12.11.1916:15

Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на рабочей сессии «Мастер-класс» II Парижского форума мира, Париж, 12 ноября 2019 года

12-11-2019

  • de-DE1 en-GB1 es-ES1 ru-RU1 fr-FR1

Неофициальный перевод с английского

 

Спасибо за то, что пришли на эту рабочую сессию.

В целях экономии времени мое вступительное слово будет коротким.

Наиболее острые вопросы международной повестки обсуждаются в последнее время достаточно подробно. Я стараюсь внести свой вклад. Имею в виду и мое выступление 27 сентября с.г. на общеполитической дискуссии 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Текст выступления с переводом на английский и французский языки опубликован на сайте Министерства иностранных дел России. Поэтому я лишь вкратце резюмирую наши оценки происходящего в мире.

Несомненно, мир меняется. Эти изменения займут длительный исторический период. Их суть – в многополярности. Сегодня понятие мультилатерализма используется в качестве слогана. Какую бы терминологию не применять – полицентричный мир, многополярный мир, многосторонний мир – суть от этого не меняется. Никто – ни отдельное государство, ни группа стран наподобие той, что мы называем «историческим Западом» – не может управлять миром в одиночку. На наших глазах возникают новые центры экономического роста, финансового могущества и политического влияния: Китай, Индия, Бразилия и другие страны Латинской Америки, африканские государства. Они расправляют плечи и скоро (по историческим меркам) определенно потребуют большего влияния на международные дела.

Поэтому ключевые вопросы международной повестки больше не обсуждаются в «Группе семи». А девять лет назад была снова активизирована «Группа двадцати» с тем, чтобы предоставить больше возможностей странам из других регионов планеты, помимо ЕС и США. Это очень здоровая тенденция, потому что, чем больше центров силы, тем более устойчивой будет выглядеть международная ситуация.

Естественно, наши западные друзья не в восторге от этого. На протяжении свыше пяти веков они доминировали в политической, экономической, культурной жизни на этой планете, определяли ее цивилизационное развитие. Они пытаются затормозить этот процесс и всячески усложнить наступление этой объективной реальности. Одно из проявлений этой позиции – новая концепция: вместо того, чтобы ссылаться на международное право, как мы это делаем на протяжении многих лет, они призывают всех уважать «порядок, основанный на правилах». Что это значит? Когда это отвечает интересам Запада, право народов на самоопределение, к примеру, объявляется неоспоримым, а когда нет – незаконным. Давайте сравним ситуацию в Косово и Крыму. В Крыму был проведен референдум. В Косово никакого референдума не было, но этот край был немедленно признан независимым государством большинством западных стран.

Другой пример того, как «правила» применяются в реальной жизни, – положение дел в ОЗХО. В соответствии с Конвенцией о запрещении химического оружия (КЗХО) создан Технический секретариат ОЗХО, уполномоченный отвечать на официальные запросы государств-членов, когда они хотят выяснить, были применены запрещенные вещества или нет. И точка. Никаких других функций у него нет. Западные государства путем голосования наделили Технический секретариат функциями Совета Безопасности ООН: не только устанавливать, были или нет применены запрещенные вещества, но и для того, чтобы определять виновных, указывать на тех, на кого они хотят возложить вину. Это кардинальное перекраивание самой Конвенции. Чтобы ее изменить, необходимо внести поправки, согласовать их, после чего проводится процедура ратификации всеми участниками.

Это был очень печальный «выворот» в поведении западных государств, которые в интересах политической целесообразности  нарушают международное право, вводят правила, создаваемые ими же самими, которые могут меняться от случая к случаю.

В этом же ряду – развал Совместного всеобъемлющего плана действия по урегулированию вокруг иранской ядерной программы (СВПД), абсолютное неприятие США всех международных решений по Палестине, игнорирование решений Совета Безопасности ООН, которые уже стали частью международного права, экстерриториальное применение американского законодательства. Этот список можно продолжить.

Наша позиция заключается в том, что мы должны принять реальное положение вещей. Мы не можем игнорировать интересы отдельных групп стран, в том числе стран Запада. Но Запад должен оставить попытки примерить на себя образ судьи и обвинителя последней инстанции. Полагаю, что необходимо вести и поддерживать очень здравые дискуссии в формате «Группы двадцати». Там сейчас представлены страны «Группы семи», БРИКС, другие развивающиеся регионы, которые не входят в БРИКС – это весьма представительная компания. Думаю, не случайно «Группа двадцати», которая была изначально создана для решения ключевых финансово-экономических проблем, все больше обсуждает политические вопросы, стоящие перед международным сообществом.

По существу, это призвано компенсировать недостаточное продвижение в вопросе реформирования Совета Безопасности ООН. Страны, которые хотят, чтобы их голос в мировых политических дискуссиях был услышан, разделяют точку зрения, что «Группа двадцати» представляет собой площадку, где это было бы возможно. Это не означает, что мы должны забыть про реформу Совета Безопасности ООН. Основным недостатком работы СБ является недопредставленность развивающихся стран. Мы сможем решить эту проблему, только увеличив представленность стран Азии, Африки, Латинской Америки. Усиление представленности стран Запада не решит вопрос и не будет иметь никакой добавленной стоимости. Хотел бы обратить Ваше внимание, что в любой конфигурации Совета Безопасности ООН Запад сохраняет за собой по крайней мере одну треть мест, иногда больше.

Я призываю к дискуссии, в ходе которой будет признано, что триумфально провозглашенного «конца истории» после развала Советского союза не произошло, история жива и чувствует себя весьма неплохо, а предсказание Ф.Фукуямы о вечном доминировании Запада не сбылось. Эта реальность уже признается и в многочисленных аналитических работах, и в недавних заявлениях Президента Франции Э.Макрона, в его интервью. Давайте обсудим, куда мы движемся.

Вопрос: Если подвести итог Вашего выступления, можно ли сказать, что во всем нужно винить Запад?

С.В.Лавров: Нет, не во всем. Лишь в его собственных ошибках.

Вопрос: Начну с вопроса о Сирии. При всем понимании намерений и целей, Россия действительно стала одним из ключевых игроков на Ближнем Востоке, не только в Сирии. Недавно я услышала, как кто-то назвал Россию «шерифом Ближнего Востока». Развивая эту метафору, нужно сказать, что Ваша страна теперь несет ответственность за то, чтобы «в городе было безопасно». Чем больше сила, тем выше и ответственность, как мы знаем со времен фильма о «Супермене». Так вот, готова ли Россия обеспечивать общественное благо на Ближнем Востоке и в Сирии, в частности?

С.В.Лавров: Подобная ментальность шерифов, мировых полицейских – это западное изобретение. Такая логика не применима к тому, что мы наблюдаем в Сирии. Не стоит забывать, что кризис в этой стране начался на фоне многочисленных преступлений, совершавшихся на Ближнем Востоке, причем не нами.

Возьмем вторжение в Ирак. В 2003 г. было объявлено о победе демократии в этой стране – кто-то вспомнит сейчас эти громогласные заявления Дж.Буша-мл.? Посмотрите на то, что сегодня происходит в Ираке. К слову, «Аль-Каида» появилась на свет после того, как американцы в 70-80-х гг. прошлого века начали оказывать поддержку афганским моджахедам в расчете на то, что смогут их контролировать после вывода оттуда советских войск. На деле же была создана «Аль-Каида», которая бумерангом ударила по самим же американцам 11 сентября 2001 г. Аналогично в Ираке после вторжения США в 2003 г. спустя несколько лет было создано «Исламское государство». Абу Бакр аль-Багдади был выпущен из американской тюрьмы и возглавил этот ужасный халифат. Агрессия против Ливии и впоследствии против Сирии произвели на свет реинкарнации «Аль-Каиды» - группировку «Джабхат ан-Нусра», «Хейат Тахрир аш-Шам» или как они себя еще называют.

Агрессия против Ливии породила сразу несколько волн терроризма в направлении сахаро-сахельского региона и незаконной миграции – в сторону Европы. Это конкретные результаты авантюр против Ирака, Ливии и Сирии. И когда ИГ уже было в шаге от того, чтобы смести сирийское правительство, когда террористы дошли до пригородов Дамаска, когда Президент Сирии Б.Асад обратился к нам за помощью, да – мы помогли, и я полагаю, что поступили абсолютно правильно. Ведь в настоящий момент, за исключением провинции Идлиб и некоторых территорий на восточном берегу Евфрата, террористы более не контролируют эту страну, а легитимное правительство вновь управляет государством.

Вопрос: Некоторые утверждают, что поддержка, оказываемая режиму Б.Асада, толкает сирийских суннитов в объятия радикальных сил, экстремистов из «Джабхат ан-Нусры» и других. Что Вы об этом думаете?

С.В.Лавров: Нам приходится иметь дело с тем, что мы получили в наследство после ухода из Сирии французов. Ведь именно Франция стала архитектором действующей в Сирии системы организации власти. Это данность. У нас никогда не было колоний, но нам пришлось иметь дело с последствиями колониального периода.

Взгляните на постколониальные границы между государствами в Африке, включая страны Магриба, - это прямые линии, разделяющие различные этнические и религиозные группы. В следующем году мы будем отмечать 60-летие Декларации, принятой Генеральной ассамблеей ООН, предоставившей независимость колониям и народам. Мы обязательно вспомним о том, как эта Декларация принималась, и какие вопросы остаются нерешенными. Поскольку некоторые государства не получили независимость в той мере, как это было предписано ГА ООН.

Сейчас некоторые говорят, что не стоит вспоминать колониальное прошлое, а нужно жить сегодняшним днем. Но многие, в т.ч. в Европе, хотят пересмотреть вопросы, относящиеся к периоду окончания Второй мировой войны – за двадцать лет до деколонизации. А это ведь куда более молодой феномен. Этот факт нельзя игнорировать, как и необходимость анализа всех аспектов процесса деколонизации и того, что некоторые народы все еще остаются под контролем метрополий – это все еще открытый вопрос.

Возвращаясь к Сирии. Многие сунниты стали частью системы. Они активно участвуют в бизнес-процессах и государственном управлении. Я далек от мысли, что многие сунниты хотели бы сместить действующее правительство и броситься в объятия террористов.

Вопрос: И нет никаких опасений, что Россию будут рассматривать в качестве новой колониальной державы на Ближнем Востоке?

С.В.Лавров: Нас пригласили туда, в отличие от США, Франции, ФРГ и других членов т.н. анти-террористической коалиции, которые присутствуют на территории Сирии незаконно. Нас пригласило легитимное правительство, но не думаю, что это вписывается в определение колониализма.

Вопрос: Как Вы оцениваете происходящее в Ираке (в контексте революции или того, как Вы называете эти события) и Ливане? Поддерживает Россия эти процессы или противодействует им? Как Вы считаете, полезны ли они для эволюции этих стран?

С.В.Лавров: Не поверите, только вчера я обсуждал эту тему. Мы привыкли, что нас считают причастными ко всему, что происходит в мире: отравление в Солсбери, «брекзит», ситуация в Каталонии. Недавно нас упомянули среди тех, кто вмешивается в ситуацию в Чили, из-за которой отменили саммит АТЭС. Поэтому мне было интересно, почему нас не упоминают в контексте событий в Ираке, Ливане и теперь еще в Боливии. Каким-то образом нас еще не обвинили в организации переворота в Боливии. И это странно. Что-то все-таки происходит в головах тех, кто обычно формирует геополитическую повестку дня.

Я считаю, что происходящее в Ираке очень печально. Жаль наблюдать Ливан в таком неустойчивом положении. Но не забывайте, что в Ираке люди все еще пытаются оправиться от последствий американской оккупации и безрассудной политической инженерии, которую в Ираке проводил П.Бремер, выкидывая отовсюду членов партии «Баас». Кстати говоря, лучшие бойцы ИГИЛ – бывшие офицеры армии С.Хусейна, которых П.Бремер лишил работы. Как сказал У.Черчилль, американцы всегда поступают правильно, но после того, как перепробуют все остальные варианты. В Ливане мы поддерживаем усилия С.Харири по формированию нового правительства. Но насколько я понимаю, идея его и ряда его соратников состоит в том, чтобы создать правительство технократов без каких-либо политических образований. Не думаю, что в реалиях Ливана это возможно.

Вопрос: Россия играет важную роль на Ближнем Востоке особенно в том, что касается поддержки в конфликтах тех, кто ищет союзника против США. Это в определенной степени позволяет говорить о том, что Россия оказывает помощь тем, кто служит ее интересам в противостоянии с США. Так ли Вы оцениваете действия России на Ближнем Востоке или Вы с этим не согласны? Если не согласны, тогда почему мы видим, как Россия вместо того, чтобы содействовать созданию зон безопасности в Сирии, вместо того, чтобы восстанавливать разрушенные города, в т.ч. российской авиацией, поддерживает режим Б.Асада, против которого многие выступают и считают его нелегитимным?

С.В.Лавров: Прежде всего, «режим», как Вы его называете, – это правительство государства, являющегося полноправным членом ООН. Поэтому когда кто-то говорит о «режиме», я оставляю это на его совести.

Во-вторых, мы никогда не выстраивали свою внешнюю политику с единственной целью противодействовать США. Ни в коем случае. Если взять Ближний Восток, Россия – единственная страна, поддерживающая контакт со всеми. В Сирии мы ведем диалог с Правительством, оппозицией, курдами и, кстати, с американцами. У наших военных есть механизм деконфликтинга. В Ливии мы разговариваем с Премьер-министром правительства национального согласия Ливии Ф.Сарраджем, Председателем Палаты депутатов (парламента) Ливии А.Салехом, командующим Ливийской национальной армией Х.Хафтаром – со всеми сторонами. Та же история в Ираке. Мы выстраиваем диалог с суннитами, шиитами, курдами. Недавно я был с визитом в Ираке, где посетил Багдад и Эрбиль. По Сирии мы также тесно сотрудничаем с Турцией и Ираном. Позвольте Вам напомнить, что до того, как был создан Астанинский формат в конце 2016 – начале 2017 гг., не было диалога между Правительством и настоящей оппозицией. Единственная оппозиция, которую Западу удалось в то время собрать, состояла из иммигрантов, живших в Стамбуле, Эр-Рияде, в Европе и США. Они были представлены как партнеры для диалога. Тогда Россия, Турция и Иран организовали формат, в котором за стол переговоров сели Правительство и оппозиция, боровшаяся против него с оружием в руках. Именно таким образом нам удалось провести Конгресс сирийского национального диалога, созвать Конституционный комитет, и именно так был установлен режим прекращения огня на значительной части территории Сирии. До этого в 2013 г. мы были очень близки с США к договоренности о том, как урегулировать сирийский конфликт. Достигнутое с Госсекретарем Дж.Керри и одобренное Правительством в Дамаске соглашение заключалось в том, что сирийские ВВС вообще остаются на земле, любая операция российских ВКС и американских ВВС будет согласовываться между сторонами. Другими словами, США и Россия имели право «вето» на действия друг друга в Сирии. Единственное условие для вступления договоренности в силу состояло в том, чтобы США отделили вооруженную оппозицию от террористов, от «Джабхат ан-Нусры». Они так никогда этого и не сделали. У меня есть основания полагать на основе реальных прошлогодних примеров, что Вашингтон до сих пор поддерживает «Джабхат ан-Нусру», несмотря на то, что эта организация была включена в США в список террористических. В «Джабхат ан-Нусре» американцы видят противовес сирийскому правительству. Это их очередная ошибка после того, как они сделали ставку на моджахедов, которые организовали теракт 11 сентября; после того, что они сделали в Ираке, когда был создан ИГИЛ. Сейчас они пестуют «Джабхат ан-Нусру», пребывая в заблуждении, что смогут ее контролировать. Это иллюзия.

Говоря о восстановлении страны, мы продвигаем проекты совместно с Правительством САР, приглашая всех создать условия в целях модернизации инфраструктуры для возвращения беженцев, чтобы страна могла вернуться к нормальной жизни. США категорически отрицают такую необходимость и запрещают всем союзникам – НАТО, ЕС, странам в регионе – инвестировать в какие-либо проекты на территории, контролируемой Правительством. С другой стороны, на восточном берегу Евфрата они делают все, чтобы организовать квазигосударственную структуру, и просят страны Персидского залива о крупных инвестициях для создания местной администрации на основе Сирийских демократических сил и курдских отрядов самообороны. Это делается с четким намерением отделить эту часть Сирии и получить контроль над тамошними нефтяными месторождениями. «Би-би-си» же – серьезное СМИ. Сопоставляйте реальные факты и не позволяйте слоганам направлять Вас.

Вопрос: Вы только что сказали о том, что лучшие бойцы ИГИЛ – это бывшие члены партии «Баас». Я только что вернулась с турецко-сирийской границы, где в прошлом месяце Турцией совместно с Россией была запущена операция «Источник мира». Вы упомянули курдов в Ираке, но что Вы можете сказать о курдах в Сирии?

С.В.Лавров: Операция «Источник мира» была одобрена не Россией, а США, если быть аккуратным с фактами. Они пытались вести переговоры с Турцией, а потом сказали, что не смогли достичь соглашения, поэтому курды остаются сами по себе, а они – уходят. Объявив о том, что они оставляют курдов и Сирию, Вашингтон избавился от обязательств перед курдами, но они вернутся за нефтью (не за курдами). Это интересные «зигзаги» во внешней политике, которые снова возвращают нас к высказыванию У.Черчилля о том, что американцы всегда поступают правильно, но после того, как перепробуют все остальные варианты. Курды в Сирии должны участвовать в политическом диалоге. Но курды в Сирии должны быть последовательными. Если в начале конфликта они решили, что могут действовать самостоятельно при поддержке США, когда объявили о создании «Северного федеративного региона – Роджава», полагая, что США всегда будут их поддерживать в этом сепаратистском движении, то это было их решением. Мы пытались объяснить им и сирийскому Правительству, что важно начать диалог. Курды же были в этом не заинтересованы. Они верили, что США всегда будут им покровительствовать. Когда США совершили этот «переворот», курды стали просить нас помочь начать диалог с официальным Дамаском. Мы были готовы это сделать. Но потом, когда американцы заявили, что возвращаются, чтобы контролировать нефтяные месторождения, курды снова потеряли интерес к такому диалогу. Нужна последовательность. Не сомневаюсь, что решение сирийского конфликта может быть достигнуто только с учетом интересов курдов и всех остальных этнических и религиозных групп. Курды представлены в Конституционном комитете в Женеве. Но это не представители Отрядов народной самообороны. Вы знаете, что о них думают турки. Мы считаем, что этот вопрос требует очень тщательной дискуссии и строго политического решения, но оно может быть найдено только если все ключевые игроки сядут за один стол и будут рассуждать в категориях уважения территориальной целостности Сирии и решения всех национальных, этнических и конфессиональных вопросов в контексте территориальной целостности страны. Вот, в чем заключается работа Конституционного комитета.

Вопрос: Мы много говорили о США сегодня. В 2020 г. в США предстоят президентские выборы. Как Россия к ним готовится?

С.В.Лавров: Мы решим эту проблему, не беспокойтесь

Дополнительные материалы

Видео

Фотографии

Показывается результатов: 1.
x
x
Дополнительные инструменты поиска