13.02.2017:19

Ответ официального представителя МИД России М.В.Захаровой на вопрос СМИ относительно решения Комитета министров Совета Европы по созданию трехсторонней процедуры реагирования на грубые нарушения странами-членами уставных обязательств

258-13-02-2020

Вопрос: Как Вы прокомментировали бы решение Комитета министров Совета Европы по созданию трехсторонней процедуры реагирования на грубые нарушения странами-членами уставных обязательств?

Ответ: 5 февраля Комитет министров Совета Европы (КМСЕ) принял решение о создании «Дополнительной совместной процедуры взаимодействия КМСЕ и Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) в случае серьезного нарушения странами-членами уставных обязательств».

Вопреки нашим призывам продолжить работу над этим документом в целях его приведения в полное соответствие с Уставом Совета Европы (СЕ), а также духом и буквой договоренностей министерской сессии КМСЕ в Хельсинки в мае 2019 г., грузинское председательство при поддержке ряда делегаций не стало искать консенсуса, а поспешило поставить проект на голосование. В результате мы, как и пять других делегаций, были вынуждены воздержаться. Примечательно, что Украина, добивавшаяся превращения процедуры в санкционный механизм с ретроактивным применением, не нашла поддержки подавляющего большинства и стала единственной страной, проголосовавшей «против».

В ходе заседаний КМСЕ российская сторона неоднократно излагала свои принципиальные замечания к проекту решения. К сожалению, не все они нашли отражение в финальном тексте. В этой связи по итогам голосования Постоянный представитель Российской Федерации при СЕ И.Д.Солтановский распространил интерпретирующее заявление с изложением нашего понимания узловых моментов процедуры. Следует отметить, что несколькими днями ранее российская делегация в ПАСЕ выступила со схожим заявлением по итогам голосования 28 января с.г. по соответствующей резолюции ПАСЕ. Таким образом, наши принципиальные подходы в данном вопросе остаются неизменными на площадках обоих уставных органов страсбургской Организации (КМСЕ и ПАСЕ), и именно ими мы будем руководствоваться при возможном задействовании процедуры в отношении любого из государств СЕ.

Выделю главное. Мы исходим из того, что указанная процедура создавалась в качестве гарантии неповторения кризиса 2014-2019 гг. в Совете Европы, вызванного дискриминационными решениями ПАСЕ в отношении российской делегации. Она была призвана стать единственным легитимным механизмом ограничения прав государств в уставных органах СЕ. Следовательно, присоединение Ассамблеи к процедуре предполагает ее отказ от противоречащих Уставу СЕ самоприсвоенных полномочий по ограничению по политическим мотивам прав национальных делегаций.

Совместная процедура является конкретизацией статьи 8 Устава СЕ, в соответствии с которой только Комитет министров уполномочен обсуждать вопрос о приостановке представительства стран-членов в Организации, т.е. именно за Комитетом министров должно оставаться последнее слово на всех стадиях процедуры, включая направление в страну т.н. миссии высокого уровня. Такая миссия может осуществляться только с согласия принимающей страны, необходимого и для реализации разрабатываемой для нее «дорожной карты».

Наконец, то, против чего безуспешно выступала Украина: процедура не должна иметь обратной силы и может применяться исключительно в отношении новых и самых серьезных случаев нарушения Устава СЕ.

Рассчитываем, что созданный в Совете Европы новый механизм не превратится в рычаг политического давления на неугодные страны, а будет служить своим декларируемым целям: избегая санкций, через конструктивный диалог и сотрудничество оказывать государствам содействие в устранении возможных нарушений зафиксированных в статье 3 Устава фундаментальных принципов Организации.

Организация по безопасности сотрудничества в Европе (ОБСЕ)

НАТО

Европейский союз (ЕС)

Отображение сетевого контента

x
x
Дополнительные инструменты поиска