11.12.2000:22

Вступительное слово Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на XXVIII Ассамблее Совета по внешней и оборонной политике (СВОП), Москва, 10 декабря 2020 года

2180-11-12-2020

  • en-GB1 ru-RU1

Уважаемые коллеги, друзья,

Ф.А.Лукьянов рассказал о роли Совета по внешней и оборонной политике в нашей жизни. Кто бы мог подумать, когда СВОП создавался, и меня пригласили быть одним из его основателей, что Совет «доживет» до сегодняшнего дня. Накопленный за десятилетия функционирования опыт помогает в работе, дает возможность подпитываться от экспертного сообщества, глубоко разбирающегося и живо интересующегося международной проблематикой. Для нас это важно.

Год был действительно непростой, поворотный. Человечество оказалось не готово ко всему тому, что накапливалось на «повестке дня» за предыдущие годы: все противоречия, тенденции, которые действовали разнонаправленно и добавляли неразберихи в международных делах. Нарушен привычный ход жизни сотен миллионов людей и государств, простых граждан, многие отрасли экономики оказались на грани коллапса, существенно снизилась деловая активность, пострадали глобальные кооперационные цепочки, вырос уровень безработицы. Закрытие границ резко сузило возможности для поддержания и межгосударственных контактов, и разноплановой коммуникации между людьми.

Масштаб и инерция событий, наблюдаемые нами сейчас в связи с коронавирусной инфекцией, пока не позволяют определить момент возвращения жизни в нормальное русло. Я искренне надеюсь, что Ф.А.Лукьянов прав,  выражая уверенность, хотя и с оговорками, что весной сможем собраться в очном формате. Пока человечество и его лучшие представители, специалисты в сфере здравоохранения, только нащупывают понимание того, где мы находимся, и когда это всё завершится. Многие говорят, что это не закончится вообще никогда, и придется с этим жить, как с ежегодным гриппом, но с гораздо более серьезными рисками. Один из главных уроков пандемии заключается в том, что никто не может застраховаться от  подобных трансграничных угроз.

Эпидемия буквально затронула всех и каждого. Очевидным выводом является понимание, что такого рода глобальные катаклизмы необходимо преодолевать объединившись, поднявшись над конъюнктурными разногласиями. Это твердая позиция России, неоднократно излагавшаяся Президентом В.В.Путиным. К сожалению, целый ряд стран, прежде всего США и их союзники, стараются использовать эту ситуацию в своих геополитических интересах, игнорируя общечеловеческие нужды.

Под термином «общечеловеческие» подразумевается совсем не усредненное, консенсусное, компромиссное понимание того, как нужно уважать межцивилизационное разнообразие. Это проявляется в слишком многих областях современной международной жизни, в том числе в той трактовке мультилатерализма, активно продвигаемой и насаждаемой западными коллегами. Это происходит и в связи с пандемией коронавируса, несмотря на то, что люди и в Америке, и в Европе страдают от COVID-19 так же сильно, как и граждане других стран.

Необходимость уважительного диалога, отказа от искусственно создаваемых конфронтационных схем пока не наблюдается. Чего стоила ситуация, когда в отношении Китая были выдвинуты огульные обвинения в распространении болезни. На КНР пытались свалить всю вину за произошедшее. Это подрывало усилия к всеобщему объединению, в том числе научных потенциалов для выработки эффективных ответов. Помимо аспектов ситуации, связанной со здравоохранением, во весь рост встает задача пристального взгляда на международные структуры, созданные для обеспечения здоровья и благополучия людей. То, что происходит вокруг Всемирной организации здравоохранения, весьма показательно. Выдвигаются идеи, связанные с созданием неких неправительственных учреждений, наделенных правами определять политику всего мирового сообщества. Это явная попытка отодвинуть Всемирную организацию здравоохранения на «вторые роли». В том, что сейчас наблюдаем, есть и отголоски неоколониальных подходов и привычек. Здесь и проявление попыток сдержать развитие новых мировых центров, наказать тех, кто проводит самостоятельную внешнеполитическую линию. Это проявляется и в ситуации вокруг так называемой гонки вакцин. Хорошо знаем противопоставление новой концепции так называемого «миропорядка, основанного на правилах»  всему, что было создано после учреждения ООН и после того, как сформировался большой блок универсальных международно-правовых инструментов.

Россия считает, что необходимо искать пути для объединения стран и правительств, искать конструктивную повестку дня, опирающуюся на принципы коллегиальности и равноправия. Всё это должно способствовать деэскалации международной напряженности, обеспечивать предсказуемость мировых процессов. Позже обсудим те инициативы, которые Россия продвигала и продвигает с этой целью. 2 декабря с.г. состоялся Саммит ОДКБ, заседание Совета коллективной безопасности,  где среди других решений было принято заявление глав государств о формировании справедливого и устойчивого мироустройства. Среди прочих инициатив в этом документе предлагается подумать о том, чтобы уполномоченные представители ОДКБ, СНГ, ШОС, ОБСЕ, НАТО и ЕС встретились и посмотрели, есть ли возможность у всех этих организаций обсудить, сформировать общую повестку дня, совместно определить проблемы и, в идеале, наметить пути их решения. Это не нечто совершенно революционное. В 1999 г. в Стамбуле на Саммите ОБСЕ был принят документ – Платформа кооперативной безопасности. В нём в качестве такого новшества было провозглашено объединение усилий ОБСЕ и всех субрегиональных организаций на евроатлантическом пространстве. Когда некоторое время назад, до пандемии, мы стали напоминать западным партнерам о том, что неплохо было бы воспользоваться тем консенсусом и постараться «наводить мосты» между всеми этими организациями, а не наблюдать, как между ними накапливается конфронтационный потенциал, западные коллеги «отошли в сторону». Кооперативная безопасность, привлечение созданных на постсоветском пространстве структур, всё это было актуально в 90-е годы (в данном случае в 1999 году), когда Запад еще рассчитывал, что мы «пойдем по пути, начертанному «победителями» в холодной войне». Теперь мы официально внесли соответствующее предложение от имени глав государств ОДКБ. Посмотрим, как Запад на него отреагирует.

У нас абсолютно ясная цель. Заинтересованы в стабильности, в справедливых возможностях для всех государств, и конечно же для России.  Едва ли для этого годятся «дипломатия канонерок», демократическое или любое другое мессианство. Я упомянул про «правила», на которые Запад хочет «опереть» миропорядок. Есть инициатива так называемого эффективного мультилатерализма, откровенно противопоставляемая многосторонности в рамках ООН. Наблюдается тенденция к тому, чтобы понимать его как необходимость вернуться к евроатлантической солидарности без изъятий. Мы это наблюдаем. Я считаю, более позитивных и устойчивых результатов можно добиться через объединение усилий на основе соблюдения норм и принципов Устава ООН. Мы это отстаиваем последовательно. Одно из проявлений нашей линии – это инициатива Президента Российской Федерации В.В.Путина провести Саммит постоянных членов Совета Безопасности Организации Объединенных Наций. Необходимо, чтобы они, осознав свою ответственность по Уставу ООН, эту ответственность реализовали. Постараться сделать всё для того, чтобы эту напряженность мы стали совместно разряжать. Принципиальное согласие на это мероприятие было получено от всех руководителей государств-постоянных членов Совета Безопасности ООН. Коронавирусная пандемия вмешалась в согласование конкретных сроков проведения. Но мы этим занимаемся: согласовываем концепцию и вероятные итоги такой встречи в верхах.

Понимаем, что ООН – это не застывшая структура. Она требует реформ, в том числе реформ Совета Безопасности ООН. Наша позиция абсолютно четкая и последовательная. Чтобы этот орган стал более представительным, необходимо повысить представленность в нём развивающихся стран Азии, Латинской Америки и Африки. Только этот подход обеспечит добавленную стоимость к реформе СБ ООН. Всё остальное подлежит обсуждению, но едва ли увеличение представительства Запада в Совете Безопасности поможет обеспечить дополнительное разнообразие мнений в этом центральном органе, отвечающем за мир и безопасность на планете. В любом случае необходимо искать максимально широкое согласие стран-членов, так что здесь всё будет зависеть от компромиссов. Мы готовы к обсуждению таких компромиссов на основе баланса интересов. В принципе именно он – ключ к тому, что необходимо делать для обеспечения устойчивости, гармонии в современном мире. Насколько такая гармония возможна на сто процентов.

Уважение культурно-цивилизационных особенностей современного мира, отказ от навязывания одной модели развития, ценностей, мы считаем, является абсолютно неотъемлемым шагом, чтобы хоть как-то успокоить нынешнюю ситуацию. Видим, что такой подход разделяется подавляющим большинством участников международного общения. Несогласны с попытками Запада представить дело так, будто Россия находится в некой изоляции, геополитическом «одиночестве». Точка зрения западных коллег, которая заключается в том, что все, кто с ними не согласен, одиноки, наверное, имеет право на существование.

Но мы видим, как продвигаются разделяемые нами позиции в рамках БРИКС, ШОС, ОДКБ, СНГ. ЕАЭС активно работает над сопряжением своих планов с китайской инициативой «Один пояс, один путь». Есть «Группа двадцати». Она существовала давно, но после кризиса 2008 г. её вывели на высший уровень и сделали встречи регулярными. Сначала встречались дважды в год, потом – ежегодно. «Группа двадцати» – это признание того факта, что «семерка» (да и «восьмерка» в её старом издании) не способна решать все проблемы мира. В «Группе двадцати» представлены «семерка», страны БРИКС и целый ряд других государств, являющихся единомышленниками БРИКС. Признание того, что «двадцатка» необходима, чтобы вырабатывать общеприемлемые, опирающиеся на баланс интересов подходы, – весьма симптоматичная тенденция.

Проблемы мира должны рассматриваться деидеологизированно, на равноправной основе. В этом же русле идет инициатива Президента России В.В.Путина о формировании Большого Евразийского партнерства, которое должно объединить общеконтинентальные усилия с участием стран ЕАЭС, ШОС, АСЕАН и быть открыто для всех стран нашего огромного континента, в перспективе включая и государства Евросоюза. Это долгий процесс, но обозначить эту цель принципиально важно. 

Свидетельством постоянной готовности к достижению взаимопонимания служат российские предложения в сфере стратегической стабильности, контроля над вооружениями, европейской безопасности. Вы знаете нашу позицию в отношении продления Договора о стратегических наступательных вооружениях (ДСНВ), моратория на развертывание ракет наземного базирования средней и малой дальности, деэскалации напряженности вдоль линии соприкосновения Россия-НАТО. Мы призвали договориться о том, чтобы учения с обеих сторон были отведены от линии соприкосновения, а также согласовать минимальные дистанции, которые не могут нарушаться ни боевой авиацией, ни боевыми кораблями России и Североатлантического альянса.

В концептуальном, идеологическом плане мы давно предложили (и не видим никакой взаимности со стороны США) подтвердить в заявлении наших стран, а может быть и в формате Россия-НАТО, недопустимость ядерной войны. Многие из вас, наверное, видели недавнее выступление спецпредставителя Президента США по контролю над вооружениями М.Биллингсли, где он чуть ли не высмеял наше предложение и призвал любую Администрацию США никогда не соглашаться с заявлением о недопустимости ядерной войны.

Считаем, что реализация или хотя бы профессиональное, конкретное, предметное обсуждение этих инициатив наряду с возможными другими шагами способствовало бы улучшению общей атмосферы в отношениях между Россией и Западом. Сам диалог по этим вопросам содействовал бы этому. Но пока все эти идеи «повисли в воздухе».

Г-н М.Билингсли, отрицая практически всё, что было сделано до сих пор, все наши предложения, выдвигает конфронтационные идеи, включая санкции против всех покупателей продукции военного назначения России и Китая. Достаточно показательная философия, которая, к сожалению, в Вашингтоне пока не встречает серьезного противодействия.

Если анализировать то, что слышали до сих пор из североатлантического лагеря, то он сделал сознательный выбор в пользу не просто политики сдерживания, а в пользу нагнетания конфронтации. Наверное, за этим стоит нежелание признавать, что мир должен меняться. Мы сейчас наблюдаем в Европе две противоположные тенденции. Президент Франции Э.Макрон активно продвигает стратегическую автономию Евросоюза. Тенденция, олицетворяемая Германией, опирается на тезис о том, что без США невозможно защитить Европу. Мы уже спрашивали: от кого защищать? Но не получили внятного ответа. В этой ситуации многополярность, которую Е.М.Примаков прозорливо предвидел много лет назад, показала свою объективность. В стремлении её остановить они делают всё, чтобы на данном этапе максимально сократить число потенциальных полюсов, имеющих в себе силы и храбрость отстаивать национальные интересы. Сейчас одна из основных целей Вашингтона сделать так, чтобы Евросоюз утратил свою стратегическую самостоятельность и вернулся в лоно евроатлантического единства, где всем известно, как «заказывается музыка» и какие «ноты» используются.

Несмотря на это, мы открыты к равноправному диалогу. Главное, чтобы была встречная готовность. Пока она отсутствует, сохраняем открытыми каналы общения. Все наши предложения и инициативы остаются на столе переговоров. Многократно их переподтверждали. Достаточно, чтобы партнеры знали: всё это остается в силе. Но чтобы двигаться дальше, нужна реакция от западных коллег.

Сохраняя открытыми каналы для диалога по всем вопросам, будем работать дальше и по открывающимся возможностям в экономике, культуре, науке, контактах между людьми. От всего этого не отгораживаемся. Те, кто хотят навязать нам свою повестку дня и игнорировать нашу субъектность в мировых делах, должны понимать, что мы не будем ни оправдываться, ни искать одобрения своих действий. Угрозы, санкции или попытки иных наказаний абсолютно бессмысленны и контрпродуктивны. Странно, что это еще до конца не поняли на Западе.

Взаимодействие с Западом нам нужно не больше, чем Западу нужна Россия с нашими возможностями. Если западные коллеги хотят общаться между собой по неким правилам и понятиям, которые они сами изобрели, это их выбор. Выстраивать диалог с другими участниками международной жизни, включая Россию, они могут исключительно на основе общепризнанного кодекса поведения. Можно называть это правилами, зафиксированными в Уставе ООН: уважение суверенного равенства государств, принцип невмешательства во внутренние дела друг друга и необходимость мирного урегулирования всех споров.

У нас есть свой внешнеполитический курс, сформировавшийся в течение последних двух десятилетий. Он направлен на обеспечение безопасности страны, создание максимально благоприятных внешних условий для реализации целей внутреннего развития. Нам ясно, что цель Запада – как раз не дать нам возможность сформировать эти внешние условия, благоприятные для внутреннего развития. Всё, что делается для сдерживания России, очевидно, преследует такую цель. Попытки разрушать внешние возможности для содействия развитию России продолжаются, но в любом случае на Западе «свет клином не сошелся». В 1990-е годы, после развала Советского Союза, мы хотели куда-то встраиваться, а сейчас поняли, что встраиваться особо некуда. По крайней мере, Запад ничего своего не строит. Да, сейчас Президент Франции Э.Макрон предлагает провести аналитический, философский диалог: может ли современный капитализм обеспечивать нужды населения и решать связанные с этим проблемы? Если брать западные модели развития, встраиваться нам особо некуда. Коронавирус, если иного было недостаточно, весьма убедительно это показал. Нам надо строить самостоятельно. Это очень амбициозная, сложная задача, но одновременно неотложная.

Дополнительные материалы

Видео

x
x
Дополнительные инструменты поиска