не столько провести ревизию, сколько инвентаризировать их. Ревизия в русском языке несколько отличается от английского «review». Чуть меньше года назад появилась бумага, и сегодня мы убедились, что она зашита в досье, с которым делегация приехала в Москву. Рассчитываем, что эта бумага продолжает изучаться и что ответ поступит и будет основан на практических интересах наших партнеров, а не на идеологических предвзятостях отдельных членов ЕС.

Ф.Могерини сейчас сказала, что у нас немало общих интересов в том, что касается сотрудничества в решении международных проблем, и перечислив их: Ближний Восток, Север Африки, палестинская проблема, Афганистан, Корейский полуостров, климат и много чего еще. Мы тоже согласны с тем, что это общие проблемы и необходимо объединять усилия в интересах поиска решения всех этих международных проблем.

Предлагаю пофантазировать и представить себе следующее. Допустим, мы урегулируем все эти проблемы, наступит спокойствие вокруг России и ЕС, а мы при этом останемся в очень интересном положении, когда мы вроде бы соседи, преимущества нашего взаимодействия очевидны для всех, особенно в очень высококонкурентную эпоху, наступившую в современном мире, вокруг будет все урегулировано, а мы между собой будем не партнерами, а даже не знаю, как назвать эти отношения. Мы это также обсуждали.

В Концепции внешней политики Российской Федерации написано, что мы подтверждаем нашу заинтересованность в стратегическом партнерстве с ЕС. В новом документе Евросоюза о внешней политике, который, как и наша Концепция, был принят в прошлом году, мы не нашли слова «партнерство». Раньше оно там было. Там сказано, что развитие отношений с Россией является «вызовом» для ЕС. Я пытаюсь рассуждать на эту тему. Половинчатой и двусмысленной выглядит линия Брюсселя на то, чтобы несколько «подморозить» двусторонние отношения с нами, сохранить их  в таком состоянии (в стремлении «наказать» нас за то, что народ Крыма сделал свой свободный выбор) и одновременно сотрудничать с нами для решения международных проблем. Вопрос не в том, что мы будем делать в том или ином регионе мира. Это важно, но нам в интересах наших народов необходимо ответить на вопросы, как мы будем жить рядом друг с другом, будем ли мы искать компромиссы или навязывать свою точку зрения своему партнеру?

Сейчас в Европе очень обостряется идеологический спор. Совершенно по-разному трактуются ценности. Мы не хотим, чтобы Россия была втянута в этот спор. Мы желаем Европейскому союзу максимально благополучно достичь консенсуса внутри отдельных стран и в Брюсселе с тем, чтобы ЕС был единым и сильным, чтобы никакие внутренние игры не отвлекали Европейские союз от партнерства в т.ч. и с Российской Федерацией.

Системность в наших отношениях пока еще отсутствует, но мы очень хотим, чтобы были устранены все эти искусственные барьеры на пути нормального, честного и взаимоуважительного диалога, основанного на фактах, а не на идеологических предпочтениях.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2736003