Публикатор

28.04.2115:00

Вопросы ядерного разоружения

Статья VI Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) предусматривает, что каждый участник этого Договора будет в духе доброй воли вести переговоры об эффективных мерах по прекращению гонки ядерных вооружений и ядерному разоружению, а также о договоре о всеобщем и полном разоружении под строгим и эффективным международным контролем.

Российская Федерация привержена цели построения мира, свободного от ядерного оружия, и ответственно относится к своим обязательствам по ДНЯО, вносит весомый вклад в глобальные усилия по сокращению ядерных вооружений, соблюдение и укрепление важнейших международно-правовых режимов в области контроля над вооружениями и нераспространения.

Россия полностью выполнила свои обязательства по двусторонним с США соглашениям: Договору 1991 г. о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ) и Договору 2002 г. о сокращении стратегических наступательных потенциалов (ДСНП). Во исполнение этих соглашений количество развёрнутых стратегических боезарядов было сокращено с уровня 9000 до 1900 ед. Были ликвидированы более 1600 пусковых установок (ПУ) межконтинентальных баллистических ракет (МБР) и баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ), более 3100 МБР и БРПЛ, порядка 50 ракетных подводных лодок стратегического назначения и около 70 тяжёлых бомбардировщиков (ТБ).

В соответствии с Договором 2010 г. о дальнейших мерах по ограничению и сокращению стратегических наступательных вооружений (вступил в силу 5 февраля 2011 г.) Россия и США согласились на треть (до 1550 ед.) сократить суммарное количество боезарядов («потолок» по ДСНП – 2200 ед.) и более чем в два раза (до 700 ед.) – предельный уровень стратегических носителей («потолок» по ДСНВ – 1600 ед., ДСНП носители не ограничивал). Кроме того, был установлен дополнительный уровень в 800 ед. для развёрнутых и неразвёрнутых ПУ МБР, ПУ БРПЛ, а также ТБ.

К контрольной дате по Договору - 5 февраля 2018 г. - Российская Федерация свои обязательства по сокращению СНВ полностью выполнила. У США превышение составило (и сохраняется) 101 ед. по категории «развёрнутые и неразвёрнутые ПУ МБР, развёрнутые и неразвёрнутые ПУ БРПЛ, развёрнутые и неразвёрнутые ТБ».

Российская Федерация последовательно выступала за продление срока действия ДСНВ в соответствии с пунктом 2 его Статьи XIV на период в пять лет. 26 января 2021 г. Российская Федерация и Соединённые Штаты Америки заключили Соглашение о продлении действия ДСНВ до 5 февраля 2026 г. Данное Соглашение вступило в силу 3 февраля 2021 г.

Продление ДСНВ обеспечивает на пятилетний срок должный уровень взаимной транспарентности для сторон Договора в отношении подпадающих под его охват СНВ. Российская Федерация также исходит из того, что продление ДСНВ даёт возможность переломить негативную тенденцию, связанную с деградацией ситуации в сфере стратегической стабильности, и намерена использовать выигранное время для комплексных переговоров с США о будущем контроле над ракетно-ядерными вооружениями с учётом всех факторов, влияющих на стратегическую стабильность, включая наступательные и оборонительные вооружения, как ядерные, так и неядерные, способные решать стратегические задачи, а также появление новых технологий и новых вооружений.

Реализация советско-американского Договора 1987 г. о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) позволила уничтожить два класса ракет – свыше 1800 баллистических и крылатых ракет наземного базирования дальностью 500-5500 км – и более 800 ПУ к ним. В общей сложности деактивировано более 3 тыс. ядерных боеголовок совокупной мощностью свыше 500 мт. Договор перестал действовать 2 августа 2019 г. в связи с односторонним выходом из него США.

Также Россия в четыре раза сократила свой арсенал нестратегического ядерного оружия и сосредоточила его на центральных базах хранения в пределах национальной территории. Добиваемся аналогичных мер от других ядерных государств.

В российской Военной доктрине (от 25 декабря 2014 г.) значительно понижены роль и место ядерного оружия. Доктрина устанавливает, что недопущение ядерного военного конфликта, как и любого другого военного конфликта, положено в основу военной политики Российской Федерации. Согласно документу, Российская Федерация оставляет за собой право применить ядерное оружие только в ответ на применение против неё и (или) её союзников ядерного и других видов оружия массового поражения, а также в случае агрессии против Российской Федерации с применением обычного оружия, когда под угрозу поставлено само существование государства. Данные положения имеют исключительно оборонительную направленность.

Изложенные в Военной доктрине подходы к роли ядерного оружия конкретизированы в «Основах государственной политики Российской Федерации в области ядерного сдерживания» от 2 июня 2020 г. В документе отмечено, что наша страна «предпринимает все необходимые усилия для уменьшения ядерной угрозы и недопущения обострения межгосударственных отношений, способного спровоцировать военные конфликты, в т.ч. ядерные», чётко закреплено, что политика России в указанной области носит сугубо оборонительный характер и направлена на защиту суверенитета и территориальной целостности страны.

Важным шагом в контексте понижения роли ядерного оружия стало «ненацеливание» российских ядерных вооружений, которые имеют т.н. «нулевое полётное задание».

Российская Федерация активно участвует в обзорном процессе ДНЯО и в работе многосторонних переговорных форумов в области разоружения (Конференции по разоружению, Комиссии ООН по разоружению), неоднократно, в том числе на самом высоком уровне, подтверждала готовность к рассмотрению возможных дальнейших шагов в сфере ядерного разоружения. В данном контексте приоритетное значение имеет последовательное формирование предпосылок, которые способствовали бы продвижению по этому пути.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации № 605 от 7 мая 2012 г. «О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации» переговоры о дальнейших сокращениях стратегических наступательных вооружений возможны только в контексте учёта всех без исключения факторов, влияющих на глобальную стратегическую стабильность. Речь идёт о таких аспектах как ничем не ограниченное развёртывание системы глобальной противоракетной обороны, разработка высокоточных наступательных вооружений в неядерном оснащении под задачи «глобальных ударов», перспектива вывода ударных вооружений в космос, нарастание количественных и качественных дисбалансов в области обычных вооружений, изменение военных доктрин, ведущее к повышению вероятности применения ядерного оружия, разрушение и выхолащивание архитектуры контроля над вооружениями и нелегитимное применение санкционных мер в обход СБ ООН, навязывание конфронтационных моделей развития международных отношений по типу концепций «мир с опорой на силу» и «соперничество великих держав».

Считаем, что международное сообщество должно обратить самое серьёзное внимание на эти проблемы, без решения которых невозможно добиться состояния международной безопасности, благоприятствующего дальнейшим шагам в сфере ядерного разоружения.

Одним из наиболее серьёзных вызовов в контексте ядерного разоружения остаются так называемые «совместные ядерные миссии» НАТО, которые включают в себя элементы ядерного планирования и отработку навыков использования ядерного оружия с задействованием самолетов-носителей, экипажей, инфраструктуры аэродромов и наземных служб обеспечения неядерных государств-членов альянса, что является прямым нарушением положений ДНЯО. Размещение ядерного оружия за пределами национальной территории государства, которое им обладает, и тренировки по обращению с ним с участием неядерных стран также являются существенным фактором, снижающим уровень международной и региональной безопасности и подрывающим перспективы ядерного разоружения.

Дальнейшее продвижение по пути ядерного разоружения должно осуществляться так, чтобы при этом укреплялась стратегическая стабильность, и обеспечивался рост безопасности всех без исключения государств. Именно такой подход к ядерному разоружению был выработан в рамках обзорного процесса ДНЯО.

В связи с этим считаем ошибкой выработку и продвижение Договора о запрещении ядерного оружия (ДЗЯО). Мы с уважением относимся к взглядам тех, кто выдвинул данную инициативу. Вместе с тем, очевидно, что этот Договор, разработанный без участия и без учёта мнения стран, обладающих ядерными вооружениями, неспособен внести какой-либо вклад в процесс ограничения и сокращения ядерного оружия. Подготовка текста ДЗЯО была реализована поспешно, на неконсенсусной основе и без учёта фундаментальных принципов ДНЯО. Он базируется на изначально неверной посылке, что ядерное разоружение может проводиться в отрыве от существующих стратегических реалий, создаёт напряжённость между ядерными и неядерными странами и может привести к подрыву действующего режима нераспространения ядерного оружия.

Твердо убеждены, что реальный прогресс на пути ядерного разоружения можно обеспечить только на основе консенсусных решений, в условиях укрепления международной безопасности и стабильности, повышая безопасность всех без исключения государств. ДЗЯО явно не отвечает этим критериям. Он также не устанавливает какие-либо универсальные стандарты либо нормы или способствует развитию обычного международного права.

Российская Федерация не будет поддерживать, подписывать или ратифицировать данный Договор. Он не будет иметь для России обязывающего характера.

Тема ядерных рисков получает всё больше внимания и всё активнее затрагивается на международных площадках в контексте рассмотрения проблематики ядерного разоружения. Связываем это, прежде всего, с естественной реакцией мирового сообщества на продолжающуюся деградацию ситуации в области международной безопасности и стратегической стабильности, резкое ухудшение отношений и обострение противоречий между ядерными державами, расшатывание архитектуры контроля над вооружениями и другие актуальные негативные тенденции.

В этих условиях шаги отдельных стран (прежде всего, обладающих ядерным оружием), а также многосторонние усилия должны быть направлены на уменьшение конфронтационного потенциала и предотвращение кризисов, способных привести к прямым военным столкновениям с участием ядерных стран. Очевидно, что такие кризисы чреваты эскалацией до «ядерного» уровня – будь то в результате превратного истолкования намерений оппонента или просчёта, включая преднамеренную агрессию, основанную на ложной убеждённости в способности победить в конфликте.

Именно на недопущение подобных сценариев направлено приоритетное внимание России. Наш принципиальный подход базируется на убеждении, что в ядерной войне не может быть победителей, и она никогда не должна быть развязана.

Самым серьёзным образом относимся к теме снижения ядерных рисков, прежде всего, через предотвращение подрыва стратегического баланса сил и в целом стратегической стабильности, влекущего возникновение предпосылок для непреднамеренного скатывания к прямому противостоянию либо для его целенаправленного развязывания.

В контексте усилий по снижению ядерных рисков у России накоплен значительный опыт взаимодействия с другими державами ядерной «пятёрки». В частности, с отдельными странами заключены и продолжают действовать двусторонние межправительственные соглашения, в соответствии с которыми:

  • созданы и продолжают активно функционировать национальные центры по уменьшению ядерной опасности;
  • осуществляется обмен необходимой информацией, включая уведомления о пусках ракет и крупных стратегических учениях;
  • согласован инструментарий по предотвращению опасной военной деятельности и, в особенности, ядерных конфликтов (с фиксацией механизмов передачи срочной информации, уведомлений и запросов, а также с закреплением обязательств совершенствовать организационные и технические меры для предотвращения случайного или несанкционированного применения ядерного оружия);
  • зафиксированы договорённости о ненацеливании ракет.

Солидный набор мер обеспечения доверия, предсказуемости, сдержанности и, соответственно, снижения рисков реализуется Россией в рамках выполнения продолжающих действовать соглашений по контролю над вооружениями, которые мы также рассматриваем в качестве весьма важного и эффективного способа снижения ядерной угрозы. В частности, ДСНВ обеспечивает сторонам возможность поддерживать высокий уровень взаимной осведомлённости в отношении стратегических вооружений, попадающих под его охват. Ведётся обмен уведомлениями и телеметрической информацией, осуществляются показы новой техники и новых процедур, проводятся инспекции на подконтрольных стратегических объектах, для целей мониторинга которых также гарантировано беспрепятственное функционирование национальных технических средств.

Соответствующее взаимодействие осуществляется между странами ядерной «пятёрки». Результаты такой работы в данном формате включают договорённости по общей форме для предоставления стандартизированной отчётности по ДНЯО, формированию и расширению глоссария ядерных терминов, проведению углублённого обсуждения тематики доктрин и ядерных рисков, проработки возможности о подготовке совместного заявления о недопущении ядерной войны. Подобная деятельность даёт странам ядерной «пятёрки» возможность напрямую высказывать друг другу имеющиеся озабоченности, обозначать свои приоритеты и интересы безопасности. Это очевидным образом способствует повышению взаимопонимания и, соответственно, снижению рисков в ядерной сфере, дополняет соответствующие усилия, предпринимаемые на двусторонней основе.

В качестве ещё одного направления деятельности, способствующей минимизации ядерной угрозы, следует рассматривать односторонние добровольные меры транспарентности, которые выходят за рамки контроля над вооружениями и указанных выше соглашений по уменьшению ядерной опасности. Такие меры могут иметь широкий спектр и относиться к различным аспектам реализации государственной политики в области обороны и безопасности.

В качестве примера подобных шагов со стороны России можно привести беспрецедентную инициативу по проведению в январе 2019 г. для иностранных наблюдателей показа новейшей российской крылатой ракеты 9М729 и адаптированной под неё пусковой установки оперативно-тактического ракетного комплекса «Искандер-М», вокруг которых была развёрнута беспочвенная пропагандистская кампания, завершившаяся развалом ДРСМД. Несмотря на отсутствие соответствующих международных обязательств, российской стороной был осуществлён не только показ ракеты, в т.ч. представителям тех стран, которые относят нас к своим оппонентам, но и объяснены при этом особенности её устройства и тактико-технические характеристики. Остаётся лишь сожалеть, что эта полезная и конструктивная мера не встретила понимания и не была принята в качестве основы для дальнейшего профессионального диалога специалистов в целях поддержания жизнеспособности ДРСМД, для чего она и задумывалась.

В октябре 2019 г. Россия в добровольном порядке и заблаговременно информировала зарубежных партнёров о подготовке к проведению стратегического командно-штабного учения «Гром-2019», в рамках которого ставились задачи по подтверждению боеготовности сил ядерного сдерживания. В ходе специального брифинга представители Минобороны России в подробностях рассказали, какие силы и средства будут задействованы, откуда и по каким полигонам будут производиться пуски баллистических и крылатых ракет. Такой шаг был предпринят нами впервые.

Кроме того, опубликование документа «Основы государственной политики Российской Федерации в области ядерного сдерживания» было осуществлено в рамках общих усилий России по повышению транспарентности в ядерной сфере и исключение ошибочного либо преднамеренно превратного толкования наших соответствующих установок.

Перечисленные выше шаги создают реальную «добавленную стоимость» в сфере транспарентности, содействуют сокращению дефицита доверия и в результате – уменьшению ядерной опасности.

Общие вопросы международной безопасности и контроля над вооружениями