• en-GB1 ru-RU1

Вопросы противоракетной обороны (ПРО)

Одностороннее и ничем не ограниченное наращивание глобальной системы ПРО США создает существенные риски для стратегической стабильности и международной безопасности.

Эта проблематика нуждается в самом серьезном осмыслении, поскольку она так или иначе может затронуть интересы всех стран и регионов. Защита от баллистических ракетных угроз требует комплексной стратегии с приоритетом за политико-дипломатическими методами. Частью подобной стратегии может стать и противоракетная оборона с равноправным участием всех заинтересованных стран. Наращивание ПРО, проводимое без учета интересов других государств, подстегивает гонку вооружений и абсолютно неприемлемо с точки зрения формирования благоприятных международных условий для дальнейшего продвижения по пути сокращения и ограничения ядерных вооружений.

Россия неоднократно предлагала наладить равноправное и взаимовыгодное сотрудничество в области ПРО, однако США и НАТО оказались к этому не готовы.

При этом США и НАТО в одностороннем порядке прервали диалог с Россией по противоракетной тематике.

Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД)

С июля 2014 г. США начали обвинять Россию в нарушении Договора без предъявления каких-либо доказательств, то есть абсолютно беспочвенно и надуманно.

Россия подтверждает свою принципиальную приверженность ДРСМД.

Кроме того, имеется ряд конкретных и вполне обоснованных претензий к США в контексте выполнения Договора о РСМД:

- масштабная программа производства и испытаний ракет-мишеней с характеристиками, аналогичными ракетам средней и меньшей дальности;

- широкое использование ударных беспилотников, подпадающих под определение крылатых ракет средней дальности наземного базирования;

- размещение на объектах глобальной ПРО США в Европе многофункциональных пусковых установок, которые потенциально могут использоваться для пуска крылатых ракет.

Все это является грубым нарушением и буквы, и духа ДРСМД. США упорно уходят от предметного обсуждения данных проблем. Это вызывает большие сомнения относительно искренности официальных заявлений США о приверженности целям и задачам ДРСМД, а также о готовности реально работать совместно с Россией над обеспечением режима Договора и повышением его жизнеспособности.

Ядерное разоружение

Освобождение мира от угрозы, которое несет ОМУ, в том числе ядерное, является одним из приоритетов российской внешней политики.

Свидетельством приверженности России этому курсу являются последовательные шаги по сокращению и ограничению ядерного арсенала, предпринимаемые в соответствии с международными договорами по контролю над вооружениями.

В рамках выполнения таких договоров с США, как Договор 1987 года о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), Договор 1991 года о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ), Договор 2002 года о сокращении стратегических наступательных потенциалов (ДСНП), количество стратегических наступательных вооружений сокращено нами в пять раз, полностью ликвидированы два класса ракетно-ядерных вооружений – баллистические и крылатые ракеты средней и меньшей дальности наземного базирования.

В настоящее время идет выполнение Договора между Россией и США о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (подписан 8 апреля 2010 г. в Праге, вступил в силу 5 февраля 2011 г.). К февралю 2018 года количество боезарядов и носителей будет сокращено до самого низкого уровня с начала 1960-х годов (1550 боезарядов и 700 носителей).

Россия открыта к рассмотрению возможных дальнейших шагов в сфере ядерного разоружения при учете всего комплекса факторов, влияющих на стратегическую стабильность (одностороннее и ничем не ограниченное развертывание глобальной системы ПРО США; развитие высокоточного оружия большой дальности в неядерном оснащении и реализация концепции «глобального удара»; отсутствие прогресса в ратификации ДВЗЯИ; нежелание США отказаться от возможного размещения оружия в космосе; количественные и качественные дисбалансы в области обычных вооружений). Все более актуальной становится проблема перевода процесса ограничения и сокращения ядерного оружия в многосторонний формат с подключением всех государств, обладающих военным ядерным потенциалом.

Проблематика совместных ядерных миссий НАТО

Острой международной проблемой, требующей скорейшего решения, остается практика совместного использования ядерного оружия странами НАТО (nuclear sharing), предполагающая проведение тренировок, связанных с вопросами подготовки к применению ядерного оружия личным составом вооруженных сил неядерных государств-членов альянса, а также создание и модернизацию соответствующей инфраструктуры на территории европейских членов альянса.

Практика совместного использования ядерного оружия напрямую противоречит ключевым положениям Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Россия призывает участвующие в ней государства отказаться от совместных ядерных миссий, прекратить связанные с ними тренировки, вернуть все американское ядерное оружие на территорию США и ликвидировать имеющуюся в Европе инфраструктуру для его хранения и использования.

Об итогах девятой Конференции по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и перспективах нового обзорного процесса ДНЯО

На Конференции 2015 года по рассмотрению действия ДНЯО проведен детальный и всесторонний обзор функционирования Договора, который позволил оценить положение дел в области ядерного разоружения, ядерного нераспространения и мирного использования атомной энергии за последние пять лет. Важно, что подавляющее большинство государств подтвердили, что сохранение и упрочение режима ДНЯО отвечает их фундаментальным интересам.

В то же время в ходе Конференции проявились тенденции, которые губительны для устойчивого функционирования режима ядерного нераспространения и серьезно «расшатывают» ДНЯО. Таких тенденций, на наш взгляд, несколько. Во-первых, это явное противопоставление ядерных и неядерных государств и усиливающаяся риторика о якобы «дискриминационном» характере обязательств по ДНЯО, ставящие «под сомнение» основы Договора. Во-вторых, завышенные ожидания в области ядерного разоружения, которые далеки от реальных возможностей ядерных держав в этой сфере. При этом зачастую игнорируются четко прописанные в ДНЯО положения, согласно которым полная ликвидация ядерных арсеналов должна произойти в соответствии с договором о всеобщем и полном разоружении. В-третьих, разочарование в связи с невыполнением резолюции 1995 года о создании на Ближнем Востоке зоны, свободной от ядерного и всех других видов оружия массового уничтожения (ЗСОМУ). Считаем, что дальнейшее усиление этих тенденций чревато утратой доверия к ДНЯО и дееспособности Договора.

В ходе Конференции российская делегация максимально содействовала ее результативному завершению. В выступлениях в ходе мероприятия и распространенном национальном докладе подробно изложено, что сделано Россией за последние годы в плане выполнения статей Договора и Плана действий 2010 г., принятого на предыдущей Обзорной конференции.

Сожалеем, что из-за позиции трех стран – США, Великобритании и Канады на Конференции не удалось принять итоговый документ, включавший положения по осуществлению резолюции 1995 года по Ближнему Востоку. Проект решения по ЗСОМУ на Ближнем Востоке, в основу которого были положены идеи и практические предложения, выдвинутые Россией в ходе Конференции, был ориентирован на интенсификацию продуктивного диалога в целях реализации упомянутой резолюции. Исходим из того, что она по-прежнему остается в силе, и Россия, как соавтор, настроена способствовать ее полному выполнению.

Во взаимодействии с другими государствами готовы содействовать укреплению Договора, обеспечению его целостности и жизнеспособности в ходе нового обзорного цикла по ДНЯО.

Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ)

Исполняется 20 лет со дня открытия ДВЗЯИ для подписания (подписан 183 государствами, ратифицирован – 164). Значительный прогресс достигнут в создании верификационного механизма ДВЗЯИ, который даже в незавершенном виде на практике подтверждает свою эффективность. Подавляющее большинство государств, включая Россию, рассматривают ДВЗЯИ как неотъемлемый элемент обеспечения международной безопасности и стабильности.

В то же время перспективы вступления ДВЗЯИ в силу по-прежнему не просматриваются.

Особую ответственность за судьбу ДВЗЯИ несут США и другие остающиеся 7 государств из «списка 44» (Приложение 2 к Договору), которые до сих пор не ратифицировали договор и тем самым сдерживают его вступление в силу.

Полагаем, что 20-летие Договора - это серьезный повод еще раз оценить, где мы находимся, и предпринять дополнительные усилия, с тем чтобы в этом юбилейном году по линии ДВЗЯИ произошли позитивные сдвиги.

Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и его уничтожении (КЗХО)

Российская Федерация является полноправным участником Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и его уничтожении (КЗХО) с декабря 1997 года. Считаем КЗХО одним из наиболее эффективных международных механизмов в сфере разоружения и нераспространения и выступаем за ее универсализацию. В настоящее время участниками Конвенции являются 192 государства, к сожалению, вне ее правового поля остаются Израиль, КНДР, Египет и Южный Судан.

Российская Федерация ответственно и в полном объеме выполняет свои обязательства по КЗХО как государство-обладатель химоружия – по состоянию на конец 2015 года уничтожено 36,7 тыс.тонн отравляющих веществ или 92 проц. от их общих запасов. Свидетельство тому и завершение в сентябре 2015 года работ на 4 объектах по уничтожению химоружия. Последний объект «Кизнер» (Удмуртия) должен завершить свою работу не позднее 2020 года.

Вопросы многостороннего разоружения

Россия последовательно выступает за предотвращение гонки вооружений в космическом пространстве (ПГВК) и принятие практических мер для решения этой задачи, в частности, за выработку юридически обязывающего соглашения, направленного на предотвращение размещения оружия в космосе, применения силы или угрозы силой в отношении космических объектов.

В этой связи на Конференции по разоружению (КР) мы совместно с Китаем прилагаем усилия в целях начала соответствующих переговоров на основе российско-китайского проекта договора о предотвращении размещения оружия в космическом пространстве, применения силы или угрозы силой в отношении космических объектов (ДПРОК), обновлённая версия которого была представлена в июне 2014 г.

До выработки такого соглашения мы продвигаем инициативу о неразмещении первыми оружия в космосе (НПОК), полноформатными участниками которой помимо России уже стали Аргентина, Армения, Белоруссия, Боливия, Бразилия, Венесуэла, Индонезия, Казахстан, Киргизия, Куба, Таджикистан и Шри-Ланка. На постоянной основе ведём работу по глобализации НПОК.

По предложению России второй год подряд подавляющим большинством голосов «за» Генассамблея ООН принимает резолюцию, призывающую государства, в первую очередь космически значимые, рассмотреть возможность взять на себя политическое обязательство по НПОК. На 70-й сессии Генассамблеи ООН соавторами этого документа стали 40 государств.

Россия как участник и один из депозитариев Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении 1975 г. (КБТО) предпринимает последовательные усилия по укреплению её режима.

В декабре 2015 г. в ходе Совещания государств-участников КБТО Россия в соавторстве с Арменией, Белоруссией и КНР представила проект решения VIII Конференции по рассмотрению действия КБТО (Женева, 7-25 ноября 2016 г.) о возобновлении переговоров по юридически обязывающему документу к Конвенции. Наше пакетное предложение включает следующие элементы: меры доверия, национальное осуществление, мониторинг научно-технических достижений, международное сотрудничество в мирных целях, помощь и защита от биологического оружия, а также расследование предполагаемого его применения.

Россия в полной мере выполняет свои обязательства по Конвенции о запрещении или ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие (Конвенция о «негуманном» оружии – КНО) и её пяти протоколам. На мероприятиях КНО последовательно выступаем за универсализацию этих важных международных инструментов в области международного гуманитарного права и контроля над вооружениями.

Являясь одним из первоначальных участников КР, Россия прилагает последовательные усилия по активизации деятельности этого уникального многостороннего переговорного форума в области контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения в соответствии с его мандатом. По нашей инициативе четыре года подряд принимается заявление государств-единомышленников, содержащее призыв к запуску на Конференции переговорного процесса на основе сбалансированной и всеобъемлющей программы работы.

1 марта с.г. Россия выступила с инициативой о выработке международной конвенции по борьбе с актами химического и билогического терроризма в целях мобилизации усилий международного сообщества для противодействия этой угрозе и разблокирования работы КР.

Вопросы предотвращения и искоренения незаконной торговли легким и стрелковым оружием

Отмечаем как сильные, так и слабые стороны Международного договора о торговле оружием (МДТО). Положение Договора, обязывающее государства-участники создать и наладить работу национальных систем контроля за передачами обычных вооружений способно внести определенный вклад в укрепление региональной и глобальной безопасности. Вместе с тем, принимая во внимание присущие МДТО недостатки, не позволяющие купировать риски попадания оружия в незаконный оборот, а также неоднозначность трактовок, касающихся запрета на поставки оружия в зоны конфликтов, вопрос о присоединении России к МДТО не рассматривается. Российские стандарты и практика военно-технического сотрудничества с зарубежными государствами значительно выше тех положений, которые закрепляет МДТО.

Выступаем за повышение практической отдачи от Программы действий ООН по предотвращению и искоренению незаконной торговли легким и стрелковым оружием (ЛСО) во всех ее аспектах и борьбе с ней, остающейся единственным специализированным глобальным документом в сфере борьбы с нелегальным оборотом ЛСО. Как представляется, этому способствовало бы принятие конкретных дополнительных мер – введение запрета на поставки всех видов ЛСО неуполномоченным структурам государства-получателя, жесткая регламентация брокерской деятельности, недопущение несанкционированного реэкспорта оружия, прекращение производства оружия без лицензий или по истекшим лицензиям.

Вассенаарские договоренности

Считаем Вассенаарские договоренности (ВД) полезным многосторонним режимом, в рамках которого разработаны и постоянно совершенствуются стандарты контроля за экспортом обычных вооружений, товаров и технологий двойного назначения. ВД представляет хорошую площадку для обсуждения и, если это возможно, учета озабоченностей партнеров, возникающих в связи с поставками, которые могут привести к дестабилизирующим накоплениям обычных вооружений в различных регионах мира.

В работе ВД российскими приоритетами являются предотвращение дестабилизирующих накоплений вооружений, в первую очередь в «горячих точках», выполнение всеми участниками обязательств по нотификации военных поставок, обеспечение контроля за реэкспортом ранее поставленного или произведенного по иностранным лицензиям оружия, повышение транспарентности оружейного экспорта за счет предоставления уведомлений о поставках между членами режима.

Заинтересованы в расширении охвата ВД за счет принятия государств, способных внести весомый вклад в его деятельность. Последовательно выступаем за развитие контактов ВД с крупными производителями, экспортерами/импортерами вооружений, товаров и технологий двойного назначения.

Режим контроля за ракетной технологией

Считаем Режим контроля за ракетной технологией (РКРТ) ключевым на сегодняшний день инструментом практического сдерживания ракетного распространения, устанавливающим стандарты экспортного контроля за товарами и технологиями соответствующего профиля.

Выступаем против попыток использования данного форума в качестве рычага давления на отдельные страны, вызывающие у некоторых партнеров озабоченность.

Поддерживаем первоочередное принятие в Режим ракетно-значимых стран, способных внести реальный вклад в повышение его эффективности.

Вопросы резолюции СБ ООН 1540

Резолюция СБ ООН 1540 остается ключевым и по сути единственным универсальным юридически обязывающим документом в области нераспространения ОМУ, предписывающим всем странам предпринимать эффективные меры с целью недопущения попадания ОМУ и любых материалов, имеющих отношение к ОМУ, а также средств его доставки в руки негосударственных субъектов.

Принципиально важно, чтобы Комитет СБ ООН 1540 мог эффективно осуществлять функции центрального координатора глобальных усилий по выполнению резолюции, определять стратегические цели и приоритеты своей работы.

Гаагский кодекс поведения (ГКП) по предотвращению распространения баллистических ракет

Рассматриваем ГКП как полезный многосторонний инструмент по созданию и укреплению мер доверия и прозрачности в ракетной сфере. Полагаем, что Кодекс может стать первым шагом на пути к глобальному юридически обязывающему режиму контроля ракетного распространения (такую идею мы выдвинули еще в 2004 г., к сожалению, западные партнеры по-прежнему не готовы ее поддержать).

Инициатива по борьбе с распространением ОМУ

В целом позитивно оцениваем развитие Инициативы по борьбе с распространением ОМУ (ИБОР) спустя более чем десятилетие с момента ее запуска, считаем, что она может стать определенным дополнением к существующим нераспространенческим и экспортноконтрольным механизмам.

Участвуя в ИБОР, Россия строго придерживается следующих принципов: соответствие любых действий нормам международного права и национальному законодательству, совместная оценка угроз и добровольность принимаемых решений, уважение интересов стран при развитии законного международного экономического и научно-технического сотрудничества, использование потенциала ООН и других международных институтов и механизмов в области нераспространения, ненаправленность против
каких-либо стран, проведение операций по перехвату только когда все меры по предотвращению незаконной транспортировки исчерпаны и только при наличии достоверной информации о перемещении ОМУ-материалов.

Важно, чтобы многостороннее взаимодействие по линии ИБОР полностью вписывалось бы в рамки резолюции СБ ООН 1540, в которой, среди прочего, содержится призыв к сотрудничеству по воспрепятствованию образованию "черных рынков" оборота ОМУ-материалов, попаданию ОМУ-материалов в руки негосударственных субъектов, в т.ч. террористов.

Выступаем против любых попыток задействования потенциала ИБОР для обслуживания односторонних санкций в обход решений СБ ООН. Особый акцент делаем на необходимости проработки всех международно-правовых аспектов проведения операций в рамках ИБОР и уважения интересов законного международного экономического и научно-технического сотрудничества.

 

ВЫСКАЗЫВАНИЯ ПО ТЕМЕ