28.09.1903:30

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам недели высокого уровня 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, Нью-Йорк, 27 сентября 2019 года

1988-27-09-2019

  • de-DE1 en-GB1 es-ES1 ru-RU1 fr-FR1

Спасибо, что вы интересуетесь нашим отношением к международным делам, работой Генеральной Ассамблеи ООН и тем, как в ней участвует российская делегация.

График у нас был традиционно очень напряженный – несколько десятков встреч с главами государств, правительств и министрами иностранных дел, беседы с Генеральным секретарем ООН и Председателем 74-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН и традиционные контакты в рамках «пятерки» постоянных членов СБ ООН, в рамках БРИКС, ОДКБ и ближневосточного «квартета».

Сессия проходит в непростых условиях. Нет нужды долго об этом распространяться. Много неурегулированных кризисов, конфликтов. Проблем в мировой политике и экономике, к сожалению, меньше не становится. Мы сегодня постарались в своем выступлении дать наше видение того, в чем причины такого совсем не оптимистичного положения дел. Постарались проанализировать ту концепцию, которую сегодня  активно продвигают наши западные коллеги – «порядок, основанный на правилах», и посмотреть, насколько она соответствует универсальным, общепризнанным, коллективно согласованным нормам международного права. По нашей оценке, соответствует не очень, а в целом ряде случаев даже противоречит. Поэтому мы будем добиваться того, чтобы все страны вернулись к уважению Устава ООН, других норм и принципов универсального международного права. Я вас заверяю, что в этой работе и в этой позиции у нас очень много единомышленников.    

В этом году открытие сессии Генеральной Ассамблеи ООН совпало с нашим председательством в Совете Безопасности ООН. Его центральным мероприятием стало министерское заседание, которое мы провели позавчера, посвященное сотрудничеству ООН с ОДКБ, ШОС и СНГ в сфере борьбы с терроризмом.

Провели еще одно министерское заседание Совета Безопасности ООН – вчера состоялась дискуссия по тематике укрепления мира и безопасности в Африке, которую мы организовали совместно с тремя африканскими членами Совета Безопасности.

По-моему, оба мероприятия были весьма полезными. В первом случае удалось наметить дополнительные возможности, которые нужно реализовать для того, чтобы эффективнее бороться с терроризмом, задействовав потенциал региональных организаций. Второе мероприятие лишний раз подчеркнуло, что африканские проблемы преобладают в повестке дня высшего органа ООН – Совета Безопасности. Необходимо утверждать в нашей работе принцип «африканским проблемам – африканские решения», чтобы африканцы сами использовали свой опыт, свою практику и решали проблемы континента, помогали находить компромиссы между конфликтующими сторонами в том или ином государстве, в той или иной части Африки.

Считаю, что состоявшиеся обсуждения в целом в рамках недели высокого уровня Генеральной Ассамблеи ООН и проходившие параллельно беседы подтвердили, что залог эффективного реагирования человечества на различные угрозы, общие для всех нас, – это опора на центральную координирующую роль ООН. При всех ее недостатках ничего более надежного человечество изобрести не смогло. Не думаю, что в ближайшем будущем изобретет.

Вопрос: У меня вопрос по Ирану. Как Вы видите ситуацию вокруг будущего СВПД и американо-иранских отношений по результатам текущей недели высокого уровня Генассамблеи? В своей речи Вы упомянули российскую Концепцию коллективной безопасности в зоне Персидского залива – она все еще «на столе»? Обсуждали ли Вы ее в ходе своих встреч в ООН?

С.В.Лавров: Проблемы, которые связаны с развалом СВПД, нужно отсчитывать не от нынешней сессии Генеральной Ассамблеи. Они начались гораздо раньше – полтора года назад, когда США в одностороннем порядке вышли из этого одобренного Советом Безопасности ООН и тем самым ставшего частью международного права документа и сказали, что всем остальным они тоже запрещают это делать, а если кто будет выполнять данный план, в частности, торговать с Ираном, то против него будут введены санкции.

Считаю, что это разрушительные действия не только для конкретной ситуации с иранской ядерной программой, но и для режима нераспространения ядерного оружия и в целом для ситуации в регионе. К сожалению, наши американские коллеги практически любой аспект ситуации на Ближнем Востоке и Севере Африки рассматривают через антииранскую призму. Как будто сознательно пытаются найти как можно больше причин для того, чтобы постараться подкрепить свои неподкрепляемые утверждения, что Иран является главным источником зла в этом регионе и все беды только от Ирана.

Наша концепция в этой связи заключается в том, чтобы использовать опыт других регионов мира, в частности, Европы, где в свое время был начат процесс Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, который привел в конечном итоге к подписанию Хельсинкского Заключительного акта, к принятию многих важных деклараций на высшем уровне. Я о них сегодня говорил: это Хартия европейской безопасности и Хартия о платформе безопасности, основанной на сотрудничестве. Это был 1999 год. В тех документах провозглашены принципы диалога, взаимного учета интересов друг друга, готовности обсуждать взаимные озабоченности, а главное – чтобы никто не укреплял свою безопасность за счет ущемления безопасности других.

Эта логика и лежит в основе нашей инициативы – Концепции безопасности в зоне Персидского залива. Впервые мы с ней выступили очень давно, когда еще можно было предотвратить то обострение, которое мы сейчас наблюдаем. К сожалению, не все прибрежные страны Персидского залива в то время согласились действовать на упреждение. Говорили, что идея неплохая, "можно изучить, но надо подождать, пока она вызреет". Сейчас, по-моему, она уже перезрела. То, что все больше стран Персидского залива, включая, естественно, и арабские страны Персидского залива, начинают раздумывать о том, как эту ситуацию сейчас деэскалировать, говорит в пользу того, что всё-таки идеи, которые мы продвигаем, в той или иной форме будут востребованы. Они очень простые: сесть за стол переговоров, начать не через СМИ, мегафоны выдвигать друг другу претензии, а положить все эти озабоченности на стол и начать их рассматривать по-деловому, без расчета на какую-то публику и добиваться удовлетворения всех участников этого процесса.

Надеюсь, что когда-нибудь такой процесс начнется. Мы предполагали, что помимо непосредственно стран Залива в нем должны участвовать в качестве содействующих сторон и «пятерка» постоянных членов Совета Безопасности, и Лига арабских государств, Организация исламского сотрудничества, Евросоюз – он тоже проявляет интерес к этому региону мира. Впоследствии, если вдруг такой процесс завяжется, эти принципы, подходы могли бы быть распространены и на другие страны Ближнего Востока и Севера Африки, где все больше и больше ощущается потребность в надежной, инклюзивной системе безопасности.

Вопрос: Как прошли сегодня Ваши переговоры с Госсекретарем США М.Помпео, затрагивали ли Вы тему стратегической стабильности, к чему пришли? М.Помпео написал в Твиттере, что «США с Россией обязаны найти конструктивный путь для движения вперед». Как Вам показалось, не очередные ли это "красивые слова"?

С.В.Лавров: Мы действительно обсуждали широкий круг вопросов – у нас есть сообщение для СМИ. Это была и стратегическая стабильность во всех ее измерениях; это были, конечно же, и конфликты, которые сохраняются сейчас на Ближнем Востоке и на Севере Африки – Сирия, Ливия, Афганистан; говорили и о проблеме северо-восточной Азии в контексте ядерной проблемы Корейского полуострова; говорили и о двусторонних делах, в том числе в развитие тех бесед, которые состоялись между нашими президентами, включая последнюю из этих бесед в Осаке «на полях» саммита «Группы двадцати». Впоследствии в июле с.г. состоялся их телефонный разговор. В ходе этих бесед, прежде всего с российской стороны, выдвигались предложения стремиться к тому, чтобы создавать дополнительные каналы общения и по вопросам делового сотрудничества по линии предпринимателей двух стран, и по вопросам осознания мировых проблем таким образом, чтобы Россия и США могли бы максимально способствовать их урегулированию через создание экспертного совета из видных дипломатов, политиков, бывших военных, представителей разведок, спецслужб. Эти предложения «на столе», так же как и наши предложения, о которых я сегодня упомянул в своем выступлении: о том, чтобы после развала, к сожалению, Договора о ракетах средней и меньшей дальности подумать над взаимным мораторием на развертывание этого класса ракет и сделать об этом соответствующее объявление, подумать о том, чтобы поскорее начать работу по подготовке к продлению ДСНВ. Госсекретарь США М.Помпео выразил готовность обсуждать эти темы. Но, правда, подтвердил известную американскую позицию, что вдвоем это делать уже трудно, надо расширять рамки. Мы будем не против любых форматов при понимании, что все участники, которых США хотели бы пригласить, ответят на это приглашение. Но в любом случае наша позиция заключалась в том, что ДСНВ, который истекает уже в феврале 2021 г., при всех обстоятельствах нужно было бы продлить. По крайней мере, чтобы сохранить какой-то опорный инструмент в сфере стратегической стабильности. Надеюсь, что у нас с американскими коллегами продолжится разговор на эту тему. По стратегической стабильности, наверное, вот в этом разрезе мы и говорили. Хочу подчеркнуть, что реакция была не отрицательная.

Говорили, конечно, и о двусторонних отношениях, где накопилось столько раздражителей, что у нас уже по нескольку раз в год наши заместители или директора соответствующих подразделений внешнеполитических ведомств встречаются, каждый раз зачитывают вот эти проблемы (на 90 процентов они с нашей стороны) и пока, к сожалению, не могут найти никакого выхода. Разумеется, я затронул возмутительную ситуацию с фактическим отказом выдать визы значительной части членов российской делегации – 13 человек, если брать в целом. Как и в день прилета, я еще раз подтвердил, что у меня нет ни малейшего сомнения в том, что ни Президент США Д.Трамп, ни Госсекретарь М.Помпео не имеют к этому никакого отношения – это мне подтвердил М.Помпео. Но если это так, то возникает вопрос, как же там принимаются решения, которые напрямую связаны с выполнением обязательств Вашингтона по обеспечению нормального функционирования штаб-квартиры ООН. И второе соображение в этой связи: когда происходят подобные эксцессы, то исполнители, которые их допускают, видимо, принимают решения, трактуя по своему разумению общую атмосферу в отношениях. Но уж эта-то атмосфера, конечно, создается американским политическим классом. Ежедневно, чуть ли не ежечасно, – то новые санкции, то обвинения России во все новых смертных грехах. Сегодня спикер Палаты представителей Н.Пелоси сказала, что за тем инцидентом, который сейчас раздувают вокруг телефонного разговора между президентами США Д.Трампом и Украины В.А.Зеленским, стоит Россия, что она это подстроила. Просто паранойя, по-моему, очевидная для всех. Но когда серьезные политики, а вслед за ними и претендующие на серьезность средства массовой информации все это разгоняют по всему миру, чиновник, которому надо ответить на запрос о выдаче визы, подумает: «Да ну ее! Лучше я как-то перестрахуюсь». Поэтому здесь нужно анализировать все в комплексе и стремиться нормализовать общую атмосферу. Потом, наверное, будет проще возвращать российско-американские отношения к той стадии, которую все ожидают. Мы от всех наших партнеров и из развивающихся стран, и из Европы слышали такие пожелания.

Вопрос (перевод с английского): Как бы Вы прокомментировали создание Конституционного комитета в Сирии? С учетом этого события в контексте резолюции 2254 СБ ООН, в которой содержится призыв к справедливым и свободным выборам, видите ли Вы перспективу полной демократии и свободных выборов в Сирии – того, чего не было в этом государстве на протяжении последних 50 лет, пока семейство Асадов находится у власти?

С.В.Лавров: Я не могу высказать реакцию на формирование Конституционного комитета, потому что мы непосредственно занимались его созданием, в отличие от некоторых других участников этого процесса, которые всячески его тормозили. Если бы не их старания, то Комитет был бы сформирован в декабре прошлого года. Мы знаем, кто пытался заблокировать эту работу, но мы не стали обижаться, вставать в какую-то позу, мы просто продолжали содействовать сирийскому правительству и оппозиции в поисках согласованных подходов. В итоге это удалось. Я признателен и Генеральному секретарю ООН А.Гутеррешу, и спецпосланнику Генерального секретаря ООН по Сирии Г.Педерсону за то, что они достаточно деликатно и дипломатично сопровождали этот процесс и реально помогли России, Турции и Ирану как странам-гарантам Астанинского формата договориться со сторонами о приемлемом для них списке и о приемлемых для них правилах процедуры. Генеральный секретарь объявил, что в течение месяца они хотят созвать первое заседание Конституционного комитета в Женеве, мы это приветствуем. Но мой главный посыл в том, что я доволен тем, что сопротивление этому процессу прекратилось. Потому что сопротивление было нацелено на срыв вообще любого сирийского урегулирования, на провоцирование конфронтации, напряженности, скандалов в этом процессе с тем, чтобы потом показать пальцем, сами знаете на кого, и обосновать очередное применение силы. Я рад, что разум все-таки возобладал, в том числе у наших западных партнеров, которые являются членами т.н. антитеррористической коалиции. Мы об этом тоже сегодня говорили с М.Помпео. Мне кажется, у нас постепенно вырабатывается лучшее понимание того, как все-таки лучше помочь сирийцам договориться о будущем своей родины, при том чтобы все без исключения внешние игроки уважали суверенитет и территориальную целостность Сирийской Арабской Республики. Что касается резолюции 2254 СБ ООН, она гораздо шире и содержит в себе гораздо больше положений, чем только свободные выборы. Там действительно упомянута необходимость провести свободные выборы под надзором и с помощью ООН, в которых могли бы участвовать все сирийцы. Но там написано еще и многое другое. Включая необходимость выработки конституционной реформы – это должно предшествовать выборам. Мы знаем о некоторых замыслах параллельно с работой над конституцией и независимо от того, когда она закончится, начать требовать проведения выборов. Это будет очередная провокация. Заверяю вас, что подобного рода идеи будут только блокировать прогресс, которого только сейчас удалось достичь, и будут блокировать дальнейшие договоренности между сирийцами. Надо все делать постепенно, шаг за шагом. Когда некоторые хотят все и сразу – "а если не все и сразу, то мы тогда будем бомбить" – это, надеюсь, не отвечает интересам ни одной страны в регионе, включая всех соседей Сирии. И не забудьте, что в резолюции 2254 СБ ООН очень четко зафиксирована задача бескомпромиссной борьбы с терроризмом. Ее тоже нельзя забывать, нельзя ее оставлять вне контекста рассуждения о том, как же выполнять резолюцию 2254 СБ ООН.

Вопрос: Говорят, что в бытность своей работы в Нью-Йорке Вы часто курили в здании ООН и даже платили штрафы. Курите ли Вы сейчас? Если да, платили ли Вы штрафы в этот раз? 

С.В.Лавров: Я штрафы никогда не платил. Это все сказки. Какие-то уже легенды рождаются. Мы неукоснительно руководствуемся всеми решениями, которые принимает Генеральная Ассамблея Организации Объединённых Наций (ГА ООН) о правилах поведения в различных частях штаб-квартиры ООН.

Вопрос: Ранее на этой неделе Вы высказались за возобновление авиасообщения между Грузией и Россией. Когда можно ожидать конкретных действий, какие это будут действия? Можно ли ожидать в свете этой новости, что и авиасообщение с Украиной может быть в скором времени восстановлено?

С.В.Лавров: Решение приостановить полеты в Грузию было принято в ответ на возмутительную выходку оппозиционеров, которые сорвали заседание Межпарламентской Ассамблеи Православия (МАП). Это была заготовленная провокация. К нашим депутатам было применено насилие. Когда мы принимали это решение, было объявлено, что это временная мера и  что мы ее отменим, когда ситуация нормализуется, когда в грузинском руководстве осознают необходимость пресекать такие эксцессы.

26 сентября состоялась встреча с Министром иностранных дел Грузии Д.М.Залкалиани, о которой он просил. Я потом читал его пространные комментарии, которые, по-моему, у него заняли больше времени, чем сама встреча. Среди прочих вопросов он интересовался, когда можно будет возобновить авиасообщение. Я ему объяснил, что мы никогда не искали искусственных поводов для ссоры с Грузией. Если грузинское руководство сможет ответственно продвигать свою позицию в пользу нормальных отношений с Россией и не будет озираться на русофобов, которых сейчас, по-моему, прежний президент опять пытается поднимать на борьбу с режимом в Тбилиси, тогда, наверное, я бы лично возобновил бы воздушное сообщение. Комментарии, которые делают сами грузины про эту встречу, вызывают у меня улыбку и недоумение.

Вопрос: За несколько дней до начала Вашей рабочей поездки в Нью-Йорк США позволили супруге и дочери В.А.Бута приехать в эту страну. Удалось ли Вам «на полях» Генеральной Ассамблеи ООН обсудить с американскими и кувейтскими коллегами (в Кувейте ведь есть еще М.В.Лазарева) судьбы конкретных россиян, страдающих по разным поводам?

С.В.Лавров: Вопросы по В.А.Буту мы ставим каждый раз, при любом контакте с американской стороной. Упоминал о длинном перечне «раздражителей» и проблем в наших отношениях, который американцам регулярно передается. Судьба В.А.Бута, равно как и К.В.Ярошенко, М.В.Бутиной и других наших граждан, которые были похищены либо обманом, либо в грубейшее нарушение законов тех стран, где их схватили, нас интересует в качестве приоритета. Сегодня я напомнил Госсекретарю США М.Помпео об этих наших озабоченностях, которые требуют внимания. Это хорошо, что разрешили приехать жене и дочери В.А.Бута. Это все-таки человечный акт. Но нас не радует то, что это произошло впервые за многие и многие годы, что он сидит в тюрьме по голословному обвинению, по подложному делу. Мы будем добиваться того, чтобы справедливость восторжествовала.

Делом М.В.Лазаревой я  занимался, когда недавно был в Кувейте, в том числе на уровне Эмира, на уровне вице-премьера и министра иностранных дел. Нас заверяют, что плотно занимаются этим вопросом. У них есть какие-то свои процессуальные проблемы. Для нас вопрос ясен, и надо срочно его решить, как нам, собственно, и обещали наши кувейтские друзья. Вы, наверное, знаете, что в этом деле нам помогают коллеги из Великобритании и США. Надеюсь, что такой мощный, коллективный сигнал даст результат.

Вопрос (перевод с английского): Какова цель Вашего предстоящего визита в Ирак? Насколько я знаю, Вы также собираетесь посетить Иракский Курдистан. Ирак – крупный импортер российского оружия. Кроме того, Россия осуществляет инвестиции в иракский нефтяной сектор. Принимая во внимание текущую напряженность в регионе, планирует ли Россия расширять торговое и военное сотрудничество с Ираком?

С.В.Лавров: У нас с Ираком очень хорошие отношения, доброе сотрудничество  во  многих областях, в том числе, в экономике, включая энергетику, а также в сфере укрепления боеспособности иракских сил безопасности, которые по-прежнему нуждаются в поддержке для борьбы с терроризмом. Террористам в Ираке был нанесен очень серьезный удар, но остатки этих банд по-прежнему иногда устраивают террористические акты. Мы будем готовы обсуждать то, что будет в интересах иракской стороны, с учетом того, насколько наши компании, в том числе нефтяные, будут видеть для себя выгоду в проектах, которые могут рассматриваться. Что касается визита в Ирак в целом, я начинаю брать пример с наших американских друзей: они обычно визиты в Ирак не объявляют, а когда уже прилетели, тогда все там и рассказывают. Поэтому давайте дождемся.

Вопрос (перевод с английского): Во время встречи Президента США Д.Трампа с лидерами более десятка латиноамериканских государств, в том числе  с представителями венесуэльской оппозиции, звучали призывы ввести дополнительные санкции в отношении Правительства Президента Венесуэлы Н.Мадуро. Однако они не смогли прокомментировать предполагаемые связи  между лидером оппозиции Х.Гуайдо и местными наркобаронами. Мы видели фотографии, на которых запечатлен Х.Гуайдо вместе с местными наркобаронами. Полагаете ли Вы, что ООН должна каким-то образом отреагировать на то, что человек с подобным «багажом» мог бы потенциально стать Президентом Венесуэлы?

С.В.Лавров: Это на уровне тех печальных разборок, которые в Соединенных Штатах устраивают по любому поводу. Кто кому позвонил, кто кого проинформировал, кто кому об этом рассказал, имел он право рассказывать или не имел. Всё-таки исхожу из того, что Организация Объединенных Наций должна заниматься серьезными вещами. В случае с Венесуэлой серьезная и, пожалуй, главная вещь - защита Устава ООН, который требует от всех стран уважать суверенитет, территориальную целостность других государств, не вмешиваться в их дела, не применять против них силу и не угрожать им силой, а также мирного урегулирования всех споров.

Вопрос (перевод с английского): Считаете ли Вы, что диалог между оппозицией и правительством Венесуэлы все еще возможен?

С.В.Лавров: Сегодня я разговаривал с Исполнительным вице-президентом Венесуэлы Д.Родригес, Министром иностранных дел Венесуэлы  Х.Арреасой. Они нацелены на то, чтобы вести диалог с оппозицией по поиску общенационального согласия. Естественно, они ведут диалог с той частью оппозиции, которая к этому готова. Представители Х.Гуайдо меняют свою позицию утром, вечером, через день. Поначалу они отвергали вообще все инициативы. Х.Гуайдо сказал, что ему не нужны никакие предложения ни от Карибского сообщества (КАРИКОМ),  ни от «механизма Монтевидео». Потом вроде бы наладил диалог между своими представителями и представителями правительства - так называемый «процесс Осло». Сейчас правительство Венесуэлы, как мне подтвердили упомянутые мной представители руководства страны, готово к «процессу Осло». Капризы Х.Гуайдо и его компании объясняются тем, что он не самостоятельная фигура. Ему подсказывают, что нужно сделать, чтобы создать очередной повод для кризиса, для нагнетания атмосферы, для оправдания применения на практике той самой «доктрины Монро», для задействования механизма Межамериканского договора о взаимной помощи («Пакт Рио»). Там уже всерьез в рамках государств, которые задействовали этот механизм, обсуждается возможность силового вмешательства в Венесуэлу. Конечно, я не могу решать за суверенное государство - мы не вмешиваемся в их дела - но у меня ощущение, что, если это произойдет, народы всей Латинской Америки, большинство ее населения будут просто оскорблены. Они вернутся в период двухсотлетней давности.

Вопрос (перевод с английского): Прошла информация о том, что Вы встречались с одним  из представителей венесуэльской оппозиции. Так ли это?

С.В.Лавров: Насчет встречи с неким господином, которого Х.Гуайдо кем-то там назначил. Мне сказали, что он где-то заявил, что со мной разговаривал. Это чистой воды ложь. К сожалению, дурной пример заразителен. Когда «фейк ньюз» разгоняются по всему миру, начиная, прежде всего, с Соединенных Штатов, чтобы обосновать какую-то политическую акцию, - это заразительно. Они учатся у американцев «вбросить» ложь, а потом пытаться ее использовать, чтобы показать, что Россия, дескать, бросила венесуэльское правительство. Низко, подло и недостойно мужчины.

Вопрос (перевод с английского): В США многие СМИ пишут об укреплении отношений между Россией и Израилем, в частности, освещался недавний визит Премьер-министра Б.Нетаньяху и его встреча с Президентом России В.В.Путиным. Могли бы Вы рассказать об этих отношениях? Каким Вы видите их будущее? 

С.В.Лавров: Это далеко не единственный визит Премьер-министра Израиля Б.Нетаньяху и далеко не единственная его встреча в этом году с Президентом России В.В.Путиным. У них очень добрые, доверительные отношения.

Рассматриваем отношения с Израилем в стратегическом плане. Там уже почти полтора миллиона граждан – выходцы из Советского Союза или из Российской Федерации. Как вам известно, там есть партия «Наш дом Израиль», которая в основном опирается на русскоязычных избирателей. Нам небезразлична судьба этих людей. Нам небезразлична безопасность Израиля, в том числе с учетом той страшной трагедии – Холокоста, которую евреи пережили во время Второй мировой войны. Мы свято чтим все то, что происходило тогда в отношении еврейского народа, когда спасали этот народ, в том числе большое количество евреев спасала Красная Армия. То, что израильское государство не просто помнит об этом, а свято преклоняется перед теми освободителями, – для нас совсем немаловажный фактор. Особенно на фоне того, как некоторые наши менее цивилизованные партнеры разрушают памятники, оскверняют могилы, в том числе оскверняют памятники жертвам Холокоста. Это очень важная деталь. Когда те, кто продвигает свою версию Второй мировой войны, свои версии о том, кто ее начал, кто виноват, сравнивает коммунизм с нацизмом,  фашизмом, – это именно те люди, которые разрушают памятники жертвам Холокоста. Делайте выводы о том, какие цели эти люди преследуют, где они воспитывались и как к ним надо относиться.

Кстати, в Израиле в Нетании открыт великолепный Памятник Советским воинам-победителям во Второй мировой войне (Монумент победы Красной армии над нацистской Германией). Как сказал Премьер-министр Израиля Б.Нетаньяху, в январе там будет открыт Монумент жертвам блокады Ленинграда. Это мероприятие будет совмещено с очередной годовщиной освобождения Освенцима. 27 января – это День памяти жертв Холокоста. Президент России В.В.Путин получил приглашение прибыть на эти мероприятия, в том числе на открытие музея блокадникам Ленинграда.

Помимо духовных и исторических связей, у нас очень неплохое экономическое сотрудничество, очень хороший, доверительный диалог по проблемам Ближнего Востока, в том числе по Сирии и по другим частям этого региона. Потому что во всех наших подходах мы всегда подчеркиваем, что комплексные решения этих проблем обязательно должны учитывать интересы безопасности Израиля. Это принципиальный момент. Жаль только, что мы не можем сейчас выйти из того тупика, куда загоняют палестинскую проблему. Это будет негативно сказываться на общей ситуации, в том числе на интересах Израиля.

Вопрос (перевод с английского): Сегодня утром мы слышали, как Премьер-министр Пакистана Имран-хан попросил международное сообщество о помощи, в особенности после того как Премьер-министр Индии Н.Моди в августе этого года своим указом отменил конституционную автономию штата Кашмир. Прозвучало предупреждение о том, что возможна опасная эскалация между двумя государствами, обладающими ядерным оружием. Как международное сообщество обсуждало эту проблему в ходе Генеральной Ассамблеи? Что бы Вы ответили Премьер-министру Имран-хану как Министр иностранных дел страны, председательствующей в Совете Безопасности ООН?

С.В.Лавров: Я вчера встречался с Премьер-министром Пакистана Имран-ханом. Мы говорили о кашмирской проблеме. Твердо подтвердили необходимость прямого диалога между Индией и Пакистаном. Между ними в 70-80-е гг. в Лахоре и Симле были заключены соответствующие документы. Эти декларации и соглашения сохраняют свою силу. Как и большинство других государств, мы выступаем за то, чтобы на основе этих документов стороны искали общеприемлемые договоренности.

Вопрос (перевод с английского): Бангладеш находится в сложной ситуации в связи с пребыванием большого числа беженцев-рохинджей. Страна и так испытывает экономические и социальные трудности. Могли бы Вы выступить в качестве посредника с тем, чтобы способствовать достойному возвращению беженцев на родину с учетом тесных отношений России с Даккой и Нейпьидо?  

С.В.Лавров: Это не вопрос, который может быть решен в том случае, если Россия станет посредничать. Нас об этом никто не просил. Есть общее понимание, в том числе по итогам обсуждения этого вопроса в Совете Безопасности ООН, что нужно людей возвращать. Для этого нужно обеспечить соответствующие условия, в том числе с участием Управления ООН по делам беженцев. Искать развязки нужно напрямую, через диалог и согласования всех технических вопросов, включая места, куда эти беженцы могут вернуться, обеспечение и гарантии их безопасности.

Как и в любом другом деле, здесь нужна спокойная, доверительная двусторонняя работа. Попытки нагнетать публичное внимание к этой теме, причем эти попытки всегда носят заострённый и не вполне позитивный характер, только разогревают страсти и делают обе стороны менее сговорчивыми. Поэтому диалог и еще раз диалог. Каких-то волшебных секретов у нас, как и ни у кого, нет, кроме того, что я сказал.                                                    

Вопрос (перевод с английского): Турция вела переговоры с США о создании зоны безопасности в Сирии. Каково отношение к этому России?

С.В.Лавров: Эту тему мы, естественно, затрагиваем в наших отношениях с турками и американцами по одной очень важной причине – все это происходит на территории САР. И Турция, и США торжественно подписывались под многими документами, голосовали за резолюции, в которых четко записано, что все мы должны уважать суверенитет и территориальную целостность Сирийской Арабской Республики. С этой точки зрения, конечно, нам небезразлично, как будет решаться эта тема. В 1998 г. между Сирией и Турцией было заключено Аданское соглашение, которое отражало согласованные между двумя странами механизмы, позволяющие обеспечивать безопасность в районе их границы. На мой взгляд, нет никакой проблемы на той же основе обоюдной приемлемости для соседних стран, в данном случае Турции и Сирии, договориться о том, как будет обеспечиваться безопасность Турецкой Республики. Это пожелание и стремление Анкары вполне оправданно, потому что они действительно страдают от того, что с территории, которую сейчас контролируют США, инфильтрируются террористы.

Третий аспект этой проблемы тоже завязан на суверенитет Сирийской Арабской Республики. Во многом в этом вопросе задействованы курды. Их пытаются использовать американцы: предпринимают шаги по обустройству территорий для их проживания, созданию органов местного управления. Ничего подобного не делается на остальной части Сирии к западу от Евфрата. Там на наши призывы обустраивать населенные пункты для возвращения беженцев и перемещенных лиц нам говорят, что сначала должен начаться и набрать темп политический процесс, а потом можно об этом думать. На востоке же от Евфрата никто не ждет политического процесса. Туда уже давным-давно вкачиваются деньги, местное население обеспечивается всеми необходимыми услугами – медицинскими, образовательными, водоснабжением, электричеством. Это, между прочим, напрягает арабские племена, которые традиционно жили на восточном берегу Евфрата. На части территории, где они традиционно проживали, американцы сейчас предпринимают усилия, которые не нравятся арабам. Это очень взрывоопасная ситуации.

Конечно, мы исходим из того, что курдский вопрос необходимо решать в рамках территориальной целостности и суверенитета Сирийской Арабской Республики. Считаем, что это должно быть предметом переговоров, но опять же с участием руководства Сирии. Будем не просто держать в уме переподтверждение нам американцами и турками приверженности территориальной целостности, а использовать это как критерий оценки всех происходящих на востоке от Евфрата действий.

Вопрос (перевод с английского): Спецпредставитель США по Сирии Дж.Джеффри заявил, что сирийское Правительство до сих стремится к военной победе, а затем он характеризовал создание Конституционного комитета на данном этапе как символическое событие. Что бы Вы сказали в ответ на это?

С.В.Лавров: Не могу комментировать то, что говорит господин Дж.Джеффри. Мы находимся в постоянном контакте с нашими американскими коллегами, но их комментарии – что по Сирии, что по любому другому конфликту – меняются день ото дня в зависимости от настроения, текущей политической конъюнктуры.

Сирийское Правительство обвиняли в том, что оно не хочет принимать резолюцию 2254 СБ ООН. Потом его обвиняли в том, что оно отказывается поддержать результаты Конгресса сирийского национального диалога (КСНД), который Россия при поддержке Турции и Ирана провела в январе 2018 г. в Сочи. КСНД стал переломным этапом в усилиях по переходу от слов к реальной работе по политическому урегулированию. Именно на сочинском Конгрессе сирийского национального диалога были определены те параметры, которые легли в основу создания Конституционного комитета (сам термин «Конституционный комитет» впервые был употреблён именно там) и правил процедуры его работы. Говорили, что сирийское Правительство не хочет поддерживать этот документ, как оно раньше якобы не хотело поддержать резолюцию 2254 СБ ООН. Все это, мягко говоря, было неправдой, потому что Дамаск поддержал и резолюцию 2254 СБ ООН, и декларацию КСНД, и все последующие действия, которые определялись повесткой дня, заданной странами «астанинской тройки». Эти действия были нацелены на то, чтобы обеспечить начало полноценного политического процесса в Женеве при содействующей роли ООН.

От чего сейчас еще отказывается сирийское Правительство? Если Дж.Джеффри считает, что сирийское Правительство делает ставку на военную победу, то мне это неизвестно. Оно добросовестно подтверждает все свои обязательства, в том числе во время заседаний в Совете Безопасности ООН, которые посвящены сирийской тематике. Если, как это сейчас в Америке многие пытаются делать, под ставкой на военное решение подразумевается то, что сирийская армия при нашей поддержке будет бескомпромиссно добивать остатки террористов, включая «Хейат Тахрир Аш-Шам», которую некоторые пытаются преподнести как умеренную структуру, то это нечистоплотное передергивание фактов. Никто никогда не проводил параллель между борьбой с терроризмом и военным решением конфликта. Вооруженная оппозиция – участник Астанинского процесса и договоренности о создании Конституционного комитета.

Вопрос: Вы сегодня говорили о двойных стандартах и намеренном нарушении международного права некоторыми западными государствами. В то же время Ваша страна поддерживает Израиль, нарушающий международное право, строя поселения, занимая палестинские земли, заключая в тюрьмы людей. У Вас тёплые отношения с Израилем. М.Аббас хотел бы расширить число посредников. Почему Вы не предлагаете свою помощь в разрешении палестинского вопроса, используя свои добрые отношения с Израилем?

С.В.Лавров: Как я уже сказал, все игры вокруг палестинской проблемы: обещание «сделки века», предложение 50 млрд долл., чтобы не возвращать беженцев в Палестину, попытка сначала уговорить арабские страны нормализовать отношения с Израилем, а уже потом решать палестинскую проблему (что прямо вступает в противоречие с Арабской мирной инициативой) – всё это на данный момент загоняет, если уже не загнало, палестино-израильское урегулирования в тупик.

Мы убеждены (я об этом тоже сказал, выступая на Генеральной ассамблее), что это не в интересах Израиля и не в интересах кого бы то ни было. Потому что только двухгосударственное решение, только создание обещанного 70 лет назад палестинского государства может обеспечить мир и стабильность во всем этом регионе, снять остроту проблемы, в том числе резко сократить возможности экстремистов вербовать в свои ряды молодежь с арабской улицы. Мы это откровенно говорим израильтянам. К сожалению, пока американская линия на то, чтобы самостоятельно этим заниматься, остается востребованной.

Я встречался с Абу Мазеном здесь, на Генеральной ассамблее ООН. Он не высказывал претензий по поводу того, что Россия мало делает для того, чтобы найти решение этой проблемы, вывести процесс из тупика. Если брать все обстоятельства, весь комплекс трудностей, которые определяют нынешнюю стадию палестино-израильского урегулирования, то очевиднейшим, самым первым и простым, как это ни парадоксально, шагом было бы восстановление палестинского единства.

Да, и у ФАТХ, и ХАМАС есть внешние сторонники – те, кто их поддерживает, и это не одни и те же страны. Но все-таки это палестинцы – и те и другие. Объединить свои ряды, возвратить единство Палестинской Национальной Администрации, провести выборы, наладить взаимодействие – всё это многократно укрепило бы позиции палестинцев на переговорах и в целом на международной арене. Это зависит только от них и от арабов. Больше, по большому счету, ни от кого.

Неспособность это сделать играет на руку тем, кто говорит, что неясно, с кем вести переговоры, так как там нет единой команды, единых переговорщиков. Это все, конечно, не очень корректно, но я Вам описываю то, как те, кто не хочет урегулирования, воспринимают ситуацию. Россия уже несколько раз проводила у себя межпалестинские встречи с участием ФАТХ, ХАМАС, «Исламского джихада» – всего приезжало где-то 12-15 делегаций – и пыталась предоставить им свою площадку для того, чтобы они через диалог договорились, как им восстановить единство своих рядов. Выпускали декларации, заявления, но пока дальше этого дело не идет. Однако считаю, что это важнейшая часть работы на палестинском направлении. Активно поддерживаем усилия тех стран, которые хотят вместе с нами содействовать палестинскому единству. Отмечу, в частности, усилия Египта и ряда других стран.

Вопрос (перевод с английского): В преддверии Вашей встречи с Госсекретарем США М.Помпео приводились Ваши заявления в СМИ о том, что следует ожидать ответную реакцию, суть которой пока не раскрывается, на невыдачу виз членам Вашей делегации. Актуально ли это до сих пор?

С.В.Лавров: Я об этом заявил позавчера на заседании Конференции по содействию вступлению в силу Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, прокомментировал журналистам. И вчера, и сегодня я переговорил на эту тему с Госсекретарем США М.Помпео. Еще раз обращаю Ваше внимание на то, что у меня нет никаких сомнений в том, что ни он, ни Президент США Д.Трамп об этом не знали и подобных команд не давали. Мой коллега мне это подтвердил.

Конечно, мы не можем оставлять это без ответа и обязательно будем учитывать эту ситуацию в следующий раз, когда в Нью-Йорке или где-то еще на территории США будут проходить международные мероприятия. Будем перепроверять много раз, в какой мере выдающие визы чиновники имеют инструкции от своего руководства – в данном случае от Госдепартамента. О каких-то дополнительных мерах я в данный момент не хочу говорить.

У нас сейчас, к сожалению, много проблем с американцами. Мы никогда не хотели действовать по принципу «око за око, зуб за зуб». Оставлять без ответа то, что в свое время натворила администрация Б.Обамы, буквально по-рейдерски, по-бандитски захватив нашу дипломатическую собственность на территории США, мы не могли, - аналогичным образом мы поступили с частью американской собственности. Но заниматься такого рода захватом в стране, где в Конституции и во многих законах частная собственность называется «священной», думаю, просто не достойно США как великой державы, ее народа с его богатыми демократическими и законопослушными традициями.  А тут еще и на портале «Яху Ньюз» (Yahoo News) на пустом месте вспомнили, как Б.Обама отнял у нас нашу собственность, и слили новую «сенсацию», что сделано это было якобы потому, что наши дачи и под Вашингтоном, и под Нью-Йорком были «шпионскими гнездами»… Все это очень неприлично.

Конечно, мы хотим вернуть все в нормальное русло – по крайней мере, в том, что касается нормальных условий работы наших дипломатов в США и американских в России. Не все от нас зависит, но будем искать стимулирующие меры.

Вопрос (перевод с английского): В ходе традиционного конференц-кола Пресс-секретарь Президента России Д.С.Песков заявил, что Россия не хотела бы публикации стенограммы телефонных разговоров В.В.Путина с Президентом США Д.Трампом. Является ли это предметом Вашей озабоченности? И вызывает ли у Вас какие-либо озабоченности разворачивающиеся в настоящий момент турбулентные внутриполитические процессы в США?

С.В.Лавров: Знаете, меня мама воспитывала в том духе, что читать чужие письма – это неприлично. Я привык из этого исходить. Тем более, речь идет о письмах двух людей, которых их народы избрали на ведущие посты. Есть традиции, есть приличия, в том числе дипломатические, которые предполагают определенный уровень конфиденциальности и согласованность в этих вопросах. Не комментирую то, кто и как принимал решения о публикации записи телефонного разговора Президента США Д.Трампа и Президента Украины В.А.Зеленского. Существует дипломатическая практика. И выносить любой вопрос на публичное растерзание, громким и надрывным голосом заявлять о том, что если та или иная администрация не покажет какую-то записку – своим ли родственникам, партнерам, то тогда эту администрацию будут разносить в клочья – разве это демократия? Как вообще можно вести работу в таких условиях? Поэтому мы будем следовать букве и духу Венских конвенций о дипломатических и консульских сношениях, в которых все написано. Рекомендую СМИ, которые так рьяно пытаются узнать, можно ли что-то еще публиковать, обращаться к этим важным документам, регулирующим дипломатические сношения.

Дополнительные материалы

Видео

Фотографии

Показывается результатов: 1.
x
x
Дополнительные инструменты поиска

Гуманитарное сотрудничество