26.01.2119:40

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Исламской Республики Иран М.Д.Зарифом, Москва, 26 января 2021 года

118-26-01-2021

  • en-GB1 ru-RU1

Уважаемые дамы и господа,

Переговоры с Министром иностранных дел Исламской Республики Иран (ИРИ) М.Д.Зарифом были конкретные и доверительные. Мы давно работаем друг с другом. Это помогает решать многие вопросы, которые необходимо рассматривать и претворять в жизнь на основе договоренностей между Президентом России В.В.Путиным и Президентом Ирана Х.Рухани. Они регулярно общаются, обсуждают весь комплекс наших двусторонних отношений, а также актуальные региональные и международные проблемы. Сегодня все эти вопросы были подробно рассмотрены, включая взаимодействие в торгово-экономической, энергетической, сельскохозяйственной, транспортной, промышленной сферах.

Говорили о взаимодействии по сооружению в Иране новых блоков атомной электростанции «Бушер». Приветствовали нацеленность коллег из экономического блока правительств двух стран и деловых кругов России и Ирана на всемерное развитие многопланового партнерства.

Позитивно оценили гуманитарные и межрегиональные связи. Уделили внимание сотрудничеству по противодействию коронавирусной инфекции COVID-19. Соответствующие агентства двух стран находятся в контакте. От России в этих процессах участвует Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ). Наши иранские друзья сообщили, что партнеры фонда в Тегеране готовы к завершению консультаций, которые позволят наладить практическое взаимодействие.

Подписали межправительственное Соглашение по сотрудничеству в области обеспечения информационной безопасности. Документ открывает возможности для координации наших действий в условиях растущего значения проблем, существующих в киберпространстве, их всё большего влияния на международные отношения и на положение дел в отдельных странах.

Подробно говорили о ситуации вокруг Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по урегулированию иранской ядерной программы. У нас единая позиция. Заинтересованы в его полноценном сохранении. Убеждены, что путь к этому лежит исключительно через последовательное, всестороннее выполнение положения этого важнейшего документа всеми вовлеченными сторонами в строгом соответствии с резолюцией СБ ООН 2231. Надеемся, что предпринимаемые сейчас усилия дадут результат и позволят сохранить СВПД, а США вернутся к полному выполнению указанной резолюции. Это, в свою очередь, создаст условия для соблюдения всех требований ядерной сделки Исламской Республикой Иран. О том, как двигаться в этом направлении, было сказано в Совместном министерском заявлении о Совместном всеобъемлющем плане действий (21 декабря 2020 г.) стран, остающихся сейчас в СВПД.

С особым вниманием рассмотрели ситуацию в Нагорном Карабахе с учетом усилий, предпринятых Россией, позволивших достичь 9 ноября 2020 г. полного прекращения огня.

Также рассказали о договоренностях 11 января с.г. на встрече президентов России, Азербайджана и Премьер-министра Армении, где шла речь о сотрудничестве по разблокированию всех экономических, транспортных и прочих связей на Южном Кавказе с участием стран региона и всех их соседей, включая ИРИ. Убеждены, что эта работа позволит окончательно урегулировать остающиеся политические аспекты ситуации вокруг Нагорного Карабаха на справедливой основе в интересах азербайджанского и армянского народов и всех их соседей.

Сверили часы по сирийскому урегулированию. «Астанинский формат» работает и подтверждает свою востребованность. Обсудили подготовку очередной встречи в «Астанинском формате», намеченной на февраль 2021 г. в Сочи. Говорили о начавшейся вчера работе очередного заседания редакционной комиссии Конституционного комитета. Россия, Иран и турецкие партнеры по «Астанинскому формату» сопровождают эти переговоры. Заинтересованы в том, чтобы в рамках Конституционного комитета они шли в строгом соответствии с согласованной повесткой дня.

Затронули и другие проблемы глобальной и региональной повестки, включая положение в зоне Персидского залива, ситуацию в Йемене, Афганистане и необходимость не допустить, чтобы палестинская проблема была предана забвению. Россия и Иран по всем этим вопросом будут тесно координировать шаги, в том числе в ООН.

Считаю, что переговоры были весьма полезными. Искренне благодарю Министра иностранных дел ИРИ, всю его делегацию за полезную совместную работу.

Вопрос (перевод с фарси): Как Вы оцениваете российско-иранские отношения с учетом нынешней обстановки в мире и, в частности, смены Администрации в США?

С.В.Лавров: Российско-иранские отношения являются отношениями между дружественными странами, близкими народами, соседями по Каспийскому морю. Взаимодействуем в многочисленных форматах в дополнение к двусторонней повестке дня. Взаимоотношения развиваются исходя из интересов двух государств, двух народов. Выстраивая планы, мы не оглядываемся на какую-то третью сторону.

Складывающаяся в мире ситуация, безусловно, влияет на наши отношения в той степени, в которой некоторые западные коллеги пытаются ограничить возможности развивать взаимовыгодное сотрудничество между Исламской Республикой Иран и Российской Федерацией. Воспринимаем это как нелегитимные попытки злоупотреблять односторонними рестрикциями, противоречащими международному праву, придавать экстерриториальный характер своему национальному законодательству. В этой ситуации выбираем формы сотрудничества в торговле, экономике, инвестиционной сфере, которые не будут зависеть от прихоти того или иного нарушителя международного права.

Что касается упомянутого Вами нынешнего этапа в международной жизни, который характеризуется в т.ч. и сменой Администрации в Вашингтоне, то слышали немало заявлений от команды Дж.Байдена, касающихся его планов во внешней политике. Среди них было анонсировано намерение вернуться к полному соблюдению Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе.

Если это произойдет – будем только приветствовать. И руководство Исламской Республики Иран, и руководство Российской Федерации неоднократно высказывались за то, чтобы все подписанты одобренного Советом Безопасности ООН СВПД вернулись к выполнению своих обязательств. Если это случится (а мы надеемся, что сумеем достичь такого результата), то отношения между нашими странами выиграют, поскольку будут выведены из-под нелегитимных, незаконных односторонних санкций как со стороны США, так и со стороны целого ряда других стран.

Вопрос (перевод с фарси): Иран сделал пять шагов по уменьшению своих обязательств по СВПД и сейчас заявил, что приступил к обогащению металлического урана, что многие эксперты расценивают, как приближение к созданию оружейного плутония. Готов ли Иран вернуться к соблюдению своих обязательств по СВПД в случае должных действий со стороны США и других европейских участников СВПД? Как в таком случае будет решаться вопрос с допуском международных экспертов МАГАТЭ?

С.В.Лавров (добавляет после М.Д.Зарифа): Как уже не раз говорили (и сегодня подтвердили это на переговорах), мы озабочены тем, что Иран вынужден отходить от выполнения своих добровольных обязательств по СВПД. Понимаем, что в корне проблемы лежит систематическое многолетнее несоблюдение, даже нарушение Администрацией Д.Трампа её обязательств по резолюции СБ ООН 2231, которая одобрила СВПД. В основе нынешней ситуации лежит не только систематическое нарушение самими Соединенными Штатами этой резолюции, но и то, что Вашингтон требовал от всех остальных стран мира не выполнять её в той части, которая обеспечивала беспрепятственные торгово-экономические отношения с Исламской Республикой Иран. Понимаем, что это лежит в корне проблемы. Настойчиво работали и продолжаем работать с европейскими участниками СВПД, у которых явно прослеживалось нежелание «ссориться» с США. Многие в США, да и не только в США, хотели «сжать» потуже кольцо удушающих санкций вокруг Ирана.

Не раз слышали, что бывший Президент США Д.Трамп – первый из многих своих предшественников, кто не начал ни одной войны. И в США в Администрации Д.Трампа, и за рубежом было немало желающих сделать так, чтобы историю с выходом США из СВПД использовать для того, чтобы спровоцировать Иран и в ответ на это начать очередную войну и тем самым не сделать Администрацию Д.Трампа исключением по сравнению с теми, кто ей предшествовал. Возможно, таких желающих сейчас тоже ещё немало. Поэтому мы делаем всё возможное для того, чтобы на основе заявлений Дж.Байдена и его сотрудников о стремлении вернуться в СВПД, всем нам, вместе с Ираном, европейцами, Китайской Народной Республикой найти конкретные пути для того, чтобы все участники СВПД стали выполнять свои обязательства в полном объеме. Тем самым мы вернули бы в «копилку» международной дипломатии это величайшее достижение в сфере нераспространения ядерного оружия и выбили бы козыри из рук тех, кто хотел обострить до предела эту ситуацию и довести ее до «горячей» стадии. Россия будет активнейшим образом стремиться не допустить такого сценария. Уверен, что это и в интересах Ирана, всех стран региона и, в конечном итоге, Европы и Запада в целом, включая США.

Вопрос (перевод с фарси): Вы говорили, что Россия хочет создать сбалансированные отношения в странах региона Персидского залива, а США мешают реализации данной концепции. Есть ли у России конкретные предложения по этому поводу?

С.В.Лавров: Никогда не говорил, что США мешают российским инициативам. Давно и подробно говорим о них. Почти 20 лет назад мы выдвинули предложения о разработке Концепции безопасности в зоне Персидского залива. С тех пор не просто его повторяем, а следим за меняющейся обстановкой в регионе и в мире в целом. Всячески стараемся обновлять наши подходы, чтобы они выглядели актуально.

В 2019 г. была представлена обновленная Концепция безопасности в зоне Персидского залива. Состоялась научная конференция с участием всех стран, которые считаем необходимым вовлечь в этот процесс. В октябре 2020 г., когда Россия была председателем в Совете Безопасности ООН, организовали специальные дебаты на эту тему. При всех расхождениях они выявили очевидную заинтересованность не просто в продолжении этого разговора, а в том, чтобы он увенчался конкретным результатом, прежде всего в сфере укрепления доверия, налаживания добрососедских отношений, по примеру того, что сделали в 80-е гг. XX в. в Европе.

Открыты к обсуждению идей других государств. Есть похожие инициативы Китая. Иран выдвинул «Ормузскую мирную инициативу», подразумевающую организацию встреч и диалогового формата между всеми прибрежными странами Персидского залива. С похожими идеями в разные годы выступали Катар и Кувейт.

Если вспоминать российские предложения, нацеленные на реализацию задачи обеспечения безопасности в Заливе, то осенью 2020 г. Президент России В.В.Путин предложил провести в формате видеоконференции (в силу коронавирусных ограничений) встречу на высшем уровне между лидерами постоянных членов СБ ООН, Ирана и ФРГ. Это предложение остается в силе. Также будем готовы подключиться к любому процессу, который преследует упомянутую цель: мир, безопасность, стабильность и добрососедство в районе Персидского залива при поддержке всех окружающих этот регион государств.

Особо подчеркну, что у некоторых стран есть искушение увязать прогресс в региональной безопасности с восстановлением СВПД. Не относимся к их числу. Напротив, убеждены, что СВПД должен быть возобновлен в полном объеме без каких-либо предварительных условий.

Вопрос: Президент Российской Федерации В.В.Путин назвал сложившуюся в Нагорном Карабахе ситуацию главным событием 2020 г. Нагорно-карабахское урегулирование (НКУ) вошло в ежедневную повестку России. Значит ли это, что в этом году и на многие годы вперед НКУ станет одним из главных стратегических приоритетов российской внешней политики? Какова ситуация с разблокированием транспортно-экономических связей? Считаете ли Вы, что на карабахском треке это был ближайший возможный вариант движения на пути к миру? Насколько Иран и другие страны региона готовы к многостороннему сотрудничеству?

С.В.Лавров: Достаточно упрощенно говорить, что Россия «видела» Нагорный Карабах своим приоритетом только в 2020 г. Уделяли самое пристальное и предметное внимание нагорно-карабахскому урегулированию в течение многих лет, если не десятилетий. Из «тройки» сопредседателей Минской группы ОБСЕ, куда вместе с Россией входят Франция и США, мы, если смотреть объективно, наиболее последовательно продвигали различные идеи в рамках оговоренных всеми общих принципов, которые позволили бы достичь урегулирования.

Несколько лет назад у нас был шанс достичь на основе российских предложений, поддержанных другими сопредседателями Минской группы ОБСЕ, договоренности, которая помогла бы уберечь сотни и тысячи жизней со стороны Азербайджана и Армении. К сожалению, тогда этого не получилось. Теперь мы имеем реальную ситуацию «на земле», достигнутую в результате посреднических усилий Президента Российской Федерации В.В.Путина, его многочасовых переговоров с Президентом Азербайджана И.Г.Алиевым и Премьер-министром Армении Н.В.Пашиняном. Она воплощена в Заявлении от 9 ноября 2020 г. Помимо полного прекращения всех боевых действий она предусматривает решения «на земле», большинство из которых вписываются в принципы, в свое время сформулированные Россией и другими сопредседателями Минской группы ОБСЕ.

Во многом ситуация сложилась в русле тех принципов, но ценой огромного количества человеческих жертв. Это должно послужить уроком на будущее всем участникам подобных конфликтов.

Не собираемся оставлять без внимания ситуацию в Нагорном Карабахе. Подтверждением тому стал трехсторонний саммит 11 января с.г. в Москве с участием Президента России В.В.Путина, Президента Азербайджана И.Г.Алиева и Премьер-министра Армении Н.В.Пашиняна. На нем было достигнуто согласие о создании механизма, который будет на практике реализовывать договоренность о разблокировании всех экономических связей, транспортных коммуникаций, хозяйственной и гуманитарной жизни в регионе в целом.

Вы спросили, будут ли новые вызовы, с которыми придется сталкиваться трем странам на пути к миру. Если Вы имели в виду Россию, Азербайджан и Армению, то заинтересованность в том, чтобы регион жил спокойно, по-добрососедски, и процветал, испытывают не только перечисленные государства, но и Иран, Турция, Грузия (упомяну и её, потому что это часть Южного Кавказа). В целом звучат инициативы относительного того, чтобы три закавказских республики с участием соседей – России, Ирана и Турции – стремились выстраивать отношения с учетом новой реальности, когда нет войны и есть договоренность снять все блокады и прочие ограничения на нормальную жизнь в этой очень важной части земного шара.

Нет сомнений, что Исламская Республика Иран заинтересована в подключении к этим проектам. Россия также будет непосредственно участвовать в усилиях, вытекающих из договоренностей о разблокировании экономических и транспортных связей. На этот счет есть конкретные наметки, создан трехсторонний механизм на уровне вице-премьеров, который в ближайшее время должен провести первую встречу.

Помимо России, Ирана, Турции есть много желающих подключиться к восстановлению экономики в регионе Нагорного Карабаха и вокруг него, в том числе из европейских стран. Думаю, что это можно только приветствовать. Главное, чтобы все внешние игроки думали о том, что сейчас важно создать, укрепить, сделать надежным и прочным экономический фундамент дальнейшей жизни этого южнокавказского региона.

Дополнительные материалы

Видео

Фотографии

x
x
Дополнительные инструменты поиска