Публикатор

15.10.0421:07

Интервью представителя России в Международном валютном фонде А.В.Можина "Российской газете", опубликованное 15 октября 2004 года

-15-10-2004

 

- Алексей Владимирович, в последнее время вновь заговорили о разворовывании кредитов МВФ и, в частности, о якобы украденном кредите в августе 1998 года. Что же на самом деле произошло? Российское правительство тогда эти деньги получило?

- Я неоднократно отвечал на этот вопрос, в том числе рассказывал о всех подробностях и деталях. Готов еще раз повторить, что мне не известно ни одного факта, ни одного аргумента, свидетельствующего о нецелевом использовании июльского транша МВФ 1998 года, а тем более о его хищении. Все слухи и измышления о хищении транша МВФ распространялись и распространяются с негодными целями и негодными методами. Начало этим измышлениям положил целый ряд откровенно поддельных документов, представленных известным депутатом Илюхиным весной 1999 года. Все это уже десять раз проверено и перепроверено. Как только появились эти измышления, фонд настоял на том, чтобы Центробанк России нанял аудиторов для проведения расследования обстоятельств использования кредита. По итогам в фонд был представлен доклад, который подтвердил факт поддельности представленных г-ном Илюхиным документов. Начнем с того, что июльский транш МВФ составил 4781 миллион долларов США, в то время как в документах Илюхина стояла круглая цифра - 4800 миллионов. Кроме того, все номера счетов, проставленные в этих документах, оказались фиктивными, оператор с фамилией, указанной в якобы платежном поручении Федерального резервного банка Нью-Йорка, никогда не работал в этом банке, а подобные формы платежных поручений никогда этим банком не использовались.

Что же касается использования кредита, то документально установлено, что за период с 1 июля по 1 сентября 1998 года чистый объем продаж валюты (то есть за вычетом покупок) Центральным банком России составил 9100 миллионов долларов, то есть сумму, почти вдвое превышающую кредит МВФ. Другими словами, Центральный банк израсходовал средства МВФ (и даже гораздо большую сумму) на проведение валютных интервенций в безуспешном стремлении не допустить девальвации российского рубля. Можно долго рассуждать, насколько оправданной была такая политика в условиях июля-августа 1998 года. Скажу лишь, что Россия стала далеко не первой и не последней страной, безуспешно пытавшейся защитить курс национальной валюты при помощи масштабных валютных интервенций. Я бы мог привести большое количество подобных примеров.

- Получается, что эта история выдумана Илюхиным?

- Думаю, вряд ли. Скорее всего его кто-то крупно подставил. Вместе с тем вызывает удивление, что Генеральная прокуратура России не проявила никакого интереса к самому факту фабрикации столь важных документов, к тому же получившему такую широкую международную огласку.

- Россия давно обходится без кредитов МВФ и не обязана больше выполнять его рекомендации, а когда нужны деньги - обращается к Всемирному банку. Так зачем нам МВФ сегодня?

- Начнем с того, что у фонда и Всемирного банка разные цели и задачи. Всемирный банк финансирует конкретные проекты. В отличие от него фонд не дает денег на строительство мостов или плотин, а предоставляет средства для обеспечения макроэкономической стабильности: на финансирование дефицита бюджета, на пополнение валютных резервов Центробанка. И деньги, которые предоставляет фонд, не существуют отдельно от общих ресурсов федерального бюджета или от общих валютных резервов Центрального банка. Они как бы растворяются в этих средствах и идут на выполнение тех же задач и целей, на которые идут средства российского бюджета или валютные резервы Центробанка.

Вообще, когда говорят об отношениях России с фондом, вспоминают только о кредитах. Гораздо большее значение имела техническая помощь, которую фонд предоставлял России. Это как бы невидимый миру айсберг. Когда в России в 1992 году начались реформы, то не было нормального Центрального банка, который умел бы работать в условиях рыночной экономики. Не было нормальной системы казначейства, а советская система сбора налогов оказалась совершенно неприменимой, и т.д. За прошедшие годы многое выстроилось. Это была работа техническая и кропотливая, дающая отдачу через продолжительное время, и потому невидимая. Она направлена на долгосрочные цели и имеет долгосрочные последствия. Работа эта продолжается.

Однако главная задача, которую поставило перед МВФ международное сообщество, - это обеспечение стабильности мировой экономики и международной финансовой системы.

- После череды финансовых кризисов, которые затронули ряд стран, в том числе и Россию, а ведь всех их консультировал фонд, это звучит несколько даже...

- В том-то и дело, что фонд по мере сил и возможностей старается, чтобы кризисов стало меньше. Однако добиться этого не так-то просто, поскольку современные условия предъявляют повышенные требования к проведению макроэкономической политики отдельными странами, требования, которым не так-то просто соответствовать. Думаю, что такие финансовые кризисы время от времени будут происходить и в будущем. А когда они случаются, фонд должен помогать странам выходить из кризисного положения.

Но если уж мы заговорили о том, каковы интересы России в фонде, то прежде всего следует сказать, что интересы России не расходятся с интересами других стран. Обеспечение стабильности мировой экономики и международной финансовой системы отвечает интересам всех стран, всего международного сообщества. И сама постановка вопроса о том, что Россия не может добиваться каких-то собственных целей в фонде, просто неправильна по существу. Кстати, когда на совете директоров фонда обсуждаются те или иные решения, то речь не идет о защите интересов каких-либо отдельных стран. Весь процесс направлен на поиск наиболее эффективных решений для всех стран, включая и Россию.

- Однако многие считают иначе, что фондом командуют страны "Большой семерки", а голос России и других стран со сравнительно небольшим вкладом в фонд не учитывается. Кстати, какова наша доля в "портфеле" акций фонда?

- Такое представление не соответствует действительности. Если говорить о формальной стороне дела, то Россия стала членом Международного валютного фонда 1 июня 1992 года, а уже 1 ноября 1992 года Россия получила постоянное место в совете директоров и свой директорский офис. Доля России в капитале фонда составляет примерно 2,8 процента, а в голосах на совете директоров - 2, 75. По квоте Россия занимает 10-е место из 184 стран - членов фонда. Впереди нас - страны "Семерки", Китай (после присоединения Гонконга) и Саудовская Аравия (в силу ряда исторических причин). При этом подавляющее большинство решений принимается советом директоров на основе консенсуса. Причем определяющее значение при обсуждении тех или иных решений имеет не количество голосов у того или другого члена совета директоров, а наличие сильных аргументов. Случаи, когда решения принимаются на основе голосования, - явление достаточное редкое.

- Как изменились наши отношения с фондом после кризиса 1998 года, когда мы отказались от дешевых заимствований в обмен на строгое соблюдение рекомендаций МВФ?

- Они изменились радикально, но не с 1998 года, а чуть позже. В 1999 году у нас была еще одна программа с фондом, мы даже успели получить под нее первый транш нового кредита. Но эта программа сорвалась, и связано это с целым рядом причин, с теми скандалами, которые происходили вокруг "Бэнк оф Нью-Йорк", "Фимако"...

Тогда Россия сумела обойтись без помощи МВФ - в 1999 году начался подъем российской экономики. И с 2000 года у нас с фондом начала выстраиваться новая система взаимоотношений, не связанных с ожиданиями очередной порции денег. Вместе с другими странами мы активно участвуем в обсуждении вопросов и принятии решений на совете директоров фонда. Кстати, совет директоров фонда заседает три раза в неделю (по понедельникам, средам и пятницам), повестка дня каждого такого заседания состоит из трех-четырех вопросов, по каждому такому вопросу готовятся многостраничные доклады. Так что это некий непрерывный процесс, главное содержание которого состоит в осуществлении надзора за состоянием экономики отдельных стран и мировой экономики в целом.

В начале разговора вы спросили, зачем к нам приезжают эксперты фонда и зачем они дают нам свои советы, ведь мы же давно не просим денег у фонда. Вот вам и ответ: главная задача фонда как раз и состоит в том, чтобы следить за состоянием экономики отдельных стран и своевременно предупреждать эти страны о возникающих рисках и угрозах для финансовой стабильности. Такие миссии направляются фондом во все 184 страны - от Соединенных Штатов Америки до Федеративных Штатов Микронезии. Это и называется надзором фонда. В целом это достаточно техническая работа, связанная с перебором различных сценариев развития событий, с анализом возможных последствий принимаемых в странах решений.

При обсуждении всех этих вопросов мы не руководствуемcя какими-то шкурными узкороссийскими интересами. Приведу один пример. Уже довольно давно мы предлагаем дополнить надзор фонда на уровне экономики отдельных стран (что делается на основе докладов в рамках IV статьи Устава фонда) и на уровне мировой экономики в целом (что делается на основе докладов о состоянии мировой экономики) надзором на уровне отдельных регионов. Дело в том, что многие риски, вытекающие из усиливающейся взаимозависимоcти экономик соседних стран, гораздо легче увидеть именно на региональном уровне. Это наше предложение недавно получило поддержку совета директоров, и фонд теперь будет осуществлять такой региональный надзор. Так вот, это как раз пример того, когда мы выдвигали некое предложение, руководствуясь стремлением улучшить работу фонда в целом, но никак не какими-то шкурными российскими интересами.

- Массовый поток капиталов направился в Россию после того, как Федеральная резервная система США понизила учетные ставки. Не говорит ли это о том, что это деньги спекулятивные?

- Такой приток инвестиций имеет отношение к интересной, широкой и противоречивой теме, которая называется - "глобализация мировой экономики и международных финансовых рынков". С начала 90-х годов мы наблюдаем, как огромные потоки капитала беспрепятственно и очень быстро перемещаются из одной страны в другую. В целом это явление положительное, которое способствует интеграции мировой экономики, а также росту экономики отдельных стран. Я не знаю ни одного примера успешного экономического развития страны, которая была бы изолирована, оторвана от развития мировой экономики.

Храните деньги в рублях. Хочется верить, что все "черные вторники" остались позади.

Но наряду с положительным воздействием возникает и целый ряд новых, непривычных рисков. И здесь требуется поиск решений, как с этими рисками бороться и как их учитывать. Самый простой пример таких перетоков краткосрочного капитала - это игра на разнице в процентных ставках: в Японии - 0, в Америке - 1-2 процента, а в России, даже по правительственным бумагам, - 8-9 процентов. Если же взять корпоративные бумаги, скажем, бумаги "Газпрома", там еще более высокие ставки. При этом валютный курс стабилен. А кроме того, Центральный банк борется против укрепления номинального курса рубля. Понятно, что такой расклад для любого инвестора просто праздник: вложиться в рублевую бумагу и получить, скажем, 15 процентов в долларах против двух-трех в США. А если за это время курс российского рубля укрепится, то такой инвестор получит еще больше.

О том, как этому противостоять и нужно ли этому противостоять, лучше говорить в Центробанке, потому что именно он в ежедневном режиме занимается решением этой задачи.

- К слову, об укреплении рубля. Большинство россиян считает, что деньги лучше хранить в долларах, которые скоро опять начнут расти. А как вы считаете, так сказать, глядя из Вашингтона? Вы все-таки ближе к Федеральной резервной системе США, от которой очень многое зависит.

- Заниматься предсказаниями, что будет происходить на валютных рынках, в какую сторону будут меняться курсы валют, - задача безнадежная. Как говорят: "Знал бы прикуп, жил бы в Сочи". Есть, правда, успешные валютные спекулянты, которые смогли сколотить огромные состояния на операциях на валютных рынках. Это говорит скорее о наличии некоей интуиции или таланта карточного игрока.

Что касается соотношения доллара и рубля, то хорошо известно, что рубль остается довольно сильно недооцененным с точки зрения паритета покупательной силы. И объективно рубль должен укрепляться и будет укрепляться. Другое дело, что нынешняя политика ЦБ состоит в том, что он постоянно сдерживает процесс укрепления рубля, чтобы не подорвать конкурентоспособность российских производителей, не допустить большого наплыва импорта, не допустить вытеснения с рынков российских экспортеров.

Что касается доллара, то у Соединенных Штатов огромный дефицит торгового баланса и баланса по текущим операциям. Этот дефицит финансируется притоками капиталов со всего мира. В принципе фонд уже давно говорит о том, что курс доллара должен снижаться, поскольку только его снижение позволит Америке сократить дефицит платежного баланса. Я бы не сказал, что Америка что-то выигрывает от такого завышенного курса доллара. Скорее наоборот, в стране существует значительное недовольство по этому поводу, так как дорогой доллар подрывает конкурентоспособность американских производителей.

- А вот в России бытует мнение, что, несмотря ни на что, после выборов президента курс доллара все-таки начнет укрепляться.

- Я не представляю, на чем это мнение основано. Давно ожидается, что рано или поздно курс доллара будет снижаться, но как быстро и когда это будет происходить - никто не знает. А главный риск здесь в том, что это может произойти слишком резко. Это может привести к значительной дестабилизации экономики, потому что валютный курс - это очень важный параметр. Когда производители, экспортеры и импортеры строят свои планы на будущее, они исходят из каких-то ожиданий о будущей динамике валютных курсов, и если такие ожидания не оправдываются, то это может привести к большим потерям.

Поэтому совет простой: храните деньги в рублях. Я понимаю, что все наши "черные вторники" и "17 августа" привели к тому, что у нашего населения сложилось определенное недоверие к российской валюте и к российским банкам, но, честно говоря, хочется верить, что все это осталось позади и уже никогда больше не повторится. И для этого есть все основания: огромный профицит бюджета, высокий уровень резервов ЦБ, Стабилизационный фонд, как еще один большой резерв на случай понижения цены на нефть, введение системы страхования вкладов, которая позволит гарантировать вклады граждан. Так что я сейчас не вижу каких-то потенциальных угроз для финансовой стабильности в России.

Календарь

x
x

Архив

Дополнительные инструменты поиска