• en-GB1 ru-RU1

Борьба с международным терроризмом

В обострившихся международных условиях Россия продолжает энергичное и инициативное, лидерское участие в международном антитеррористическом сотрудничестве, прежде всего на площадках ООН, ряда других авторитетных многосторонних организаций, а также в двустороннем формате.

Разделяем серьезные опасения мирового сообщества по поводу глобальной террористической угрозы, которая приобрела в последние несколько лет качественно новое, еще более тревожное измерение, связанное с выходом в лидеры «террористического интернационала» группировки «Исламское государство» (ИГИЛ/ДАИШ), поднявшей террористическое насилие на невиданный уровень жестокости и претендующей – впервые в истории – на создание собственного террористического «псевдогосударства».

Важно не забывать о «генезисе» такого опаснейшего развития событий прежде всего на пространстве Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА). Для нас очевидно, что в свое время ряд ведущих мировых игроков принялся за безответственную «геополитическую инженерию» в этом регионе, предусматривавшую в основе своей целенаправленное и системное вмешательство во внутренние дела независимых стран, дестабилизацию и свержение «неугодных» режимов. Именно такая самоуверенная политика во многом привела к разрушению традиционных механизмов государственного управления и обеспечения безопасности в регионе БВСА, бесконтрольному расползанию по региону оружия и боеприпасов, спровоцировала небывалый всплеск «радикализации» местного населения и, в итоге, к разгулу боевой активности террористических и экстремистских структур, прежде всего ИГИЛ и не менее опасной террористической группировка «Джабхат ан-Нусра» (ДаН), но не только.

Крайнюю озабоченность вызывают такие общемировые, «политические» тренды нынешнего международного терроризма, как эффективное использование террористами острых протестных настроений в обществе, умелое «вплетение» терроризма и его носителей в ткань региональных и внутренних конфликтов, проникновение террористических групп и лидеров вглубь оппозиционных движений, перехват ими инициативы и последующее вытеснение оттуда ответственных и конструктивных политических сил.

Российская Федерация твердо исходит из того, что с глобальной террористической угрозой надо бороться сообща, на подлинно коллективной основе, при центральной координирующей роли ООН и соблюдении норм международного права, без «двойных стандартов». Принципиальная позиция России состоит в том, что основу подлинно эффективной стратегии по решающему и окончательному пресечению угроз, исходящих от крупнейших террористических группировок во главе с ИГИЛ, должна в итоге составить международная коалиция, действующая на полностью легитимной основе решений ООН, твердо приверженная в своих действиях нормам международного права. Шагом в этом направлении, как нам представляется, могут стать ныне предпринимаемые усилия по обеспечению должной и эффективной координации действий противостоящих ИГИЛ государств в регионе БВСА в меру их возможностей и с согласия государств, на территории которых такая борьба ведется.

Россия вносит весомый вклад в укрепление «ооноцентричной» международной системы противодействия терроризму. Придаем в этом плане первостепенное значение задачам выполнения Глобальной контртеррористической стратегии ООН (ГКС), антитеррористических резолюций Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи ООН, эффективной имплементации и расширения числа участников универсальных антитеррористических конвенций.

Российская сторона принимает активное участие в необходимом совершенствовании нормативных рамок международного контртерроризма, в частности, сыграла определяющую роль в разработке важнейших для актуальных задач антитеррористического сотрудничества резолюций Совета Безопасности ООН 2170 (2014) и 2178 (2014), нацеленных на пресечение деятельности ИГИЛ и ДаН и на борьбу с феноменом «иностранных террористов-боевиков» (ИТБ).

Принимая во внимание существенное финансовое укрепление ряда террористических организаций в Сирии и Ираке, прежде всего ИГИЛ и ДаН, за счет нелегальной торговли нефтью, принципиально важной считаем задачу эффективной имплементации соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН 2199 (2015) и 2253 (2015).

Россия энергично поддерживает усилия Контртеррористического комитета СБ ООН и его Контртеррористического исполнительного директората по мониторингу выполнения государствами базовой антитеррористической резолюции СБ 1373 (2001), предметного диалога со странами по упомянутым резолюциям СБ 1624 (2005) и 2178 (2014). В условиях роста угроз со стороны ИГИЛ, «Аль-Каиды» и связанных с ней группировок рассматриваем в качестве весьма актуальной задачу повышения эффективности имеющегося «антиалькаидовского» санкционного режима СБ ООН. Наряду с введением более прозрачных процедур деятельности Комитета 1267/1989/2253 полагаем важным обеспечить неукоснительное выполнение государствами своих обязательств по применению санкционных мер в отношении фигурантов соответствующего списка. Применительно к антиталибскому Комитету СБ ООН 1988 акцент делаем на недопущении размывания его антитеррористической направленности, на противодействии попыткам конъюнктурного использования этого инструмента в целях некоей политической «легитимизации» Движения талибов в рамках процесса национального примирения в Афганистане. Россия активно участвует в деятельности Целевой группы по имплементации ГКС и входящего в нее Центра ООН по вопросам борьбы с терроризмом.

Выступаем за согласование проекта Всеобъемлющей конвенции о международном терроризме (ВКМТ), которая содержала бы общепризнанное определение терроризма. Исходим из необходимости найти такое решение, которое было бы приемлемым для всех государств-членов ООН. Только тогда данная конвенция сможет реально стать всеобъемлющей и послужит эффективным инструментом мирового сообщества в борьбе с терроризмом.

 

Международное антиэкстремистское сотрудничество

В увязке с задачами превенции, предупреждения терроризма, в том числе в плане борьбы с подстрекательством к террористическим преступлениям и с учетом важности антитеррористического партнерства с институтами гражданского общества, рассматриваем ныне привлекающие все большее международное внимание вопросы противодействия «насильственному экстремизму» (ПНЭ). Приветствуем все более акцентированный и конкретный интерес мирового сообщества к данной проблематике, тем более что многонациональная и многоконфессиональная Россия в этой сфере имеет поистине уникальный исторический опыт обеспечения взаимного уважения и взаимного понимания наций и религий. Этим опытом Россия готова инициативно и открыто делиться с зарубежными партнерами.

При этом, в активно продвигаемых теперь международных инициативах борьбы с насильственным экстремизмом (включая известную американскую инициативу, запущенную т.н. «вашингтонским саммитом» в феврале 2015 г.) российскую сторону смущает явная неготовность их авторов четко и однозначно признать важность опоры всякого антиэкстремистского сотрудничества на международное право и Устав ООН, обязательность неукоснительного соблюдения таких принципов, как суверенитет и равноправие государств, невмешательство в их внутренние дела. Для нас совершенно очевидно, что попытки в рамках подобных инициатив продвигать цели борьбы с экстремизмом «через голову» законных правительств, в поддержку некоего «независимого» или, тем более, «международного гражданского общества», будут только потворствовать радикализации и экстремизму, что в итоге может привести к дестабилизации ситуации в отдельных странах и усугублению угроз террористического характера.

Удовлетворены адекватным отражением в принятой 1 июля 2016 года резолюции Генеральной Ассамблеи ООН по обзору имплементации Глобальной контртеррористической стратегии вопросов реализации «Плана действий Генерального секретаря ООН по предупреждению насильственного экстремизма», в частности, призывом учитывать различный опыт и национальные приоритеты государств в антиэкстремистской и контртеррористической деятельности.
 

О подходах России к противодействию финансированию терроризма

Россия исходит из того, что эффективная борьба с терроризмом невозможна без надежного перекрытия источников его финансирования, как того требуют профильные резолюции Совета Безопасности ООН и международные стандарты Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ). В этой связи нашей страной уделяется повышенное внимание наращиванию международного сотрудничества в сфере противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма (ПОД/ФТ).

Важное значение имеет укрепление многостороннего сотрудничества в рамках ФАТФ, усиление роли этого международного института в противодействии финансированию терроризма. Российская Федерация последовательно выступает за то, чтобы деятельность ФАТФ носила неполитизированный, сугубо технический характер.

В рамках российского председательства в ФАТФ (2013 – 2014 гг.) реализован масштабный проект, направленный на выявление незаконных финансовых потоков от производства и оборота афганских наркотиков. В ходе исследования установлено наличие взаимосвязи между доходами от афганского наркотрафика и финансированием терроризма, а также выявлены финансовые центры по отмыву афганских наркоденег. Важно, чтобы данные юрисдикции оставались на контроле ФАТФ и в ходе очередного раунда взаимных оценок ФАТФ анализировались предпринимаемые ими меры по недопущению легализации афганских наркодоходов.

Наиболее актуальными на сегодняшний день представляются усилия по борьбе с финансовой подпиткой ИГИЛ.

На октябрьском и чрезвычайном декабрьском пленумах ФАТФ в 2015 г. Россия ставила вопрос о том, чтобы стандарты Группы, в частности, Рекомендация 5 (тематика противодействия финансированию терроризма), учитывали необходимость всеобъемлющего выполнения государствами разработанных при активном участии нашей страны резолюций СБ ООН 2199 и 2253, вводящих запрет на торговлю с ИГИЛ сирийской и иракской нефтью. Наша страна предложила задействовать в этих целях существующие механизмы ФАТФ для оказания давления на государства, не выполняющие юридически обязывающие решения Совета Безопасности по лишению ИГИЛ финансовой подпитки.

Важным является принятое по инициативе России в декабре 2015 г. решение о том, что усилия ФАТФ на ближайшую перспективу будут сфокусированы преимущественно на вопросах противодействия финансированию терроризма. Этой теме с акцентом на финансовые потоки, связанные с ИГИЛ, было посвящено прошедшее 13-19 февраля 2016 г. в Париже пленарное заседание ФАТФ, на котором Россия продолжала продвигать принципиальную линию, направленную на повышение эффективности и практической отдачи от совместных с партнерами по Группе действий.

Наша страна приняла активное участие в исследованиях ФАТФ по выявлению каналов финансовой подпитки ИГИЛ, а также новых, «нетрадиционных» источников финансирования терроризма. Сейчас задача видится в скорейшем переходе к практической фазе по идентификации конкретных государств, физических и юридических лиц, вовлеченных в экономические отношения с ИГИЛ.

Российская Федерация привержена развитию двусторонних связей по тематике противодействия финансированию терроризма, в том числе оказывает международным партнерам необходимую экспертную помощь по приведению национальных систем ПОД/ФТ в соответствие со стандартами ФАТФ. В этих целях российская сторона приглашает зарубежных специалистов на обучение по профильным программам в Международном учебно-методическом центре финансового мониторинга (МУМЦФМ).

Россия заинтересована в наращивании взаимодействия между созданными по модели ФАТФ региональными группами в целях укрепления глобальной системы ПОД/ФТ. Данная задача являлась одним из приоритетов российского председательства в ФАТФ.

Наша страна также привержена развитию и укреплению многостороннего диалога по проблематике ПОД/ФТ между подразделениями финансовой разведки по каналам Группы подразделений финансовой разведки «Эгмонт».

 

Международное сотрудничество в решении мировой проблемы наркотиков

Россия традиционно играет одну из ключевых ролей в решении мировой проблемы наркотиков, является Стороной трех профильных международных конвенций в сфере контроля над наркотиками – Единой конвенции о наркотических средствах 1961 г., Конвенции о психотропных веществах 1971 г. и Конвенции о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 г., является членом Комиссии ООН по наркотическим средствам.
Основной целью внешнеполитических усилий России на антинаркотическом треке является значительное сокращение производства и потребления опиатов, кокаина, каннабиса, а также синтетических наркотиков и новых психоактивных веществ с долгосрочной перспективой по созданию общества, свободного от наркотиков. Решение этих задач должно основываться на принципах общей и совместной ответственности всех государств за решение мировой проблемы наркотиков, комплексного и сбалансированного подхода к стратегиям и мерам по сокращению спроса и предложения на наркотики, включая недопустимость легализации употребления наркотиков в немедицинских целях.
В условиях ухудшения ситуации с незаконным производством наркотиков в Афганистане и их контрабандой, в том числе в Россию, приоритетом Российской Федерации является активизация комплексных международных усилий, направленных на борьбу с афганской наркоугрозой, которая квалифицирована в ряде документов ООН в качестве угрозы международному миру и стабильности. Россия совместно с Францией стали инициаторами инициативы Парижского пакта – международного механизма с участием более 50 государств и международных организаций, нацеленного на борьбу с опиатами афганского происхождения.
Российская Федерация придает важное значение реализации Итогового документа состоявшейся в Нью-Йорке 19-21 апреля 2016 г. Специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по мировой проблеме наркотиков в контексте достижения целей и задач, сформулированных в Политической декларации 2009 г. и Плане действий до 2019 г.
Правительство Российской Федерации ежегодно выделяет 2 млн. долл. США качестве добровольного взноса в Фонд Управления ООН по наркотикам и преступности, которые идут на поддержку  антинаркотических и антикриминальных проектов Управления.

 

Антикоррупционное сотрудничество

Придаем большое значение взаимодействию государств в деле противодействия коррупции, прежде всего на основе Конвенции ООН против коррупции (КПК) 2003 г., которая является универсальным международно-правовым инструментом, регулирующим весь комплекс вопросов международного антикоррупционного сотрудничества. Поддерживаем центральную координирующую роль ООН в этой сфере.

Убеждены, что усилия других международных и региональных антикоррупционных форумов должны идти в русле ооновского механизма, не подменяя, а дополняя и развивая его.

На состоявшейся шестой сессии Конференции государств-участников КПК (Санкт-Петербург, 2-6 ноября 2015 г.) был рассмотрен широкий круг вопросов международного антикоррупционного сотрудничества – обзор хода осуществления КПК, предотвращение коррупции, возвращение активов, техническое содействие, взаимодействие правоохранительных и судебных органов в борьбе с коррупцией.

Среди 10 принятых резолюций по актуальным аспектам взаимодействия в сфере противодействия коррупции хотели бы особое внимание привлечь к предложенной Российской Федерацией – «Санкт-Петербургскому заявлению о поощрении государственно-частного партнерства в предупреждении коррупции и борьбе с ней»». Этот весомый политический документ задает основной вектор дальнейшему международному сотрудничеству под эгидой ООН на антикоррупционном треке.

Отмечаем, что соавторами Заявления стали 27 стран Азии, Африки, Ближнего Востока и Латинской Америки, что говорит об актуальности и востребованности этой темы мировым сообществом.

Также приветствуем принятое Конференцией значимое решение о запуске в 2016 г. второго цикла обзора хода осуществления КПК.

При этом выступаем против попыток пересмотра основополагающих принципов Механизма обзора, который за время своего существования доказал свою эффективность и принес ощутимые и полезные результаты. Функционирование Механизма обзора в форме межправительственного процесса является одним из его руководящих принципов, который наряду с равноправным и деполитизированным характером деятельности не может быть предметом какой-либо ревизии.

В Российской Федерации проблематике борьбы с коррупцией уделяется приоритетное внимание. Искоренение коррупции – залог успешного развития нашей страны. Каждые два года принимается Национальный план противодействия коррупции, который определяет основные направления российской внутренней и внешней политики в этой области.

По итогам состоявшегося 26 января 2016 г. заседания Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции под председательством В.В.Путина были определены приоритетные задачи антикоррупционной работы на предстоящий период, среди которых – более активное использование механизмов международного сотрудничества для выявления, ареста и возвращения из иностранных юрисдикции активов, полученных в результате совершения преступлений коррупционной направленности.

 

Международная информационная безопасность

В третьем тысячелетии информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) превратились в один из основных вызовов глобального развития. Виртуальное пространство все чаще используется в военно-политических, криминальных и террористических целях. Мишенью компьютерных атак становятся государства и частные компании, а зачастую и рядовые граждане. Интернет активно «осваивают» террористы и преступники. Не отстают от них отдельные страны, которые открыто наращивают военный потенциал в цифровой сфере, создают системы массовой электронной слежки.

Россия традиционно рассматривает данную проблематику как единую «триаду» угроз военно-политического, террористического и криминального характера. Исходим из того, что в сложившихся условиях необходимо сосредоточить международные усилия на предотвращении конфликтов в информационном пространстве, не допустить противоправного применения ИКТ, гарантировать соблюдение прав человека в цифровой сфере.

Наиболее эффективной формой международного сотрудничества в области противодействия всему комплексу угроз в сфере МИБ, на наш взгляд, станет принятие универсальных правил ответственного поведения государств в информационном пространстве. Такие правила должны закрепить в цифровой сфере принципы неприменения силы, уважения государственного суверенитета, невмешательства во внутренние дела других государств, уважения основных прав и свобод человека, а также равные права для всех государств на участие в управлении сетью Интернет.

Россия совместно с государствами-членами ШОС, партнерами по БРИКС и СНГ активно продвигает на международной арене соответствующие миротворческие инициативы.

Именно страны ШОС инициировали предметное обсуждение правил поведения государств в информационном пространстве. Еще четыре года назад ими был подготовлен и распространен в ООН проект «Правил поведения в области обеспечения международной информационной безопасности». Его обновленная с учетом поступивших комментариев версия вновь внесена в ООН в этом году.

В ходе 70-й сессии Генассамблеи ООН консенсусом принят российский проект резолюции «Достижения в сфере информатизации и телекоммуникаций в контексте международной безопасности». Резолюция получила рекордное число соавторов (84 государства). Данный документ предполагает создание в 2016 году Группы правительственных экспертов ООН по МИБ, мандат которой включает в себя дальнейшее исследование того, как международное право применяется к использованию ИКТ государствами, а также норм, правил и принципов ответственного поведения государств, мер укрепления доверия и наращивания потенциала.

Меры укрепления доверия являются важным условием предотвращения потенциально конфликтных ситуаций в сфере использования ИКТ. Большая работа в этом направлении проделана в рамках ОБСЕ. В декабре 2013 г. Постоянный совет ОБСЕ утвердил «Первоначальный перечень мер укрепления доверия в рамках ОБСЕ с целью снижения рисков возникновения конфликтов в результате использования ИКТ», что впервые создало региональный механизм взаимодействия государств в целях противодействия угрозам в сфере МИБ и дало старт формированию «страховочной сетки» в информационной сфере на пространстве от Ванкувера до Владивостока.

Одной из наиболее актуальных тем, связанных с МИБ, является т.н. «наращивание потенциала». Нет сомнения в том, что потребности развивающихся стран в информационно-коммуникационной сфере должны быть учтены, однако практическое наполнение данной тематики требует конкретизации. В этой связи важно гарантировать, чтобы программы «наращивания потенциала» не использовались в качестве прикрытия для вмешательства во внутренние дела государств-получателей, а переданные технологии не применялись впоследствии в целях, несовместимых с задачами обеспечения международной стабильности и безопасности.

Возрастает актуальность криминальной составляющей «триады» угроз МИБ. Борьба с преступностью в глобальном информационном пространстве осложняется отсутствием полноценной международно-правовой базы сотрудничества государств. В связи с этим Российская Федерация последовательно выступает с инициативой разработки под эгидой ООН универсальной конвенции по противодействию информационной преступности.

В вопросах использования Интернет мы исходим из стратегической задачи интернационализации управления данной сетью и повышения в этом контексте роли Международного союза электросвязи (МСЭ). Необходимо обеспечить равные права для всех государств на участие в управлении сетью Интернет и суверенное право государств на регулирование и обеспечение безопасности ее национального сегмента.

 

ВЫСКАЗЫВАНИЯ ПО ТЕМЕ