15.02.1612:45

Интервью заместителя Министра иностранных дел России Г.М.Гатилова германскому журналу «Дер Шпигель», опубликованное 14 февраля 2016 года

266-15-02-2016

  • en-GB1 ru-RU1

Вопрос: Кто виноват в провале переговоров по Сирии?

Ответ: Переговоры не провалились. Спецпосланник Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистура сказал, что берет паузу. Ответственность за это лежит на оппозиции. Делегация, поддерживаемая Саудовской Аравией, выдвинула свои условия для переговоров: сперва должны прекратиться российские воздушные удары и улучшиться гуманитарная ситуация, и только после этого они хотят разговаривать. Это преднамеренный маневр, цель которого – затормозить диалог. Даже умеренная оппозиция была готова пойти на большие уступки, чтобы переговоры могли начаться. Еще один момент – это курды.

Вопрос: В каком отношении?

Ответ: Курды – важная часть сирийского общества, они обладают военной силой на земле, сражаются против ИГ и других террористических группировок. Они имеют полное право участвовать в переговорном процессе. У американцев аналогичная позиция по данному вопросу. К сожалению, подключение курдов упирается в жесткую позицию Турции. Турция категорически возражает и даже угрожает выйти из диалога. В качестве следующей даты С.де Мистура назначил 25 февраля. Надеюсь, до этого времени нам удастся прорыв.

Вопрос: Немецкие политики винят Россию в том, что воздушные удары по Алеппо приводят к усилению притока беженцев в Европу.

Ответ: Наплыв беженцев не является результатом российских авиаударов. Эта проблема возникла раньше: потоки беженцев достигли Европы еще до начала нашей военной операции.

Вопрос: В Алеппо и его округе мирные жители оказываются меж двух фронтов. Почему Россия не прекращает удары хотя бы на время переговоров?

Ответ: Мы боремся против террористических групп - ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусра» и других, связанных с «Аль-Каидой». Удары по объектам террористических группировок будут продолжаться в любом случае, даже если удастся договориться о прекращении огня в Сирии. Ведь смысл в том, чтобы такое прекращение огня распространялось на тех, кто реально заинтересован в начале переговорного процесса, а не на террористов.

Вопрос: Чего хочет Турция?

Ответ: Анкара хочет, чтобы на севере Сирии была создана контролируемая Турцией буферная зона. Хотелось бы, чтобы Турция играла более конструктивную роль. С турецкой стороны идут поставки ИГИЛ – оружия и так далее. Это фиксируется нашими наблюдателями и спутниками. Это факт. Все знают, что ИГИЛ экспортирует нефть через границу с Турцией.

Вопрос: Какие цели ставит перед собой Россия?

Ответ: Наши действия не обусловлены своекорыстными целями. В марте будет 5 лет с начала этого конфликта. Наша главная цель – установление мира в Сирии и начало переговорного процесса, в результате которого сами сирийцы определят будущее своей страны. Мы не хотим никому навязывать своей воли. Однако мы заинтересованы в стабильности в регионе. Урегулирование в Сирии оказало бы позитивное воздействие на соседние государства: Палестину, Ливию, Ирак с его нестабильностью, север африканского континента. На все эти страны распространяется террористическая угроза. Это крайне опасная тенденция, и здесь нам надо объединять усилия.

Вопрос: Как это может выглядеть?

Ответ: Мы с самого начала нашей операции призываем к совместным действиям против террора. Мы предлагаем обмениваться информацией об объектах, по которым наносятся удары. Но, к сожалению, положительных ответов на наши предложения от Запада мы не дождались.

Вопрос: Европу и США не устраивает, что Россия не только наносит удары по ИГ, но и, прежде всего, поддерживает продвижение правительственных войск.

Ответ: Мы ведь действуем в том числе и по просьбе сирийского правительства. Мы тесно координируем свои действия с Дамаском – в отличие от американцев. А что касается утверждений, что мы наносим воздушные удары по целям, отличным от ИГИЛ, – у этого нет доказательств.

Вопрос: Организация «Врачи без границ» сообщает об авиаударах по госпиталям.

Ответ: Есть много сведений от НКО, не соответствующих действительности. Взять так называемую „Сирийскую обсерваторию“ - на самом деле это люди, сидящие в Лондоне и собирающие неподтвержденные сообщения. Кроме того, разве американские удары не поражали больницы?

Вопрос: Многие в Сирии ненавидят Б.Асада. Почему он не освобождает место для преемника?

Ответ: Он – легитимный президент. Американцы не раз нас просили: давайте вместе решим, кто будет править Сирией. Такими вещами мы никогда не занимались. Это должны решать сами сирийцы.

Вопрос: Но ведь в 2014 году выборы состоялись. Однако война продолжается.

Ответ: Потому, что возросла террористическая угроза. Каким бы одиозным лидером ни был Б.Асад, вокруг него все-таки сплачивается значительная часть сирийского общества. Многие его поддерживают. Конечно, он тоже боится за свою судьбу и за судьбу своего окружения. Если бы он ушел сейчас, Сирия как государство окончательно бы распалась. На это сегодня похожим образом смотрят даже американцы.

Вопрос: Неужели?

Ответ: Они считают, что сейчас не время решать судьбу Б.Асада. Сейчас нужно бороться с террором. Военная ситуация на местах изменилась. При поддержке России сирийская армия значительно продвинулась. Она освободила десятки населенных пунктов. Саудовская Аравия, Катар и другие поддерживают противников режима Б.Асада. Но эта политика недальновидная. Нужно политически договариваться.

Вопрос: Каковы основные линии будущей Сирии?

Ответ: Мы должны сохранить Сирию как суверенное государство. Нельзя, чтобы оно оказалось раздроблено.

Вопрос:  Чем плох раздел страны?

Ответ: Раньше в Сирии все группы населения прекрасно сосуществовали. Если страна распадется, мы увидим нечто похожее на ситуацию в Ливии, где все попытки примирения остаются бесплодными.

Вопрос:  Чего Вы ожидаете от Запада?

Ответ:  Многое зависит от Турции. К сожалению, ее позиция в настоящий момент не является конструктивной. У Анкары есть собственные амбиции, своя повестка дня в регионе.

Вопрос:  Как стала возможной нынешняя эскалация?

Ответ: Правительством было допущено много ошибок, после чего вмешались силы извне. Б.Асад мог бы предотвратить эскалацию, если бы вовремя провел демократические реформы. Однако в отсутствие этого конфликт продолжал разрастаться. Это привлекло внимание террористических групп, создало для них питательную среду.

Вопрос:  Ближний Восток в ближайшие годы будет оставаться в центре внимания России?

Ответ: Да. Этот регион еще многие годы будет вызывать озабоченность. Причин тому много: бомбардировки Ливии, попытки демократизации ближневосточного региона по американским лекалам. Все это не привело ни к чему хорошему. Для России этот регион ближе в силу как географии, так и истории. Мы лучше, чем кто-либо другой понимаем менталитет народов Ближнего Востока. Одно из наших преимуществ в том, что мы никогда не пытались навязывать кому-то свою волю.

x
x
Дополнительные инструменты поиска