25.01.2113:40

Интервью Посла России в США А.И.Антонова информационному агентству «Россия сегодня», 21 января 2021 года

Вопрос: Состоялись ли после выборов предварительные контакты с представителями будущей администрации Джо Байдена? Какие темы удалось обсудить?

Ответ: Таких контактов не было. Однако многие внешнеполитические назначенцы в новом правительстве нам хорошо знакомы. Они работали на руководящих постах в предыдущих администрациях. Рассчитываем, что по мере пересменки в аппарате Белого дома, Госдепартаменте и других ведомствах удастся приступить к содержательному диалогу с коллегами по актуальным двусторонним и международным проблемам. В первую очередь это касается необходимости устранения множества накопившихся раздражителей в наших отношениях.

Российские предложения по конкретным направлениям сотрудничества неоднократно озвучивались и остаются на столе переговоров. Мы готовы к прагматичному и взаимовыгодному диалогу в той мере, в какой на это настроена американская сторона.

Вопрос: Ожидаете ли Вы, что Вашингтон согласится на продление ДСНВ? Готова ли Россия начать консультации после 20 января?

Ответ: Как известно, Россия еще больше года назад предложила США продлить ДСНВ без каких-либо предварительных условий. Республиканская администрация категорически отказалась пролонгировать договор в том виде, как он был подписан. Выдвинула неприемлемые условия. По сути, превратила единственное действующее российско-американское соглашение по контролю над ядерными вооружениями в предмет политического торга. Неудивительно, что подобная позиция в конце концов завела двусторонние консультации о судьбе ДСНВ в тупик. И это несмотря на то, что по ряду вопросов мы пошли навстречу Вашингтону. Надеемся, что нынешняя администрация будет исходить из более здравых и реалистических принципов.

Россия открыта к субстантивному диалогу по продлению ДСНВ. Шансы на достижение соответствующей договоренности до истечения срока действия соглашения 5 февраля 2021 года еще остаются. Мяч на стороне Вашингтона – ждем конструктивных предложений.

Вопрос: Стоит ли ожидать встреч между президентами Российской Федерации и США в 2021 году? А на уровне глав внешнеполитических ведомств? Предложите ли Вы Байдену консультации в формате «2+2»?

Ответ: В условиях пандемии пока трудно говорить о перспективах возобновления очных мероприятий, в том числе на высшем уровне. Исходим из того, что формирование графика политических контактов будет зависеть от нормализации эпидемобстановки, содержательного наполнения таких встреч, возможностей общения на полях многосторонних мероприятий и так далее. В любом случае любые планы подлежат обсуждению и согласованию с новой администрацией США.

Что касается формата «2+2», то мы неоднократно предлагали американцам восстановить его. Однако положительного отклика так и не получили. Данная инициатива остается в силе.

Вопрос: Как оцениваете уже объявленные кандидатуры во внешнеполитической команде Байдена? Есть ли надежда, что удастся возобновить диалог по Ирану, Сирии, Украине? О чем, по Вашему мнению, говорит назначение отдельного директора по России и Центральной Азии в аппарате Совета нацбезопасности США?

Ответ: Оценивать кандидатуры во внешнеполитической команде Байдена – не наше дело. Исходим из того, что президент США, как всякий руководитель, подбирает себе тех специалистов, которые пользуются его доверием.

Думаю, что надо дать время новой команде определиться с внешнеполитическими приоритетами и подходами по конкретным вопросам. И судить о ее международном курсе по практическим действиям, а не только на основании предвыборной риторики. Кто-то метко сказал, что перед выборами существуют две краски – черная и белая, а после них лишь одна – серая.

При этом мы далеки от радужных ожиданий. Если и будут какие-то перемены на российском направлении, то не по существу, а скорее в нюансах. Системное сдерживание России остается альфой и омегой американской политики.

Впрочем, многие из высокопоставленных лиц в администрации нам хорошо знакомы по работе при Бараке Обаме. Например, с Бреттом Макгурком, который, как ожидается, займет пост координатора ближневосточной проблематики в Белом доме, мы взаимодействовали во время его пребывания в должности спецпредставителя президента в антиигиловской коалиции.

На азиатско-тихоокеанском направлении нашим дипломатам знаком претендент на пост регионального координатора в СНБ Курт Кэмпбелл. Надеемся на конструктивный диалог с ним по проблематике укрепления мира и безопасности, в том числе, разумеется, на Корейском полуострове.

Рассчитываем, что по Ирану демократическая администрация будет следовать своим предвыборным обещаниям, прежде всего в плане возврата к СВПД. Ожидаем, что это сработает на возобновление политдиалога и деэскалацию обстановки в зоне Персидского залива.

Исходим из того, что в Сирии военные наших стран продолжат регулярные контакты с целью предотвращения инцидентов. Помимо этого, было бы полезным определить те сферы, где Россия и США могли бы наладить сотрудничество. Например, по оказанию гумпомощи, постконфликтному восстановлению, разминированию, содействию возвращению беженцев и внутренне перемещенных лиц, а также по борьбе с терроризмом. Мы к такому взаимодействию – разумеется, при условии уважения суверенитета САР – готовы.

Лучшее, что может сделать заступающая администрация по Украине, – убедить команду Владимира Зеленского наконец приступить к практической реализации Минских соглашений. Также надеемся, что новое руководство Госдепа обозначит контрпродуктивность нынешних нападок Киева на минский Комплекс мер. Тем более что документ уже давно стал частью международного права, является юридически обязывающим и обязательным к исполнению.

В последние годы мы слышим от украинского руководства опасную риторику о необходимости некой модификации, а то и вовсе демонтажа якобы устаревшего «Минска». Также видим стремление подменить прямые переговоры с Донецком и Луганском дискуссиями в «нормандском формате», представить бесконечные и бессмысленные перетасовки в рядах украинских переговорщиков в трехсторонней контактной группе как «шаги навстречу» со стороны Киева.

На таком фоне уместно напомнить: минские договоренности подписывались в период администрации Обамы. Утвердившая их резолюция Совбеза ООН 2202 одобрена при участии занимавшей в то время должность американского постпреда Саманты Пауэр. Бывший тогда вице-президентом Джо Байден возражений на сей счет не озвучивал. Рассчитываем, что такой позитивный настрой к «Минску» у главы государства сохраняется и поныне.

Что касается изменений в структуре аппарата СНБ после прихода к власти новой администрации, то это является обычной практикой. В период президентства Джорджа Буша-младшего и Барака Обамы аналогичная должность на российском направлении в Белом доме уже существовала. Имеем в виду наладить регулярный диалог с американскими коллегами в аппарате Белого дома.

Вопрос: Планирует ли Россия предложить администрации Байдена участие во встрече «Пятерки» СБ ООН?

Ответ: Российская инициатива ранее была поддержана руководством стран «Пятерки» и остается в силе. Предложения по повестке также были доведены до коллег. Речь идет о ключевых проблемах, которые влияют на состояние мировой политики, безопасности и экономики. Дата и место проведения такой встречи пока не определены.

Рассчитываем, что новая администрация внимательно изучит российскую идею, и саммит «Пятерки» будет организован, как только позволит эпидемиологическая обстановка. Убеждены в своевременности и необходимости прямого разговора лидеров государств «Пятерки» об основах взаимодействия в международных делах и способах ликвидации многочисленных очагов напряженности.

Вопрос: Продолжатся ли контакты по антитеррору?

Ответ: В декабре 2018 года во исполнение договоренностей президентов России и США был возобновлен российско-американский диалог высокого уровня по контртеррору (его вели замминистра иностранных дел Олег Сыромолотов и занимавший тогда пост первого замгоссекретаря Джейк Салливан). В 2019 году состоялись две экспертные встречи (март, июнь). В сентябре прошел второй раунд переговоров координаторов. В октябре 2019 года мы предложили американцам подумать над организацией очередных консультаций в конце января 2020 года. Партнеры в принципиальном плане не отказывались. Однако в 2020 году контактов по антитеррору не было. Надеемся, что улучшение санитарно-эпидемиологической обстановки позволит восстановить этот канал диалога.

Вопрос: Будет ли от России новое предложение о сотрудничестве с США в борьбе с пандемией? Какое – поставки, как в предыдущий раз, или совместные исследования?

Ответ: Пандемия стала вызовом для всех. Именно поэтому мы неоднократно предлагали объединить усилия по борьбе с инфекцией, оставив разногласия позади. Снять барьеры на поставки медтоваров и предметов первой необходимости, снизить долговую нагрузку на слаборазвитые страны, отказаться от политических предлогов при предоставлении финсодействия нуждающимся государствам, расширить обмен научным опытом.

Что касается США, то получилось наладить работу по отдельным аспектам. Сначала Россия в апреле 2020 года отправила в Нью-Йорк самолет с медицинским грузом, после чего из США в нашу страну в ответном порядке были доставлены 200 аппаратов ИВЛ (май и июнь). Это произошло в разгар эпидемкризиса. Соответствующая договоренность стала ярким подтверждением того, что народы двух стран готовы проявить солидарность и поддержать друг друга вне зависимости от политических разногласий.

Еще один позитивный пример – подписание 30 июля 2020 года Совместного протокола Национальной академии наук, техники и медицины США и Российской академии наук о сотрудничестве в различных областях исследований, связанных с COVID-19.

Что касается вакцины, тут ситуация оказалась сложнее. Некоторые люди в Америке пытаются политизировать данную тему. В Вашингтоне с откровенным скепсисом воспринимают наши достижения. Речь идет о препаратах «Спутник V» и «ЭпиВакКорона». Тиражируют ложные сведения о неэффективности и небезопасности российских вакцин.

Однако научное сообщество дало высокую оценку российским разработкам. Мы открыты к сотрудничеству с США по противодействию пандемии, включая разработку действенных препаратов для борьбы с инфекционным заболеванием.

Вопрос: Планирует ли Москва договориться с новой администрацией не развертывать ракеты средней и меньшей дальности, в частности в Европе?

Ответ: Приходится констатировать, что после одностороннего выхода из ДРСМД в августе 2019 года США не проявляли готовность к сотрудничеству для минимизации деструктивных последствий развала соглашения. Мы в полной мере осознаем риски эскалации гонки ракетных вооружений. Почти год Россия соблюдает взятое на себя в одностороннем порядке обязательство не развертывать ракеты средней и меньшей дальности наземного базирования в регионах мира. До тех пор, пока РСМД американского производства не появятся на территории других стран. Мы предложили Соединенным Штатам и их партнерам по НАТО пойти на аналогичный шаг. Однако наша инициатива о введении встречных мораториев была отвергнута. Вашингтон сделал ставку на ускоренную разработку вооружений, ранее запрещенных по договору. Уже проведено несколько испытаний таких систем. Военно-политическое руководство США не скрывает, что держит курс на размещение наземных РСМД на территории союзников, в том числе в Европе. Со своей стороны делаем все возможное для того, чтобы предотвратить развитие событий по наихудшему сценарию. Так, в октябре Президент России Владимир Путин выступил с новыми предложениями по стабилизации ситуации в мире без ДРСМД. Наши инициативы по-прежнему на столе. Если новая администрация заинтересована в поиске взаимоприемлемых развязок по проблеме РСМД, мы к такой работе готовы.

Вопрос: Предоставили ли США хоть какие-то доказательства того, что за кибератакой на SolarWinds стоит Россия? Или обвинения остались голословными? Предоставили ли доказательства по Afghanistan bounties?

Ответ: Официальных обвинений против России или граждан нашей страны в связи с крупномасштабной хакерской атакой на американскую информационную инфраструктуру не озвучивалось. Спецслужбы США заявляли, что ответственность за нее несут кибервзломщики «вероятно, российского происхождения». Предположения ряда высокопоставленных чиновников являются их точкой зрения, но не могут рассматриваться как доказательства.

Американская сторона продолжает мегафонную дипломатию – через СМИ распространяет версии случившегося, но никаких доказательств не приводит.

Мы неоднократно предлагали Вашингтону договориться об обмене информацией о компьютерных атаках и компьютерных инцидентах. В частности, передавать данные о таких происшествиях по линии Национального координационного центра по компьютерным инцидентам. 25 сентября 2020 года опубликовано заявление Президента Российской Федерации Владимира Путина о комплексной программе мер по восстановлению российско-американского сотрудничества в области международной информационной безопасности (МИБ).

Они, помимо прочего, предполагают поддержание непрерывной и эффективной работы каналов связи между компетентными ведомствами наших стран по линии центров по уменьшению ядерной опасности, групп оперативного реагирования на компьютерные инциденты и должностных лиц высокого уровня. Наши предложения остались без ответа. Предлагаемые каналы для экспертного диалога администрация не задействует.

Утверждения о том, что Российская Федерация якобы выплачивала денежные вознаграждения за убийства американских военнослужащих, остаются на совести авторов соответствующих публикаций. Представители администрации на разных уровнях неоднократно подтверждали отсутствие каких-либо доказательств угроз войскам США в Афганистане, исходящих от России. Более того, сотрудничество на афганском направлении между нашими странами никогда не приостанавливалось. Наши спецпредставители тесно взаимодействуют. Хотелось бы выразить надежду на то, что при новой администрации такая работа в интересах мира в Афганистане будет продолжена.

Общие сведения

  • Флаг
  • Герб
  • Гимн
  • Двусторонние
    отношения
  • О стране

Горячая линия

+1 202 332-07-37
+1 202 365-21-24
+1 202 298-57-00
+1 202 298-57-01
+1 202 298-57-04
Телефон горячей линии для граждан за рубежом, попавших в экстренную ситуацию.

Загранучреждения МИД России

Представительства в РФ

Фоторепортаж