Публикатор

13.03.1917:28

Пресс-конференция Постоянного представителя Российской Федерации при ОЗХО А.В.Шульгина на тему «Доклад ОЗХО по инциденту в Думе 7 апреля 2018 года: взгляд российских экспертов», Гаага, 11 марта 2019 года

508-13-03-2019

А.В.Шульгин: Добрый день, уважаемые коллеги, дамы и господа.

Приветствуем вас в отеле «Краун-Плаза» на брифинге, который мы проводим совместно с сирийскими коллегами. Мы бы хотели поделиться с вами нашими предварительными оценками доклада Миссии ОЗХО по установлению фактов применения химоружия в Сирии (МУФС) о расследовании применения токсичных химикатов в качестве оружия в пригороде Дамаска, г.Дума 7 апреля 2018 года.

Прежде всего, позвольте мне представить членов президиума. Меня зовут А.В.Шульгин, я – Постоянный представитель Российской Федерации при ОЗХО. Справа от меня – генерал С.Г.Кикоть, заместитель начальника войск РХБЗ Минобороны России, наш ведущий эксперт. Слева от меня – М.С.Григорьев, директор Фонда исследования проблем демократии. Вы можете также видеть здесь наших сирийских коллег – Постоянного представителя Сирии при ОЗХО Б.Саббага и его заместителя доктора Г.Обейда.

Почти год тому назад мы проводили тут брифинг и пресс-конференцию по известным событиям в г.Дума. Группа сирийцев рассказала о том, как они стали невольными свидетелями, статистами состряпанной псевдогуманитариями из «Белых касок» видеофальшифки. С особым вниманием, затаив дыхание, мы слушали повествование маленького мальчика Хассана, о том, как его схватили взрослые дяди, ничего не понимающего, ничего не подозревающего, как окатывали ледяной водой, совали в рот какую-то резиновую грушу. Якобы спасали от удушья, чего на самом деле не было. То, что «Белым каскам» сходило с рук до поры до времени, стало явью. Их спонсорам пришлось оправдываться, они явно оконфузились. Призадумались крепко также и люди в Вашингтоне, Париже и Лондоне. Ведь это именно те три страны, которые под предлогом, как они говорили, химической атаки, осуществленной сирийскими правительственными войсками в Думе, развязали ещё один акт агрессии против суверенной Сирии: 14 апреля 2018 г. нанесли массированный ракетный удар. Они-то были уверены, что всё «прокатит», как и прежде, по апробированному сценарию, но просчитались. Не смогли предвидеть того, что российские и сирийские военные достаточно быстро окажутся на месте предполагаемого инцидента и найдут очень важных свидетелей.

Доказательством их растерянности стали многочисленные версии, которые наши оппоненты стали вбрасывать в публичное пространство. Сначала заявили, будто сирийцы и русские не пускают экспертов ОЗХО к месту инцидента. Кстати говоря, этих же самых экспертов они едва-едва не накрыли своими «умными ракетами», когда они собирались в Дамаск. США, Франция и Великобритания знали о том, что эксперты едут туда из соответствующего заявления Технического секретариата и, тем не менее, нанесли свой удар.

Между тем сирийцы сделали всё необходимое для того, чтобы обеспечить полный доступ специалистов ОЗХО ко всем объектам, которые представляли для них интерес. Что же касается российских военнослужащих, то наша военная полиция безупречно выполнила свои обязанности по обеспечению физической безопасности представителей ОЗХО. Кстати, Техсекретариат Организации поблагодарил наших военных за такую помощь.

Потом наши недоброжелатели запустили другой тезис – стали утверждать, в том числе здесь, прямо на заседаниях Исполнительного совета ОЗХО о том, что русские, видите ли, «мухлюют» с уликами. Прямо так и говорили: «The Russians may have tampered with evidence». «Мухлюют» для того, чтобы помочь Б.Асаду, сирийским властям спрятать концы в воду.

Наконец, нас стали упрекать, будто мы мешаем расследованию ОЗХО, изымаем ключевых свидетелей, лишаем Организацию возможности допросить их. Но это вообще бред. Мало того, что большая часть этих ключевых свидетелей уже была опрошена следователями из Техсекретариата к моменту их приезда в Гаагу, так они были здесь, в Организации, выступали в её штаб-квартире, сидели за этим столом в этом же зале, и все желающие, в том числе из числа западных делегаций, могли прийти и задать им необходимые вопросы. Но нет, никого не было, не пришли и американцы, которые запретили это делать и своим союзникам. Почему? Нехитрый вывод напрашивается: ох, как не хочется слышать иной раз правду. А возможно, просто побоялись посмотреть в глаза маленькому мальчику Хассану. Одним словом, наши западные партнеры не знали, как выкручиваться, вот и плодили различные нелепые предположения и версии.

На таком фоне началось расследование по лини ОЗХО. Шло оно ни шатко, ни валко, в любом случае нетранспарентно. Постпредство Сирии неоднократно жаловалось (я это говорю под контролем нашего друга Б.Саббага): вопреки конвенционным требованиям Техсекретариат не спешил поделиться с сирийцами причитающейся им частью проб. Много раз и Б.Саббаг, и я задавали этот вопрос, а нас «кормили завтраками»: «дадим через неделю, через две». Так тянулось время, и в лучшем случае через полгода они что-то дали. Большая часть проб, привезенных в Гаагу, лежала мертвым грузом в центральной лаборатории ОЗХО. Говорили, что руки не доходят, большая загруженность. Но, похоже, что эти пробы никому не были нужны.

Таким образом, публикация доклада затягивалась. Видно было, что у авторов что-то не клеилось. А может, они просто не знали, как выйти из данной деликатной ситуации. Ведь если признать, что имела место провокация, то это означало бы лишение тройки западных стран – США, Франции и Великобритании, этих самозваных вершителей правосудия, – самого главного для них аргумента в оправдание своей агрессии против суверенной Сирии.

Но вот, наконец, совсем недавно появился объёмный доклад (больше ста страниц). Конечно, мы его еще изучаем, тем более что на русском языке он вышел буквально несколько дней тому назад. Но сегодня мы хотели бы поделиться некоторыми предварительными соображениями.

Я сейчас передам эстафету моему сирийскому коллеге, Послу Б.Саббагу. Он тоже в предварительном плане хотел бы поделиться некоторыми мнениями.

Б.Саббаг: Спасибо, господин Посол, за приглашение поучаствовать в этом мероприятии. Я хочу поблагодарить Постоянное Представительство России при ОЗХО за организацию пресс-конференции по важному вопросу в связи с вышедшим докладом МУФС, расследовавшей утверждение об использовании химического оружия в Думе 7 апреля 2018 г. Мы считаем очень важным, чтобы международная общественность узнала больше фактов глазами различных участников событий. Я, конечно, не буду пускаться в объяснение технических деталей, я предоставлю это нашим российским экспертам. Вместо этого я сконцентрирую внимание на ряде правовых, политических и профессиональных аспектов доклада экспертов ОЗХО. Во-первых, с юридической и технической точек зрения существуют большие вопросы относительно соответствия деятельности МУФС процедурам, предусмотренным КЗХО, в особенности в том, что касается забора проб, опроса свидетелей, и сотрудничества с принимающей стороной. Эти нормы Миссия совсем не соблюдала.

Во-вторых, применялись двойные стандарты. Это отчётливо видно в том, что касается опроса очевидцев. Речь идет о свидетелях, которых опрашивали за пределами Сирии, и тех, кого опрашивали непосредственно на территории Сирии.  Всего 7 из 50 человек давали свои показания в Сирии. Они были на месте происшествия и стали непосредственными свидетелями. Что касается 26 лиц, которых опросили за пределами Сирии, нам не известно ничего о том, как они вообще могут быть связаны с этим инцидентом. И, кроме того, в их показаниях есть нестыковки.

В-третьих, в докладе четко прослеживается его политизированный характер, поскольку там содержатся косвенные намеки на причастность сирийского правительства и при этом игнорируется роль «Белых касок», которые являются одним из подразделений «фронта Джебхат ан-Нусра», который официально входит в список террористических организаций, составленных ООН. Это же касается и других террористических группировок, которые играют особую роль в реализации плана стран, стоящих за организацией войны в Сирии. Инцидент в Думе используется как повод, чтобы оправдать агрессию Великобритании, США и Франции, против Сирии 14 апреля 2018 г., которая стала нарушением международного права и Устава ООН.

В-четвертых, принципы нейтральности и объективности в данном докладе экспертной группой ОЗХО совершенно не соблюдаются. Специалисты МУФС используют разные интерпретации понятия токсичных веществ. Иногда они рассматривают их наличие на месте событий как признак применения химического оружия, а в других случаях – нет. В настоящем докладе они полностью исключают тот факт, что токсичные вещества находятся в руках террористических группировок. В частности, хлор, который использовался в качестве боевого отравляющего вещества, был обнаружен на складе террористической группировки в г.Дума.

В-пятых, в докладе содержится ряд искажений фактов и множество нестыковок и логических неувязок. Заключение доклада относительно роли в данном инциденте двух баллонов – яркий тому пример.

Хочу подчеркнуть, что САР оказывала максимальное содействие и сотрудничество группе экспертов ОЗХО, надеясь, что собрав факты, те подготовят исчерпывающий объективный доклад, не поддаваясь давлению со стороны определенных государств. И я хочу также сказать, что Сирия свои обязательства по КЗХО полностью выполнила и будет продолжать сотрудничество с ОЗХО.

Благодарю за внимание.

С.Г.Кикоть: Мы внимательно ознакомились с материалами доклада. Российская Федерация не ставит под сомнение компетентность специалистов Организации, проводивших расследование, но в то же время хотелось бы обратить внимание на ряд вопросов, возникающих после первичного его анализа.

Необходимо отметить, что ОЗХО своевременно откликнулась на обращение Сирийской Арабской Республики с просьбой срочно направить МУФС на место инцидента, связанного с предполагаемым применением токсичных химикатов в Думе. И как указано в п. 2.1 доклада группа МУФС собралась в полном составе в соседней стране 13 апреля и прибыла в столицу Сирийской Арабской Республики только 15 апреля. И произошло это, как уже отмечал уважаемый господин посол, скорее всего потому, что 14 апреля западная коалиция во главе с США, используя как предлог инцидент в Думе, не дожидаясь начала расследования и, тем более, решения Совета безопасности ООН, нанесла массированный удар по территории Сирии.

Поэтому не вызывает удивление, что 18 апреля, как указано в п. 2.2 доклада, в ходе ознакомительного посещения места инцидента МУФС столкнулась с враждебно настроенной толпой местного населения и попала под обстрел.

Вопреки информационным вбросам о том, что в Думе применялись фосфорорганические отравляющие вещества нервно-паралитического действия, которые распространяли в своих постановочных видеороликах «Белые каски», специалисты Миссии «никаких токсичных химикатов нервно-паралитического действия, продуктов их распада и примесей не обнаружили ни в экологических пробах, ни в пробах плазмы крови предполагаемых пострадавших». Замечу также, что создавшие себе известную репутацию «Белые каски», фигурирующие в предыдущих докладах Миссии, трансформировались в докладе по инциденту в Думе в «Сирийскую гражданскую оборону».

Нельзя не отметить также следующий факт – опрос свидетелей МУФС дал совершенно невероятные цифры количества погибших и пострадавших в результате воздействия хлора, выпущенного якобы всего из одного баллона. С одной стороны, зафиксировано наличие на месте инцидента двух баллонов, причем один из них практически не поврежден. В то же время опрашиваемые лица и свидетельства из различных источников, которые фиксировались Миссией, указывают большое количество жертв. Из одного баллона емкостью около 70 литров, было выпущено такое количество газа, от которого пострадало, по некоторым оценкам, до 500 человек. Эти люди, по-видимому, стояли в очереди, чтобы получить свою дозу хлора. В годы Первой мировой войны, когда газовые атаки носили массовый характер, для достижения результата хлор применялся в объёме десятков тысяч тонн. И то не всегда его применение приводило к ожидаемым результатам, а тут речь идёт о всего 60-70-ти литрах.

Любой адекватный человек понимает, что использование оружия, эффективность которого крайне сомнительна, а тяжесть наказания за применение велика – не имеет никакого смысла.

Согласно п. 8.73 доклада, МУФС не смогла установить точное число жертв. Однако в итоговых выводах работы Миссии, ссылаясь на неизвестных свидетелей, говорится о 43 пострадавших. Вместе с тем, в докладе приведены данные о том, что по свидетельству медперсонала больницы (п. 8.48) в тот день в результате сильного обстрела погибло много людей, в том числе задохнувшихся от пыли и гари. И в этом параграфе отчёта указывается, что в больницу Думы и рядом расположенные медицинские пункты поступали пациенты с признаками и симптомами, характерными для воздействия пыли и дыма: «у них были респираторные трудности, которые включали одышку, кашель и астматическое обострение, вызванные вторичным воздействием дыма и пыли». Все это говорит о том, что причиной гибели этих людей явилось удушье от пыли и недостатка кислорода в зданиях, а не воздействие токсичных химикатов на организм.

Выводу о том, что расположение баллона в жилом помещении после падения соответствует характеру разрушений, МУФС посвятила значительную часть доклада, не приведя, однако, к сожалению, конкретных расчетов. Необходимо отметить, что специалисты, построившие модель и оценившие взаимодействие баллона и перекрытий здания, в докладе не указывают, для какой высоты сброса построены эти выкладки. А это как раз имеет очень важное и решающее значение.

Исходя из схем и диаграмм, приведенных в докладе, расчет проводился при условии столкновения баллона с преградой на скорости всего около 90 километров в час, что соответствует высоте сброса около 100 метров.

Как уже неоднократно говорилось, вертолеты ВВС Сирии из соображений безопасности на высотах ниже 1,5-2 тыс. метров не летают. Вертолет, пролетающий на высоте 100 м над зоной боевых действий, тем более над городской застройкой, неминуемо будет обстрелян, как минимум, из стрелкового оружия и однозначно сбит.

В случае сброса баллона с высоты более 2 км, он бы развил скорость к моменту встречи с преградой практически 700 км/ч и однозначно пробил бы не только крышу толщиной всего лишь 20 см, хотя на фотографии она выглядит толще. Но на самом деле бетона там 20 см, а остальное - достаточно толстый слой  пенопласта. Таким образом, баллон разнес бы гораздо более крепкие преграды и нанес более серьезный урон и сам бы получил более значительные повреждения.

В реальности мы наблюдаем следующую картину.

На объекте 2 баллон даже не пробил крышу террасы, застрял в ней и незначительно деформирован. При этом нежилая квартира, в потолке которой баллон застрял, ранее была частично разрушена взрывом авиабомбы. У нее отсутствует часть крыши и фронтальной стены.

На объекте 4 баллон частично сохранил герметичность и практически не поврежден. При этом утверждается, что он удивительным образом, после того как пробил перекрытие, ударился об пол и, отрикошетив, упал на кровать. На полу нет таких повреждений от баллона. Как в этом случае в маленькой комнате нетронутыми остались разнообразная мелкая посуда и предметы интерьера? Это видно на всех фотографиях и видеороликах. Кровать, на которой лежит баллон, также практически цела, имеет незначительные повреждения. Это не объясняется. Также на фотографиях, представленных в докладе, можно наблюдать, что на крыше в непосредственной близости от пролома сохранился нетронутый бак для нагрева воды.

Полностью проигнорированы улики, обнаруженные ранее в той же квартире. Это следы волочения в подъезде чего-то тяжёлого, окрашенного жёлтой краской. При осмотре пробитой крыши обнаружен хвостовик реактивного снаряда, который, видимо, и стал причиной пролома в потолке. Обнаружен в подъезде лом, следы от его воздействия на края пролома имеются в потолке. Об этих моментах ничего не говорится, они проигнорированы.

В части отбора и анализа проб необходимо отметить следующее. В п. 2.5 доклада указано, что разделенные фракции всех проб из объектов окружающей среды, которые были отобраны группой МУФС, переданы представителю сирийского национального органа. Однако пробы делились не на территории Республики. Они были вывезены в центральную лабораторию ОЗХО, разделены здесь и переданы под настойчивым давлением сирийской стороне только лишь через полгода после работы Миссии в Думе.

Из Приложения 8 к докладу следует, что весьма представительный набор экологических и биологических проб был проанализирован в двух неназванных назначенных лабораториях. По содержанию результатов и методов анализа можно сделать вывод, что это – те же самые лаборатории, что и привлекались ОЗХО к расследованию предыдущих инцидентов с предполагаемым применением хлора.

Возникает вопрос, почему при наличии 20-ти назначенных лабораторий и 13-ти из них, имеющих технические соглашения с ОЗХО, неизменно пользуемся услугами только двух (одних и тех же) лабораторий, результаты которых вызывают ряд вопросов и требуют пояснений.

Так, результаты анализа одних и тех же проб (33 пробы), содержащие данные о хлорированных продуктах, представленные двумя лабораториями, совпадают только в одном случае (в пробе 22).

Анализ же лабораториями 11 биомедицинских проб вообще не дал положительных результатов. В докладе отмечено, что это могло быть обусловлено коротким временем жизни в организме хлорсодержащих метаболитов. Также отмечается, что положительные результаты могло бы дать обследование трупов погибших (по показаниям свидетелей якобы 43 человек). Однако констатируется, что ни историй болезней, ни результатов вскрытия Миссия не смогла получить, поскольку погибшие были немедленно захоронены, а эксгумация трупов не проводилась.

Вместе с тем по совокупности данных МУФС приходит к выводу о воздействии на окружающую среду и людей соединений, выделяющих активный хлор. К такого рода соединениям относятся многие моющие, отбеливающие и дезинфицирующие средства. Следует отметить, что активный хлор может формироваться и под воздействием молекулярного хлора (из баллонов) за счет образования в воздухе хлорной кислоты. Однако установить приоритетность этих процессов не представляется возможным, можно только делать предположения. Несмотря на это Миссия в своих выводах склоняется в пользу версии того, что именно баллоны являлись источником веществ, содержащих активный хлор.

При всех допущениях, которые были сделаны специалистами ОЗХО в ходе расследования, ничто не натолкнуло их по непонятной причине на выводы о возможной фальсификации доказательств и постановочном характере данного инцидента.

Спасибо за внимание.

М.С.Григорьев: Организация, которую я представляю – Фонд исследования проблем демократии, занимается вопросами прав человека и противодействия террористической пропаганде. Мы являемся членами Глобальной сети, созданной Исполнительным органом контртеррористического комитета ООН. Мы также имеем консультативный статус при Экономическом и социальном совете ООН. Я являюсь автором книги «Противодействие террористической пропаганде». 

Мы внимательно ознакомились с докладом ОЗХО, связанным с инцидентом в Думе. Пункт 38 отчета МУФС содержит утверждение: «Группу провели в тоннель присутствующие на видеозаписи и фотоснимках люди. На снимках видны тела, что стало, как утверждается, результатом химической атаки. Согласно плану в тоннеле были отобраны пробы для анализа, но никаких химикатов, подтверждающих данное утверждение, обнаружено не было.  В пункте 58 отчета указано, что утром 8 апреля Сирийская гражданская оборона доставила в пункт 1, а именно в больницу в Думе, 40 тел, которые перевозились группами. Из этих двух пунктов однозначно следует, что Миссия ОЗХО установила, что заявление «Белых касок» о том, что в больницу были доставлены пострадавшие от химического оружия, точнее от токсических химикатов, является ложью. То есть, никаких следов химикатов обнаружено не было.  Фактически эта часть отчёта МУФС подтверждает тот факт, что «Белые каски» являются источником недостоверной информации. Мы приветствуем то, что, несмотря на жесточайший прессинг на сотрудников Техсекретариата со стороны некоторых стран, они нашли в себе смелость внести этот факт в доклад. Пользуясь возможностью, призываем Техсекретариат не использовать юридически неправильный термин «Сирийская гражданская оборона», который относится не к организации «Белые каски», о которой идёт речь, а к официальной государственной сирийской структуре. Использование данного термина в отношении организации «Белые каски» является грубой юридической ошибкой.

Я бы обратил ваше внимание на п. 8.38 отчёта МУФС, где указано, здесь я процитирую: «Сирийская гражданская оборона (то есть «Белые каски») отвечала за захоронение умерших». Из этого пункта однозначно следует, что организация «Белые каски» должна точно знать, где захоронены жертвы предполагаемого инцидента 7 апреля. Очевидно то, что Миссия не осмотрела тела «погибших» свидетельствует либо о том, что она сделала грубую ошибку и не исполнила полностью свой мандат, либо о том, что «Белые каски» скрывают места захоронений якобы пострадавших от химической атаки. Учитывая моё уважение к ОЗХО, я склоняюсь ко второй точке зрения. Как мы понимаем, единственный мотив для «Белых касок» скрывать места захоронений – это боязнь того, что МУФС не обнаружит на телах следов хлора и таким образом полностью опровергнет утверждение «Белых касок» о наличии «от 40 до 500 пострадавших». Таким образом, фактически п. 8.38 доклада Миссии содержит косвенные доказательства того, что утверждение о наличии от 43 до 500 жертв при химической атаке является ложью. И мы приветствуем тот факт, что, несмотря на жесточайший прессинг на Технический секретариат ОЗХО со стороны некоторых стран, они нашли в себе смелость внести этот факт в доклад. Эти два вывода Миссии ОЗХО полностью соответствуют нашей проверке фактов по инциденту в Думе, которая была проведена нашим Фондом по изучению проблем демократии. Я лично также провел в г.Дума целый ряд интервью со свидетелями, находившимися во время данного инцидента в этом госпитале. Волонтеры нашего Фонда опросили десятки сирийских граждан в этом городе. Ни один из них не смог назвать ни одного погибшего от химической атаки. То есть - точно назвать фамилии и имена и сказать, что они видели и знают всё это. В сирийских, и вообще в арабских городах люди, как правило, знают друг друга, и любая информация распространяется практически мгновенно. И это, безусловно, не может не вызвать вопросов. Данные наших опросов полностью опровергают высказывания «Белых касок» и других организаций о наличии от 43 до 500 пострадавших от «химической атаки». Включение этих цифр в отчёт ОЗХО резко снижает его качество. Осуществляя анализ деятельности «Белых касок», мы обнаружили ряд других особенностей, о которых мы хотим вам рассказать. Эти моменты вошли в наш доклад, он здесь представлен, и вы можете его получить. Также имеется его электронная версия. Наш доклад называется «Белые каски – пособники террористов и источники дезинформации» доступен для всех желающих. На экране вы видите презентацию, где указано, как мы проводили данное исследование. Были опрошены более 100 сирийских свидетелей, 40 из них – это члены «Белых касок», более 15 человек – амнистированные члены незаконных вооружений формирований, и остальные – пострадавшие сирийские граждане – более 50 человек.

Я начну с известного высказывания журналиста «BBC» Риама Далати. Вы все, естественно знаете, что он не испугался опубликовать сведения о том, что инцидент в Думе - то, что было снято «Белыми касками», - был полностью сфальсифицирован. И в госпитале не умер ни один человек. Мы поехали в этот госпиталь и там побеседовали с целым рядом свидетелей. И все они полностью опровергли факт поступления туда людей с химическими отравлениями. Напомню, что в отчёте ОЗХО содержатся неподтвержденные данные со ссылкой на неустановленных людей. Включение этих данных в доклад, на наш взгляд, сильно снижает его качество. Ещё один пример того, как СМИ распространяют неточные данные. В журнале “Times” вышла статья о предполагаемой атаке с применением хлора в Сирии. В этой статье размещена фотография  сотрудника «Белых касок». Мы нашли этого самого человека и встретились с ним. Вот на этом снимке он держит в руках фото из этой статьи при разговоре с нами. Он подтвердил то, что было сказано «Белыми касками» и то, что было опубликовано в журнале «Times» о хлорной атаке, абсолютно не соответствует истине. Более того, он прямо говорит, что его специально попросили сесть с этой маской для того, чтобы сделать эту фотографию. А на самом деле кислородная маска не работала.

Мы нашли десятки сирийских граждан, которые рассказали о том, как они участвовали в инсценировках химических атак. Например, показанная на слайде женщина Рехаб Али Мансур, подробно рассказывает, как она в этом участвовала. Говорит, что ей заплатили за такое участие 10 долларов. Ребенок 12 лет, Язан Аад Тарази, рассказывает, как его снимали. С ними «Белые каски» расплатились конфетами. На следующем слайде вы видите слова Тафики Худи, 54 года, где она также подробно рассказывает, как участвовала в съёмках фальсифицированных атак. Вот ещё одно высказывание – свидетель рассказывает, как всё происходило. Как привезли людей, как симулировали последствия применения химоружия (поливали водой) – ровно всё то, что мы видели на фальсифицированных съёмках в Думе. На следующем слайде видите ещё одно признание члена «Белых касок» Ахмеда Буведани, где он рассказывает, как они организовывали видеосъёмку, как возили детей. Вот ещё одно свидетельство: Абдуразак Нассан Ибн Нуаман из Алеппо рассказывает как всё происходило. Мы с ним встречались на том самом месте, где якобы произошла ещё одна химатака, которую видели на видеозаписи «Белых касок». Он прямо показывает, как это фальсифицировалось. Таких свидетелей – десятки. Для любого ответственного журналиста не представляет сложности поехать в Сирию, пойти на места «химических атак» и пообщаться с людьми на улице, как это сделали мы. У вас будут десятки и сотни свидетелей, которые полностью опровергнут заявления «Белых касок». И подобных примеров у нас очень много, вы можете прочитать об этом в нашей книге.

Следующий слайд содержит выводы о том, что из себя представляет организация «Белые каски». Выводы подтвержденные десятками свидетелей. Я хочу прочитать их здесь. «Производство фальшивых новостей о химатаках было неотъемлемой частью работы «Белых касок». Для этого была создана целая сеть офисов и представителей. Большое количество террористов работали в центрах «Белых касок» и параллельно участвовали в боевых операциях. Многие  центры «Белых касок» были полностью укомплектованы членами террористических организаций. В третьих. Центры «Белых касок» действовали в качестве мастерских для террористических группировок. В четвертых. «Белые каски» разрушили существовавшую систему пожарной безопасности, которая финансировалась сирийским правительством на территориях, занятых боевиками, и попытались заменить ее собственной системой. Это было рассчитано на саморекламу. При этом во вновь создаваемых структурах работали либо боевики, либо неквалифицированные люди, не имеющие даже среднего образования. «Белые каски» размещали свои центры в школах, предварительно выгнав оттуда школьников и учителей. Это оказало негативное воздействие на систему образования в стране. «Белые каски» создали в Сирии сеть незаконной насильственной трансплантации человеческих органов. Факты, подтверждающие эти выводы также содержаться в нашем докладе.

Возвращаюсь к докладу Миссии ОЗХО. Я бы хотел отметить крайнюю противоречивость доклада, что резко снижает его уровень. Одна часть доклада устанавливает, что информация «Белых касок» является ложью. Другая часть доклада основана полностью на их же утверждениях. На наш взгляд для такой уважаемой организации как ОЗХО это непозволительно. Серьезнейшие вопросы вызывают другие пункты. Например, в пункте 8.41 указано количество опрошенных врачей. Вот здесь слова продюсера ВВС Риама Далати, который говорит, что видео «Белых касок» помогал фальсифицировать некто доктор Абу Бакр Ханан, связанный с террористической группой Джаиш-аль-Ислам. Возникает вопрос, не были ли опрошены Миссией ОЗХО люди, непосредственно принимавшие участие в фальсификации материалов и связанные с террористами. Отказ Миссии от приведения в докладе списка свидетелей вызывает опасения в том, что он основан на опросе свидетелей, непосредственно связанных с НВФ. А значит, их свидетельства нельзя признать достоверными. Вызывает вопрос и то, что опрос ряда свидетелей производился в Идлибе. Мы обращаемся к ОЗХО с просьбой уточнить, помогали ли в проведении опросов террористические группы, такие как Джаиш-аль-Ислам или связанные с ними лица. 

По итогам изучения доклада у нас возникли ощущения, что первоначальные данные профессионалов, проводивших оценки и бравших пробы, были впоследствии кем-то дополнены множеством утверждений от источников, не вызывающих доверие. А выводы доклада во многом противоречат изложенным в нем фактам. Мы призываем ТС ОЗХО ответить на наши вопросы. Без этих ответов выводы доклада вызывают серьезные сомнения. Спасибо за внимание.

Ж.Вандамм (журналист, Нидерланды). Вопрос: По поводу проб и опроса свидетелей. Контролировался ли процесс забора проб, профессионально ли они отбирались, осуществлялся ли надлежащий надзор? Кто отбирал пробы: американцы, австралийцы, британцы или французы? Как производился опрос свидетелей, проверялся ли факт их нахождения на месте инцидента?

С.Г.Кикоть: Отбор проб проводился сотрудниками миссии с соблюдением всех установленных норм и правил. Насколько мне известно, непосредственно на место отбора проб даже не были допущены представители российской военной полиции, охранявшие периметр. Они не могли наблюдать за ходом отбора проб и за кругом общения специалистов Миссии. Как утверждается в докладе, отбор проб проводился с соблюдением всех установленных норм и правил. Надеюсь, что это могут подтвердить сирийские специалисты, которые присутствовали с представителями Миссии непосредственно на месте происшествия. Насколько мне известно, один человек с сирийской стороны всё же присутствовал на процедуре отбора проб.

Какой статус свидетелей в Идлибе? Мы не знаем, что это за свидетели, и не можем говорить об их статусе. В докладе об этом ничего не говорится, нет ни имен, ни ссылок на это. Поэтому ответить на ваш второй вопрос затрудняемся.

Наш сирийский коллега хотел бы что-то добавить к этому.

Б.Саббаг: На мой взгляд, это два очень важных вопроса. Что касается проб. Стоит отметить, что количество проб, отобранных на месте предполагаемого инцидента в Думе, отличалось от общего числа проб, которые изучались здесь в лаборатории в Гааге. Мы изначально поставили этот вопрос перед Техсекретариатом ОЗХО. Спросили, чем обусловлено такое расхождение. Нам ответили, что существуют и другие пробы. Однако где и кем они были отобраны, до сих пор, спустя почти год после тех событий, не ответили. Так что имеются пробы, которые Техсекретариат изучает в рамках данного расследования, но о происхождении которых у нас нет никакой информации.  Сирия, будучи государством-членом ОЗХО, не получала доступа к этим пробам. Образцы, собранные в Думе нашими экспертами, были поделены пополам: часть отправили сюда, а дубликаты остались у нас. В отношении проб, находящихся в Гааге, не была даже соблюдена обязательная процедура последовательности действий по обеспечению сохранности доказательств (chain of custody). В итоге, страна-член ОЗХО не получила доступа к причитающимся ей пробам. Такая же предвзятость наблюдалась и при опросе свидетелей экспертами МУФС. 26 человек были опрошены группой экспертов ОЗХО за пределами Сирии. Кто эти люди, мы не знаем. Какое отношение они имеют к событиям в Думе, мы не знаем. На самом ли деле они являются гражданами Сирии, этого нам также не известно. Такой информации в докладе нет. Характерно, что такой вопрос мы задавали и в отношении предыдущих расследований, проводимых МУФС, но ответа так и не последовало. Спасибо.

М.С.Григорьев: На наш взгляд, отсутствие списка свидетелей и их точных высказываний вызывает большие сомнения по отношению к самому докладу МУФС. Здесь чрезвычайно важно установление личности каждого свидетеля, точных высказываний каждого из них. Ссылки на неизвестных людей, с одной стороны, несомненно, вызовут сомнения в том, что эти люди вообще существовали, были эти они, или нет, никому не известно. И самое главное, как я уже сказал, если они всё же существуют, не связаны ли они с незаконными вооруженными формированиями, активно принимавшими участие в фальсификации химических атак, о чем, кстати, совсем недавно говорил продюсер БиБиСи.

А.В.Шульгин: В порядке ответа на заданный вами вопрос я позволю оттенить один момент. В данном деле сирийской стороной проявлена полнейшая открытость. Экспертам ОЗХО был предоставлен беспрепятственный доступ в любые места, которые они хотели посетить. Они без ограничений могли проводить интервью и беседы с интересующими их людьми. И второй важный момент. Я уже говорил вам о том, что российские и сирийские военные достаточно быстро оказались на месте этого инцидента. Им с самого начала было понятно, что речь идёт о провокации. О том, что здесь всё подстроено на фоне спекуляций, разговоров, недобросовестных утверждений о том, будто бы погибли 500 человек. Некоторые государства-члены нашей Организации, не буду сейчас конкретно их называть, охотно тиражировали эти ложные слухи. Вот в этой обстановке, ещё до ракетного удара коалиции во главе с США, мы предложили одному государству из числа вышеупомянутой «тройки», также не буду его сейчас называть, направить своих военных экспертов в Думу, на место предполагаемого инцидента с тем, чтобы они вместе с российскими экспертами смогли разобраться, что там произошло, и предупредить нежелательное развитие событий. Наши военные были готовы и ждали своих коллег из этого государства. Нам сначала говорили, что коллеги, возможно, подъедут. Но потом стало ясно, что никого мы не дождёмся. Через несколько дней был нанесён ракетный удар. Сделано было это явно вызывающе. Ведь буквально за день до ракетного обстрела Техсекретариат ОЗХО опубликовал специальный пресс-релиз о том, что его эксперты прибывают в Дамаск. Зная это, коалиция во главе с США, ничтоже сумняшеся, нанесла авиаудар. Такое агрессивное поведение демонстрирует пренебрежение и неуважение со стороны этих стран к нашей Организации.

Что можно сказать применительно к докладу об инциденте в Думе в заключение нашего общения с вами? Самая короткая характеристика – документ изобилует пробелами, нестыковками и несоответствиями, согласно принятой здесь, в Гааге, терминологии. Он противоречив. В чём-то эксперты ОЗХО опровергают досужие вымыслы «белокасочников», но, с другой стороны, в ряде аспектов они опираются именно на эти показания. Весьма сомнительными выглядят и баллистические выкладки, о которых уже говорил генерал С.Г.Кикоть. Число якобы погибших - от 43 до 500 человек - вообще взято «с потолка», а точнее сказать, просто продиктовано псевдогуманитариями из «Белых касок».

И, наконец, самое главное. Крайне разочаровывает, что в докладе путём еле заметной сноски упоминается, что некоторые «предполагаемые» свидетели якобы сделали какие-то заявления в Гааге. Тем самым умышленно девальвируется значение показаний, которые дала побывавшая в Гааге группа сирийцев, включая и маленького мальчика Хассана. Этих свидетелей с лёгким сердцем называют «предполагаемыми», даже не утруждая себя мыслью о том, что все они сидели здесь, вместе с нами, за одним столом, а до этого были невольными участниками пресловутого ролика «Белых касок». Каждый из них рассказал свою историю, показал на видео, где находился в момент съёмки. Но эксперты МУФС их предпочитают называть лишь «предполагаемыми свидетелями». В то же время пресловутых «Белых касок» упоминают постоянно. На 3-х страницах доклада, с 22 по 25 станицу, аж 14 раз ссылаются на белокасочников.

Смотрите, какая получается картина. Два государства-участники Конвенции по запрещению химического оружия - Россия и Сирия - организуют брифинг с участием невольных статистов видиофальшивки. Но, по всей видимости, у экспертов ОЗХО доверия к России и Сирии совсем нет. Они говорят лишь о предполагаемых свидетелях. То есть, подтекст такой: ещё неизвестно, стоит им верить или нет. А вот этих псевдогуманитариев, на которых клейма негде поставить, охотно цитируют, аж 14 раз только на 3 страницах, в качестве заслуживающих доверия источников.

Одним словом, приходится констатировать, что эксперты ОЗХО не осмелились пойти наперекор западной коалиции во главе с США, этим самозваным вершителям правосудия, которые не хотели и не могли допустить ничего иного, кроме своей собственной версии о причастности сирийских властей к тому, что произошло в Думе 7 апреля 2018 г.

Хотя в докладе ОЗХО, который мы сегодня обсуждаем, сказано достаточно округло: мол, есть основания предполагать использование хлора в качестве химического оружия, всё равно, это уже говорит о многом. Дума в тот момент находилась под контролем боевиков, а, следовательно, эта фраза о применении хлора в качестве химического оружия рассчитана на подготовку мирового общественного мнения к возложению ответственности за инцидент на Дамаск. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы предположить: именно таким будет вывод псевдопрокурорской атрибутивной группы, созданной в недрах Техсекретариата ОЗХО под давлением США и с грубым нарушением КЗХО.

Понятно, что США и их союзники, скорее всего, снова воспользуются этими явно предвзятыми выводами доклада атрибутивной группы. Ведь виновные ими уже заранее назначены. Им останется воспользоваться этим в оправдание своих новых односторонних силовых акций против законных сирийских властей. То, что США и их союзники, действуя таким образом, опять будут нарушать международное право, Вашингтон и сотоварищей абсолютно не смущает. Они уже давно живут по выдуманным ими же самими правилам. Говорят всё время о мировом порядке, основанном на правилах. А эти правила они выдумывают сами. Ими они и подменяют международное право.

Что касается России в ОЗХО, то мы не собираемся опускать руки. Будем делать всё возможное и дальше для того, чтобы некогда успешная Организация, лауреат Нобелевской премии мира, сумела преодолеть раскол в своих рядах, вызванный запредельной политизацией работы, и деструктивными действиями западных партнёров. Мы положим все силы для того, чтобы ОЗХО вернула себе репутацию незаменимого разоруженческого форума. Спасибо.

Если нет других вопросов, закрываем нашу пресс-конференцию. Спасибо.

Календарь

x
x

Архив

Дополнительные инструменты поиска