ВЫСКАЗЫВАНИЯ ПО ТЕМЕ

Из выступления Президента России В.В.Путина на встрече с Министром обороны С.К.Шойгу и Министром иностранных дел С.В.Лавровым, Москва, 29 декабря 2016 года

...сегодня утром, несколько часов назад, произошло событие, которого мы не просто долго ждали, но и для приближения которого много работали: подписаны три документа. Первый документ – между сирийским правительством и вооружённой оппозицией о прекращении огня на территории Сирийской Арабской Республики. Второй документ – это комплекс мер по контролю за режимом прекращения огня. И третий документ – заявление о готовности к началу мирных переговоров по сирийскому урегулированию.

Министерство обороны Российской Федерации и Министерство иностранных дел постоянно находились в контакте с нашими партнёрами и в Дамаске, и в других столицах, очень большую работу проделали совместно с партнёрами из Турции.

Мы знаем, что совсем недавно состоялась трёхсторонняя встреча в Москве министров иностранных дел России, Турции и Ирана, где все три страны взяли на себя обязательства не только по контролю, но и по гарантиям мирного процесса урегулирования в Сирийской Республике.   ...

...достигнутые договорённости, безусловно, являются хрупкими, требуют особого внимания и сопровождения с целью их сохранения и развития. Тем не менее это заметный результат нашей совместной работы, усилий Министерства обороны, Министерства иностранных дел, наших партнёров в регионе.

Нужно сейчас сделать всё для того, чтобы эти договорённости вступили в силу, чтобы они заработали с тем, чтобы уже сформированные и формирующиеся сейчас переговорные команды своевременно и как можно быстрее приехали в Астану и начали там реальный мирный процесс.

В этой связи я призываю правительство Сирийской Арабской Республики, вооружённые отряды оппозиции, все страны региона: и вовлечённые в конфликт, и имеющие влияние на конфликтующие стороны, – оказать поддержку достигнутым договорённостям, принять самое активное участие в намечающихся переговорах в столице Казахстана.   ...

Согласен с предложением Министерства обороны по сокращению нашего военного присутствия в Сирийской Республике, имею в виду, что мы, безусловно, будем продолжать борьбу с международным терроризмом и дальше будем оказывать поддержку законному сирийскому правительству в борьбе с терроризмом. И, безусловно, будем исполнять договорённости, которые нами достигнуты, в том числе по развитию пунктов базирования российских Вооружённых Сил в Тартусе и на аэродроме Хмеймим.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru
 

Из ответов Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на вопросы информагентства «Интерфакс», Москва, 27 декабря 2016 года

Вопрос: Является ли освобождение Алеппо от боевиков ключевым шагом на пути к сирийскому урегулированию и станет ли переломным моментом в борьбе с террористами в САР? Готова ли Россия поддержать Дамаск в освобождении от террористов всей оставшейся Сирии?

С.В.Лавров: Освобождение Алеппо, несомненно, – важный этап на пути очищения Сирии от террористов. Это событие имеет не только военное, но и важное политическое значение – речь идет о крупнейшем городе, экономической столице страны.

Во взаимодействии с Турцией и Ираном нам удалось обеспечить добровольную эвакуацию населения, а также организованный выход вооруженной оппозиции из Восточного Алеппо, что спасло немало жизней мирных граждан. К сожалению, предыдущие договоренности с США были сорваны по вине американских партнеров. В Вашингтоне не смогли или не захотели обеспечить главное – отмежевать отряды «умеренной» оппозиции от террористов из ИГИЛ, «ан-Нусры», других экстремистских группировок.

Будем и дальше наращивать взаимодействие с Анкарой, Тегераном, другими странами региона на сирийском направлении. С удовлетворением констатируем, что в мире укрепилось понимание безальтернативности урегулирования кризиса в Сирии политико-дипломатическим путем через общенациональный диалог с опорой на положения Женевского коммюнике 2012 года, резолюции 2254 СБ ООН, решения МГПС.

Последовательно исходим из того, что ликвидация очага терроризма в САР должна быть общим делом всего международного сообщества. Президент России В.В.Путин не раз выступал с призывом сформировать широкий антитеррористический фронт на общепризнанной международно-правовой основе и под эгидой ООН. Готовы к конструктивному сотрудничеству на этом направлении со всеми, кому небезразличны судьбы как Сирии, так и собственных стран. Ведь, как показывают события последнего времени, включая подлое убийство российского Посла в Турции А.Г.Карлова, кровавые трагедии в Европе, а до этого – взрыв нашего авиалайнера над Синаем, террористическая угроза, к сожалению, приобрела действительно глобальный характер.

Вопрос: Остается ли надежда на то, что Сирия не повторит путь Ирака и Ливии и сохранит статус единого унитарного государства, или федерализация в силу сложившихся условий неизбежна?

С.В.Лавров:  Прежде всего, отмечу, что проблемы Ирака и Ливии не связаны с характером их государственного устройства – унитарным или федеративным. Они, равно как и Сирия, стали жертвами «геополитической инженерии», близоруких, зачастую корыстных действий, направленных на смену неугодных режимов, навязывание своих моделей развития и ценностей без учета национальных традиций и особенностей. Как результат – серьезное ослабление или даже слом государственности в этих странах, превращение их территорий в плацдарм для многочисленных террористов и экстремистов.

Мы – последовательные сторонники сохранения суверенитета, независимости и территориальной целостности Сирии. Неизменно выступаем за то, чтобы САР оставалась единым, многоэтническим, многоконфессиональным, демократическим и светским государством.

Что касается конкретных форм государственного уклада, то решить этот вопрос, как и целый ряд других, способны только сами сирийцы в рамках всеохватывающего общенационального диалога. В ходе недавней встречи в Москве с моими коллегами из Ирана и Турции одобрено совместное заявление, в котором подтверждена готовность наших стран способствовать выработке и стать гарантами будущего соглашения между Правительством Сирии и оппозицией, переговоры о котором ведутся.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2580722

Из ежегодной пресс-конференции Президента России В.В.Путина, Москва, 23 декабря 2016 года

Вопрос: Впервые Россия и Турция смогли решить глобальный, важный вопрос с Сирией без участия Запада. Речь идёт об Алеппо. Значит, у России и Турции есть такой потенциал. Но в дальнейшем смогут ли Анкара и Москва воспользоваться этим потенциалом? Удастся ли Ирану, России, Турции выстоять против коварных игр на Ближнем Востоке? Этот новый «треугольник», альянс способен ли сыграть ключевую роль в сирийском урегулировании? ...

В.В.Путин: ... Действительно, огромную роль в урегулировании ситуации вокруг Алеппо – это было связано ещё и с разменом и с деблокированием нескольких населённых пунктов, в которых большинство граждан составляют представители шиитского направления в исламе, – очень большую роль в этом сыграли Президент Турции и Президент и вообще руководство Ирана. Не знаю, не прозвучит ли это нескромно, но без нашего участия, без участия России, это было бы просто невозможно.

Поэтому всё это сотрудничество в трёхстороннем формате, безусловно, сыграло очень важную роль в решении проблем вокруг Алеппо. Причём, что чрезвычайно важно, особенно на завершающем этапе – сейчас только Министр обороны мне докладывал о том, как происходила работа на завершающем этапе, – без боевых действий. Просто мы организовали и тысячами, десятками тысяч выводили людей, и не только радикально настроенные вооружённые группировки и их представителей, но и женщин, и детей. Речь идёт о более чем 100 тысячах человек, которые были выведены из Алеппо. Тысячи – из других населённых пунктов в обмен на вывод из Алеппо.

Это крупнейшая – я хочу это подчеркнуть, чтобы все это слышали, – это крупнейшая в современном мире на сегодняшний день международная гуманитарная акция. Она не могла быть достигнута без активной работы турецкого руководства, Президента Турции, Президента Ирана и всего иранского руководства, ну и при нашем самом активном участии. Разумеется, это не могло быть достигнуто и без доброй воли и работы, которая была проведена Президентом Сирийской Арабской Республики господином Б.Асадом и его сотрудниками. Поэтому практика, жизнь показала, что такой формат востребован, и мы, конечно, его будем дальше развивать.

Я бы не забывал интересы и участие других стран региона. Это Иордания, Саудовская Аравия, это, конечно, Египет. Безусловно, без такого глобального игрока, как Соединённые Штаты, тоже было бы неправильно решать вопросы подобного рода, поэтому мы готовы работать со всеми.

Следующим этапом – сразу хочу сказать, чтобы уже не возвращаться к этой теме, – считаю, должно быть, заключение соглашения о прекращении огня на всей территории Сирии и после этого сразу же начало практических переговоров по политическому примирению. Мы предложили в качестве нейтральной площадки столицу Казахстана Астану, Президент Турции с этим согласен, Президент Ирана согласен, сам Президент Б.Асад согласен. Президент Н.А.Назарбаев любезно согласился предоставить эту площадку, создать площадку для такой работы. Очень надеюсь на то, что нам это удастся поставить на практический рельс.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru
 

 

Из выступления Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам трехсторонних переговоров с Министром иностранных дел Ирана М.Дж.Зарифом и Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу, Москва, 20 декабря 2016 года

Мы только что закончили встречу министров иностранных дел России, Ирана и Турции. Параллельно в Москве в различных форматах проходили контакты между министрами обороны наших стран. В центре внимания была ситуация в Сирии.

У нас общее мнение, прежде всего, заключающееся в том, что необходимо в полной мере уважать суверенитет, территориальную целостность, единство Сирии, что не может быть военного решения сирийского кризиса. Мы выступаем за безальтернативность политико-дипломатического урегулирования этого конфликта. Конечно, самой главной задачей остается прекращение страданий ни в чем не повинного населения, решение острых гуманитарных проблем и беспощадная борьба с терроризмом.

Мы согласовали Совместное заявление министров иностранных дел Исламской Республики Иран, Российской Федерации и Турецкой Республики по согласованным мерам, направленным на оживление политического процесса с целью прекращения сирийского конфликта. Как я уже сказал, это заявление трех министров иностранных дел, но, хотел бы подчеркнуть, вклад в достижение договоренностей внесли и министры обороны, которые встречались параллельно с нами.

 В заявлении подтверждается уважение суверенитета, независимости, единства и территориальной целостности САР в качестве многоэтнического, многоконфессионального, демократичного и светского государства.

Иран, Россия и Турция убеждены, в отсутствии военного решения сирийского конфликта. Они признают важную роль ООН в усилиях по разрешению этого кризиса в соответствии с резолюцией 2254 СБ ООН.

Министры также принимают во внимание решения Международной группы поддержки Сирии (МГПС). Они настоятельно призывают всех членов международного сообщества к добросовестному сотрудничеству  в интересах устранения препятствий на пути осуществления договоренностей, содержащихся в упомянутых документах.

Иран, Россия и Турция приветствуют совместные усилия в Восточном Алеппо, позволяющие провезти добровольную эвакуацию гражданского населения и организованный выход вооруженной оппозиции. Министры также приветствуют частичную эвакуацию гражданского населения из Фуа, Кафраи, Забадани и Мадаи. Они привержены тому, чтобы обеспечить беспрерывное, безопасное и надежное завершение этого процесса.                             

Министры выражают признательность представителям Международного комитета Красного Креста (МККК) и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) за их содействие в проведении эвакуации.  

Министры согласны с важностью расширения режима прекращения огня, беспрепятственного доступа гуманитарной помощи и свободного передвижения гражданского населения по территории Сирии. Иран, Россия и Турция выражают готовность способствовать выработке готовящегося соглашения, переговоры о котором ведутся между правительством Сирии и оппозицией, и стать его гарантами. Они пригласили все другие страны имеющие влияние на ситуацию «на земле» поступить таким же образом.

Наши страны глубоко уверены в том, что настоящее Соглашение поможет придать необходимый импульс для возобновления политического процесса в Сирии в соответствии с резолюцией 2254 СБ ООН. Имеется в виду соглашение, над которым сейчас работают сирийское Правительство и оппозиция.

Министры принимают к сведению любезное приглашение Президента Республики Казахстан провести соответствующие встречи для переговоров в Астане.

В заключение Иран, Россия, Турция подтверждают свою решимость совместно бороться с ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусрой» и отмежевать от них группировки вооруженной оппозиции.

Мы удовлетворены достигнутым результатом. У нас есть убежденность, что в условиях, когда пробуксовывает выполнение резолюций СБ ООН, инициативные действия наших трех стран помогут преодолеть застой в усилиях по сирийскому урегулированию на основе резолюций СБ ООН и продвинуть процессы, касающиеся прекращения насилия, доставки гуманитарной помощи и создания условий для инклюзивного, эффективного политического процесса.

Я искренне благодарю своих коллег. Это была очень полезная, хорошая совместная работа. Мы договорились продолжать выстраивать дальнейшее взаимодействие, опираясь на одобренное сегодня Совместное заявление.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2574870

 

 

Из ответов Президента России В.В.Путина на вопросы журналистов по итогам российско-японских переговоров, Токио, 16 декабря 2016 года 

Вопрос: Господин Президент! Хотела бы вернуться к вопросам международной проблематики. Вы вчера в ходе переговоров обменялись мнениями о ситуации в Сирии, в частности. Но ситуация в Сирии постоянно меняется, оттуда приходят разные и иногда противоречивые новости. Например, у сирийской армии есть какие-то успехи в Алеппо, бои продолжаются за Пальмиру. Как Вы оцениваете ситуацию там, как Вы видите её развитие, какие перспективы, удастся ли удержать Алеппо и снова получить Пальмиру?

В.В.Путин: Что касается ситуации в Сирии и конкретно по этим пунктам. Всё, что происходит в Пальмире, это результат несогласованных действий между так называемой международной коалицией, сирийскими властями, Россией. Я уже много раз говорил о том, что для того, чтобы быть эффективными в борьбе с террористами, нужно объединять усилия. Вопрос Пальмиры, мне кажется, чисто символический.

Что касается военно-политического значения, то в этом смысле Алеппо, конечно, гораздо более важная тема. И я самых последних событий там не знаю, поскольку здесь уже нахожусь сутки, но, судя по тому, что я вижу, происходит именно то, о чём мы договаривались в том числе с Президентом Турции ещё во время его посещения Петербурга. Мы договорились о том, что Турция окажет всяческое содействие в выводе тех боевиков, которые будут готовы сложить в Алеппо оружие, прежде всего для сохранения жизни мирных граждан. Это первое.

И второе (это состоялось после наших последних переговоров) – я очень рассчитываю на то, что сирийской армии после, безусловно, успешных боевых действий в Алеппо удастся закрепиться, а мирные граждане смогут перейти к нормальной жизни. Уже несколько тысяч человек вернулись в свои дома, даже полуразрушенные.

Следующий этап – это достижение договорённости о полном прекращении огня на территории всей Сирии. Мы ведём очень активные переговоры с представителями вооружённой оппозиции, тоже при посредничестве Турции. И позавчера в своём телефонном разговоре мы договорились с Президентом Эрдоганом о том, что будем предлагать конфликтующим сторонам (мы со своей стороны – правительству Сирии, а Президент Турции – представителям вооружённой оппозиции) продолжить процесс мирных переговоров на новой площадке.

В качестве такой площадки могла бы быть столица Казахстана – Астана. Если стороны конфликта согласятся, то мы обратимся к Президенту Назарбаеву с просьбой поддержать этот процесс. Если это произойдёт, то это не будет площадка, которая будет конкурировать, скажем, с женевской, но это будет дополнять женевские переговоры. Во всяком случае, где бы ни встречались конфликтующие стороны, на мой взгляд, было бы правильно это делать и стремиться к политическому урегулированию.

Вот так мне видится перспектива.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

Из ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам 23-го заседания СМИД ОБСЕ, Гамбург, 9 декабря 2016 года

Вопрос: Несмотря на Ваши вчерашние заявления, продолжаются боевые действия в Алеппо. На Западе говорят, что Россия не заинтересована в заключении сделки с США, пока Администрация Б.Обамы находится у власти, что Вы ждете начала работы новой Администрации Д.Трампа. Каково Ваше мнение по этому поводу?

С.В.Лавров: Я не говорил о том, что боевые действия полностью прекратились, я  сказал, что они были вчера приостановлены на определенный период, чтобы помочь выйти гражданскому населению, людям, которые хотели это сделать. Конечно, после гуманитарных пауз боевые действия будут продолжаться и продолжатся до тех пор, пока бандиты не уйдут из Восточного Алеппо. Это всем уже понятно, в том числе и нашим американским партнерам.

Если мы хотели бы «пересидеть» Администрацию Б.Обамы, то я не общался бы со своим коллегой Дж.Керри, а мы с ним за вчерашний и позавчерашний день говорили 3 раза лично и четвертый раз по телефону. Как я вчера сообщил, мы договорились, что завтра в Женеве будут встречаться наши эксперты. Если американские эксперты опять не передумают, как они  передумали несколько дней назад, и что-нибудь новое не выложат на стол,  то есть очень хорошая возможность договориться о том, как окончательно завершить  урегулирование ситуации вокруг Восточного Алеппо путем выхода оттуда всех без исключения боевиков. Повторяю, я не могу ручаться, что опять не будет  какого-то сюрприза, потому что слишком много непонятного в том, как американская сторона ведет себя с нами на переговорах по Сирии.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2556212

 

Из выступления Председателя Правительства России Д.А.Медведева на совместной пресс-конференции с Премьер-министром Финляндии Ю. Сипили по завершении переговоров, Оулу, Финляндская Республика, 9 декабря 2016 года

Д.А.Медведев: … Что же касается Сирии, то все мы, конечно, заинтересованы в мирном урегулировании ситуации, в прекращении гуманитарных проблем, которые существуют в этой стране, и в сохранении Сирии как единого государства, которое будет иметь нормальную современную власть и не будет представлять угрозу для международных отношений.

http://government.ru/news/25604/

 

Из пресс-конференции Председателя Правительства России Д.А.Медведева и Премьер-министра Турецкой Республики Б.Йылдырыма по итогам переговоров, Горки, 6 декабря 2016 года

Вопрос (как переведено): Сирийская тема имеет большое значение для двух стран. Создаются ли новые консультационные механизмы по Сирии? В Совете Безопасности резолюция о прекращении огня была заблокирована Российской Федерацией. Были ли эти вопросы предметом обсуждения?

Д.А.Медведев: Да, мы, конечно, обсуждали Сирию, несмотря на то что вопросы внешней политики – это прерогатива президентов в наших странах, которые регулярно общаются. За последнее время они провели немало телефонных переговоров, личных встреч, в ходе которых тема Сирии была выдвинута на передний план. Тем не менее мы с господином Премьер-министром говорили о сирийской проблематике, констатировали, что общая нормализация ситуации в Сирии является приоритетной задачей для наших стран и, безусловно, пойдёт на пользу всему региону, не говоря уже о самой Сирии, которая находится в очень сложном положении. В то же время мы исходим из того, что сирийское урегулирование – это прежде всего вопрос внутрисирийского диалога, как и определение будущего Сирии. Конечно, всё это должно проходить внутри тех процедур, которые предусмотрены и подготовлены самими сирийцами.

Что касается гуманитарной ситуации, а также других вопросов, включая борьбу с терроризмом и террористическими организациями, которые в настоящий момент нашли приют на территории Сирии, то это вопрос, по которому существуют неплохие коммуникации не только между президентами наших стран, но и между военными и другими службами, которые непосредственно этими вопросами должны заниматься. Такого рода диалог является очень полезным. Не скрою, некоторое время назад его не было. В настоящий момент он восстановлен и идёт в полном объёме, у нас одинаковое понимание террористической угрозы. Я уверен, что такого рода диалог между Российской Федерацией и Турецкой Республикой будет продолжен. Это включает в себя консультации на всех необходимых уровнях. Об этом мы сегодня также говорили с господином Премьер-министром.

http://government.ru/news/25536/

 

Из ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Генеральным секретарем Совета Европы Т.Ягландом, Москва, 6 декабря 2016 года

Вопрос: Прокомментируйте, пожалуйста, обстрел российского военного полевого госпиталя в Алеппо, гибель наших военных врачей, а также результаты голосования в СБ ООН по Алеппо. Как в этой связи можно трактовать заявление и действия Вашингтона? С одной стороны, США обеспокоены гуманитарной ситуацией в Сирии и, в частности, в Алеппо, а с другой стороны, потворствуют террористам и просят для них очередной отсрочки для того, чтобы определиться со своими действиями.

С.В.Лавров: Мы уже комментировали вчерашнюю атаку на российский госпиталь, повлекшую гибель российских врачей и нескольких сирийцев. Есть раненые. Мы убеждены, что это была акция, спланированная теми, кто пытается сохранить свои позиции в Алеппо под прикрытием покровителей из-за рубежа. Печально, что западные страны, которые кичатся своей озабоченностью правами человека и гуманитарной ситуацией в Алеппо и в Сирии в целом, по сути дела продолжают линию на то, чтобы поддерживать именно радикалов и экстремистов.

Вновь звучало в выступлениях в ООН и в тех инициативах, которые распространяются в этой Организации, что единственным законным представителем сирийской оппозиции является т.н. Высший комитет по переговорам, который категорически отказывается выполнять решения СБ ООН о необходимости поиска обоюдоприемлемых договоренностей с правительством САР. Такое подстрекательство радикалов к дальнейшим преступным действиям нас серьезно беспокоят. Мы будем говорить об этом с нашими коллегами, в том числе, с американцами. Если люди действительно озабочены гуманитарной ситуацией, то надо перестать, извините за грубое слово, болтать, а нужно направлять гуманитарную помощь и оказывать медицинскую помощь, как это делает Россия. После того, как значительная часть Восточного Алеппо была освобождена от бандитов, препятствий для направления гуманитарных грузов по дороге «Кастелло» не существует.

Безусловно, после вчерашнего преступления наши военные помогут сирийской армии принять дополнительные меры безопасности, чтобы госпитали не были уязвимыми для бандитов. Но повторю  еще раз, что те, кто хочет помогать, должен это делать не словом, а делом.

Вопрос: Определилась ли дата начала российско-американских консультаций в Женеве? Если боевики отказались выходить из Восточного Алеппо, о чем консультируются теперь? Что ждет боевиков, которые не выйдут?

С.В.Лавров: Во-первых, то, что боевики отказались, пока ни о чем не говорит, потому что отказываться не от чего: еще не оформлена российско-американская договоренность, которая будет иметь форму прямого действия. В любом случае, если кто-то откажется выходить по-доброму, будет уничтожен. Другого выхода нет.

Что касается начала консультаций по Алеппо, то это вообще детективная история. 2 декабря в Риме Госсекретарь США Дж.Керри просит меня поддержать конкретный документ, который американцы нам передали. Мы говорим, что документ идет в русле наших подходов. На следующий день 3 декабря публично об этом заявляем. Предлагаем американцам собраться  в любой день. В итоге они согласовывают 7 декабря, то есть завтра. Мы еще раз публично неоднократно подтверждаем, что это очень правильная идея, которая позволит решить проблемы Алеппо. Вдруг вчера вечером мы получаем от них сообщение, что они, к сожалению, не смогут завтра встретиться, потому что передумали, свой документ отзывают, и теперь у них новый проект, который, судя по нашим первым впечатлениям от его прочтения, все возвращает на круги своя и опять выглядит как попытка «купить» время для того, чтобы боевики отдышались, перевели дух и пополнили свои запасы.

Будем выяснять, в чем дело, тем более, что вчера на заседании СБ ООН, когда Россия, Китай и Венесуэла проголосовали против проекта резолюции, направленной на то, чтобы боевики получили передышку, американская представительница взяла слово и заявила, что она не знает,  о каких договоренностях между Россией и США идет речь и что с нами вообще невозможно договариваться. Это было еще до того, как американцы отозвали свой документ, в пользу которого выступал Дж.Керри. Складывается впечатление, что представители США при ООН просто дезавуировали Госсекретаря США.

Вроде бы, хочется в этом разобраться, но с другой стороны, у нас примерно есть понимание того, что серьезного разговора с нашими американскими партнёрами не получается. Так было с нашими договорённостями с Дж.Керри от 9 сентября, которые были уже достигнуты, вступили в силу, а потом США стали искать предлоги, чтобы из них выйти и в итоге нашли такой предлог, объявили о том, что они из этих договоренностей выходят. Теперь очень прохожая ситуация. То, что было предложено американцами на бумаге и было публично нами поддержано, теперь, оказывается, не подходит. Трудно понять, кто там принимает решения, но, судя по всему, есть немало людей, которые хотят подорвать авторитет и практические действия Дж.Керри.  

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2549731

 

Из ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Филиппин П.Ясаем, Москва, 5 декабря 2016 года

Вопрос: Сегодня в Нью-Йорке СБ ООН должен рассматривать проект резолюции по Алеппо, который предлагает как минимум семидневное прекращение огня всеми сторонами и некоторые другие аспекты. Поддержит ли его Россия?

С.В.Лавров: Начну несколько с другого события. Как мы объявили в прошлую субботу, 3 декабря, сейчас по предложению США в Женеве начинается работа российских и американских экспертов по проблеме Восточного Алеппо. Целью этой работы является полный вывод всех боевиков из восточной части города в пользу чего, как вы знаете, Россия давно выступала. На эту же тему был, кстати, план спецпосланника Генсекретаря ООН С.де Мистуры. В ходе российско-американских консультаций будут согласовываться конкретные маршруты и сроки выхода всех боевиков из Восточного Алеппо. Как только такие маршруты и сроки будут согласованы, вступит в силу режим прекращения огня с тем, чтобы приступить к эвакуации этих боевых отрядов. Если российско-американское взаимодействие по этим вопросам даст результат, а у нас есть все основания полагать, что так оно и будет, то проблема Восточного Алеппо будет решена эффективно. Будет обеспечено освобождение города от экстремистов и прочих боевиков, безопасность мирных граждан, бесперебойные доставки гуманитарной помощи и в целом нормализация там обстановки и жизни.

Переходя к проекту, о котором вы спросили, я считаю, что в этих условиях ставить его на голосование было бы контрпродуктивным, поскольку это шло бы вразрез с теми подходами, которые сейчас согласовываются между Москвой и Вашингтоном в качестве сопредседателей МГПС. Объясню в чем проблема. В этом проекте речь идет совсем не об уходе боевиков, а о немедленном прекращении огня, причем к боевикам в Восточном Алеппо в нем не предъявляется никаких требований, а им отводится десять суток (это немалый срок) для того, чтобы определиться, готовы ли они стать частью режима перемирия или нет. У нас отсутствуют какие-либо сомнения, учитывая опыт предыдущих пауз в боевых действиях, что десятидневная передышка такого рода, которую боевикам так щедро хотели бы предоставить энтузиасты проекта резолюции, была бы точно использована для перегруппировки и пополнения их сил и средств и тем самым затруднила бы освобождение Восточного Алеппо от них, лишь продлевая страдания людей. Поэтому с учетом всех аспектов и нынешнего  развития событий упомянутый проект резолюции на фоне российско-американской инициативы является по большому счету провокационным шагом, подрывающим российско-американские усилия. Если те, кого больше заботит не достижение договоренности о выводе боевиков из Алеппо, а их сохранение там, если все же решатся поставить этот проект на голосование, то мы будем исходить из изложенной выше позиции.

Вопрос: Вооруженные группировки оппозиции в Сирии заявили Вашингтону о своем отказе покидать восточные кварталы Алеппо. Как Москва трактует подобный отказ боевиков, учитывая поступательное сокращение подконтрольных боевикам территорий в этом городе, а также наметившиеся новые витки переговоров по урегулированию сирийского вопроса между США и Москвой, а также между Москвой и повстанцами при посредничестве Анкары и без участия Вашингтона? Не могли бы Вы сообщить некоторые подробности предложения по Сирии, которое Вам передал в Риме Государственный секретарь США Дж.Керри?

С.В.Лавров: Я только что сказал про это предложение. Оно касается согласования конкретных маршрутов и сроков ухода из Восточного Алеппо всех боевиков без исключения. Поэтому те вооруженные группировки, о которых Вы упомянули вначале и которые откажутся покидать Восточный Алеппо будут приравнены к террористам. Не желая уйти из Восточного Алеппо, они тем самым продолжат вооруженную борьбу. Будем обращаться с ними, как с террористами-экстремистами и поддерживать операцию сирийской армии против бандитских отрядов такого рода.

Повторю, мы исходим из того, что когда американцы выдвинули свою инициативу о необходимости для всех боевиков уйти из Восточного Алеппо, то они отдавали при этом себе отчет, каких шагов это потребует от них и их союзников, влияющих на боевиков, засевших в Восточном Алеппо. Мы были готовы встречаться в Женеве уже сегодня, но американцы просили на день-полтора отложить наши консультации. Скорее всего, они начнутся завтра вечером или в среду утром. Рассчитываю, что отсрочка, о которой попросил Вашингтон, будет использована для того, чтобы задействовать все каналы в целях реализации задачи убрать всех боевиков из Восточного Алеппо. Это включает в себя методы убеждения вооруженных группировок в том, что оставаться в Восточном Алеппо им не надо, это не в их интересах.  Надеюсь, у американцев и их союзников такие методы есть.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2546023

 

Из ответов на вопросы Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на второй международной конференции «Средиземноморье: римский диалог», Рим, 2 декабря 2016 года

Вопрос: Давайте как раз о Сирии и поговорим, поскольку сейчас это очень насущная тема. Россия – это, можно сказать, самый преданный союзник Б.Асада. Но друзьям иногда приходится говорить друг другу жесткую правду. Не кажется ли Вам, что вы должны сказать своему другу, что ему пора идти на компромисс? Я не говорю сдаваться, я говорю идти на компромисс. Вам не кажется, что ему пора пойти на компромисс?

С.В.Лавров: Этим давно уже пора было заняться. Буквально только что у меня состоялась короткая встреча со спецпосланником Генсекретаря ООН С. де Мистурой, и я в очередной раз призвал его не затягивать переговоры и не дожидаться тех, кто отказывается выполнять резолюции Совета Безопасности ООН, резолюции, в которых четко сказано, что в Сирии на основе взаимного согласия должен быть создан представительный внеконфессиональный переходный руководящий орган. Этот руководящий орган должен разработать новую конституцию, и через шесть месяцев после принятия конституции в стране должны пройти выборы.

Таким образом, те, кто заявляет, что, прежде чем обсуждать реализацию этого плана, необходимо добиться отстранения Б.Асада от власти, нарушают резолюцию Совета Безопасности. Поэтому нечего их дожидаться, нужно просто разослать приглашения всем имеющимся в Сирии группировкам, и кто откликнется на приглашение, те и должны вести диалог с властями. Сирийские власти к такому диалогу давно готовы.

С. де Мистура с мая не может возобновить этот процесс. И, что самое главное, пока эти люди не соберутся за одним столом, никто не может знать наверняка, придут они к согласию или нет. Поэтому, когда кто-то говорит о том, что устраивать встречу имеет смысл только в том случае, если мы можем заранее гарантировать положительный результат, мы считаем, что это неправильный подход мы не можем с этим согласиться. Судьбу Сирии должны решать сами сирийцы, и в резолюции Совета Безопасности ООН именно так и сказано.

В этой игре – я не хочу казаться циничным, но вокруг сирийской трагедии действительно разворачивается множество игр – есть много «друзей» или «групп друзей». Есть группа «Друзья Сирии», созданная антиасадовской коалицией. В нее вошли страны, которые решили поддерживать коалицию и не способствовать диалогу. Затем нам удалось, я считаю, добиться очень большого успеха и совместно с нашими американскими коллегами, совместно с Госсекретарем США Дж.Керри, создать Международную группу поддержки Сирии. В ней представлены самые разные позиции. Есть те, кого принято считать сторонниками режима, есть те, кого принято считать сторонниками оппозиции, есть те, кто выступает за поиск компромисса. Италия, разумеется, тоже входит в эту группу. Нам казалось, что теперь эта группа станет тем самым местом, где мы сможем добиваться того, о чем вы только что говорили, — диалога и политического компромисса относительно будущего Сирии. Однако группа «Друзей Сирии», которая фактически выступает с антиасадовских позиций, продолжает свою работу. Мне это кажется не очень логичным.

Итак, у сирийского руководства есть, как Вы выразились, «друзья». В нашем случае это не дружба, не какие-то личные взаимоотношения. У нас нет в Сирии каких-то любимчиков. Мы просто не хотим, чтобы в Сирии повторилось то, что было в Ливии, не хотим, чтобы Сирия перестала существовать как государство и чтобы потом нам пришлось в течение долгих лет тратить миллионы и даже миллиарды на восстановление сирийской государственности. Ведь Сирия играет очень важную роль в своем регионе в силу целого ряда причин, о которых мне нет необходимости рассказывать в этой аудитории.

У оппозиционных группировок за пределами Сирии тоже есть свои «друзья». Некоторые из них пользуются поддержкой европейских стран, некоторые группировки получают поддержку от других стран данного региона. Так что, если мы хотим найти компромисс и взаимоприемлемое решение, все эти «группы друзей» должны послать своим друзьям в Сирии один и тот же сигнал. Никто не должен говорить своим друзьям не выполнять резолюцию и не садиться за стол переговоров, пока Б.Асад остается у власти. Вот что я думаю по этому поводу.

Вопрос: Но разве вы не можете попросить сирийские власти, например, чтобы они не трогали восточные районы Алеппо? Понимаете, у нас иногда складывается такое впечатление, что они, зная, что вы на их стороне, начинают действовать еще более жестко.

С.В.Лавров:  Мы не находимся ни на чьей стороне, мы на стороне сирийского государства. К нам обратилось законное правительство страны, являющейся членом Организации Объединенных Наций. Это произошло где-то в августе прошлого года, когда ситуация в Сирии была такая, что буквально через месяц-другой игиловцы могли войти в Дамаск. Мы откликнулись на просьбу сирийских властей поддержать их в борьбе с террористами.

Кстати говоря, в те дни, когда казалось, что Дамаск вот-вот падет, никто почему-то не выступал с эмоциональными призывами и не ратовал за переговоры. Большинство наблюдателей просто ждали, когда режим падет и что будет потом. Кстати говоря, о том, что делать потом, они, как мне кажется, даже не задумывались, потому что после падения режима к власти должны были прийти террористы. События опять разворачивались по ливийскому сценарию: любой ценой свергнуть М.Каддафи, а там посмотреть и как-нибудь уж приструнить этих террористов. Но в Ливии из этого ничего хорошего не вышло, и нигде не выйдет, в том числе в Сирии.

То, что сейчас происходит в Восточном Алеппо, — это прямое следствие того, что «друзья» некоторых сирийских группировок не сумели убедить своих сирийских друзей отмежеваться от «Джабхат ан-Нусры». А ведь США обещали сделать это еще в январе. Нам было сказано, что буквально в течение пары недель такое размежевание будет произведено, и именно от этого зависело все, что должно было последовать после этого, в том числе прекращение огня по всей стране, участие вооруженной оппозиции в переговорах и, разумеется, решение гуманитарных вопросов.

Это продолжалось в течение всего периода российско-американского сопредседательства в Международной группе поддержки Сирии. Наши двусторонние переговоры завершились в сентябре. 5 сентября российский и американский президенты встретились в Китае и достигли окончательной договоренности по совместным действиям в Сирии. Через три дня, 9 сентября, мы встретились с Госсекретарем США Дж.Керри и окончательно согласовали все формулировки.

Американцы по какой-то причине отказались публиковать этот документ. Мы предлагали предать гласности сам документ и все приложения к нему, но они отказались. Потом произошла утечка, и теперь вы сами можете ознакомиться с содержанием этого документа. Суть этих договоренностей сводилась к следующему: американцы должны были обеспечить размежевание, после этого объявлялось прекращение огня. Сирийские ВВС прекращали вообще все полеты, а российские ВКС и авиация коалиции продолжали работать только по согласованным целям. Отказ от этого соглашения, на мой взгляд, был серьезнейшей ошибкой. Проблема могла быть решена уже давным-давно.

А сейчас наши американские коллеги и некоторые региональные игроки пытаются навязать нам то, что мы уже много раз проходили: одностороннее прекращение огня со стороны сирийской армии. В прошлом, когда такое перемирие объявлялось на два-три дня, мы видели, что наряду с гуманитарной помощью в Алеппо направляются подкрепления – сотни прибывших из-за границы боевиков.

Теперь нам говорят, чтобы мы дали им стопроцентную гарантию, что режим прекращения огня нарушаться не будет, а они в течение дней десяти подумают, как можно отделить умеренную оппозицию от «Нусры». Но мне кажется, мы не должны упускать из виду самое главное: ни в коем случае нельзя допустить легитимизации террористов в Сирии.

При этом мы по-прежнему готовы к компромиссу. С. де Мистура, с которым я только что встречался, предложил некоторое время назад вариант, что боевикам «Нусры» нужно позволить уйти из Алеппо с оружием. Мы тогда поддержали его, хотя для нас приоритетом номер один является борьба с терроризмом. Тем не менее, мы поддержали его, поскольку мы хотели спасти мирных жителей. Другими словами, предполагалось, что боевики «Нусры» уйдут из Алеппо и борьба с «Нусрой» продолжится где-то в другом месте, потому что так будет лучше для мирного населения. Но целый ряд стран высказался против этого предложения. Я подозреваю, что причина отказа в их желании сохранить часть Алеппо под контролем «Нусры», что совершенно неприемлемо.

Между тем, поскольку сирийские военные с нашей помощью на 40% освободили Восточный Алеппо, ликвидирована угроза дороге «Кастелло». В тот же день мы сообщили представителям ООН в Нью-Йорке и Женеве, что появилась возможность для отправки гуманитарных конвоев. Нужно только предоставить соответствующую информацию сирийским властям и пройти необходимые и достаточно несложные процедуры, которые представители ООН уже много раз проходили, и конвой может отправляться в путь. Но ООН по какой-то непонятной мне причине продолжает бездействовать. Поэтому мы решили, что мы не будем сидеть сложа руки и сами направим в Восточный Алеппо гуманитарную помощь. Мы отправили туда два мобильных госпиталя, врачей, медикаменты, медицинское оборудование, и эти госпитали уже оказывают помощь гражданскому населению Восточного Алеппо.

Раз уж международное сообщество проявляет нерешительность в вопросах оказания гуманитарной помощи и политического урегулирования, может быть, нам имеет смысл обратиться к тем силам внутри Сирии, которые готовы действовать, и убедить их не дожидаться, пока определенные группировки перестанут капризничать и откажутся от своего ультиматума. Пусть они уже сейчас начинают действовать – доставлять гуманитарную помощь и собирать стороны за стол переговоров. А если кто-то отказывается участвовать в переговорах, можно обойтись и без них.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2544495

 

Из выступления и ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел и международного сотрудничества Италии П.Джентилони, Рим, 2 декабря 2016 года

По международным делам обменялись мнениями о ситуации на Ближнем Востоке и Севере Африки. Особое внимание, конечно же, уделили сирийскому урегулированию. Россия и Италия являются членами  Международной группы поддержки Сирии (МГПС). Затронули ситуацию вокруг Алеппо. Наша общая позиция заключается в необходимости безусловного соблюдения международного гуманитарного права, будь то в Алеппо, иракском Мосуле, Йемене или в любой другой кризисной точке. Конечно же, необходимо полностью выполнять договоренности, достигнутые по предложению МГПС в СБ ООН, в частности резолюцию 2254, которая требует от всех умеренных оппозиционеров порвать с террористами, прежде всего с «Джабхат ан-Нусрой» и т.н. «Исламским государством», наладить гуманитарное содействие сирийскому гражданскому населению и начать без предварительных условий политический процесс в соответствии с достигнутыми договоренностями.     

Я полностью согласен с П.Джентилони в том, что не существует военного решения сирийского конфликта. Мы выступали за такую позицию в рамках МГПС. К сожалению, не все ее члены были готовы записать общую позицию об отсутствии военного решения. Но я убежден, что это абсолютно ясно и без формального фиксирования такого подхода...

Вопрос (адресован обоим министрам): В последнее время поступали сообщения о встречах официальных лиц России с представителями сирийской оппозиции. Как Вы это прокомментируете? Обсуждалась ли эта тема с представителями Турции?

С.В.Лавров: Я вчера и позавчера был в Турции. Мы на пресс-конференции эту тему затрагивали. Могу еще раз подтвердить, что никакой сенсации в том, что Россия работает с сирийской оппозицией, нет. Мы с самого начала кризиса разговаривали со всеми без исключения сирийскими оппозиционерами. Еще в 2012 г. я встречался с Р.Хиджабом, который является одним из лидеров т.н. Высшего комитета по переговорам. Встречались мы и со всеми другими группами, включая т.н. московскую группу, каирскую группу, группу Астаны, группу, которая сформировалась вокруг российского Центра по примирению враждующих сторон в Хмеймиме. Никогда не закрывали дверь для контактов с другими оппозиционерами, которые, в частности, живут в Европе, США или где-то еще.

Мы сегодня говорили о том, что резолюция 2254 СБ ООН требует начала переговоров о политическом урегулировании в Сирии без предварительных условий. Это задача поручена ООН, но, к сожалению, уже больше полугода переговоры блокируется  теми, кто в нарушение резолюции СБ ООН выдвигает ультиматумы, например, о необходимости предварительно убрать Президента САР Б.Асада, что, конечно, неприемлемо, потому что договоренностей таких никто не заключал. В условиях такого – прямо называю вещи своими именами – бездействия представителей ООН мы поощряем любые усилия, которые позволят создать условия для начала переговорного процесса, опирающегося на необходимость обеспечить интересы сирийского народа. То, что нам с Турцией удалось достичь понимания в  необходимости такого процесса, я считаю весьма важным.
...

Вопрос: Вчера в Алеппо было объявлено о расформировании всей вооруженной группировки в восточной части города, а также об объединении всех сил под названием «Армия Алеппо». Нет ли опасений, что в это объединение могут войти террористы?

С.В.Лавров: Я уже имел возможность на предыдущих пресс-конференциях приводить данные о том, что, по нашим достаточно достоверным сведениям, практически все группировки вооруженной оппозиции в восточном Алеппо подчиняются «Джабхат ан-Нусре». Там насчитывается около полутора тысяч человек из «Джабхат ан-Нусры», еще несколько тысяч из других группировок, существенными из которых являются пять-шесть, подчиняющихся «Джабхат ан-Нусре». Если сейчас объявлено о создании «Армии Алеппо», то я совсем не исключаю, что это очередная попытка провести «ребрендинг» «Джабхат ан-Нусры» и под новым названием попытаться вывести ее из-под заслуженного возмездия.

Вопрос: Организация «Хьюман Райтс Уотч» обвиняет Россию и армию САР в том, что за последний месяц в результате военных действий погибло 440 человек. Как Вы можете это прокомментировать?

С.В.Лавров: Мы эти данные всегда воспринимаем с вниманием, и обязательно их перепроверяем. Подавляющее большинство информации, служащей поводом для достаточно истеричных высказываний о ситуации в Алеппо, черпается из структур подобных т.н. «Сирийской обсерватории по правам человека», которая состоит из одного человека, базируется в каком-то районе Лондона, в двухкомнатной квартире. Все об этом знают, но тем не менее продолжают  ссылаться на нее как на авторитетный источник. Все эти сведения нужно перепроверять.

Безусловно, всё, что касается соблюдения международного гуманитарного права, принятия всех возможных мер для недопущения и минимизации страданий мирного населения, является нашим приоритетом. Повторю, это должно волновать мировое сообщество не только в отношении Алеппо, но и в отношении Мосула, Йемена и любой другой кризисной ситуации.

Вопрос (адресован П.Джентилони): Вы говорили о гуманитарной ситуации в Алеппо. На сегодняшний день единственная страна, которая поставляет  туда гуманитарную помощь – это Россия. Она постоянно это делает. Чем может помочь Италия жителям Восточного Алеппо?

С.В.Лавров (добавляет после П.Джентилони): Министр иностранных дел и международного сотрудничества Италии П.Джентилони  упомянул об инициативе спецпосланника Генсекретаря ООН по Сирии С. де Мистуры, который предложил дать возможность всем террористам уйти из Восточного Алеппо. Мы, несмотря на всю неоднозначность этой идеи, ее поддержали и были готовы сотрудничать. Мы убеждены, что заблокировали эту идею те, кто заинтересованы в том, чтобы Восточный Алеппо остался под контролем террористов. Мы по-прежнему будем готовы к тому, что предложил спецпосланник Генсекретаря ООН С.де Мистура.

Министр иностранных дел и международного сотрудничества Италии П.Джентилони упомянул о разблокировании дороги «Кастелло». Это действительно так. После освобождения значительной части Восточного Алеппо больше нет угроз, которые поступали от т.н. «Местного совета» в Восточном Алеппо, атаковать гуманитарные конвои, направляющиеся по этой дороге. Мы сообщили в ООН в Нью-Йорке и в Женеве, что теперь нет никаких проблем с доставкой гуманитарных грузов в Восточный Алеппо и нужно просто договариваться с сирийским правительством о прохождении этих конвоев. Ничто им уже не угрожает. ООН пока размышляет о том, как это сделать. Пока они размышляют, Россия, как вы знаете, направила в Восточный Алеппо дополнительную гуманитарную помощь, два мобильных госпиталя, врачей, соответствующее медицинское оборудование, медикаменты. Думаю, что так же должны поступать и другие страны, которые искренне заинтересованы в судьбе гражданского населения этого многострадального города.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2544076

Из выступления и ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу по итогам пятого заседания российско-турецкой Совместной группы стратегического планирования, Турция, 1 декабря 2016 года

Особое внимание уделили острым международным проблемам, в частности, ситуации в Сирии. Мы были едины в понимании того, что необходимо как можно скорее пресечь  террористические угрозы в этой стране, прекратить кровопролитие, перевести процесс урегулирования в политическое русло и обеспечить решение гуманитарных проблем, доставку помощи. Все это должно осуществляться в соответствии с теми решениями, которые были приняты ранее в рамках Международной группы поддержки Сирии (МГПС), членами которой являются Российская Федерация и Турция, и на основе резолюции 2254 СБ ООН, сформулировавшей комплексный подход ко всем аспектам сирийского кризиса в интересах его устойчивого и надежного урегулирования.   ...

Вопрос (к обоим министрам): Как известно, Турция ранее заявляла, что ее военное присутствие на территории Сирии направлено на борьбу с ИГИЛ. По словам Президента Турции Р.Эрдогана, у Анкары, оказывается, иная цель - это свержение режима Б.Асада. Как Вы можете это прокомментировать? Турция ведь неоднократно говорила, что военного решения сирийского кризиса нет. На заявление Р.Эрдогана очень резко отреагировали в Москве, в том числе в МИД России. Сегодня об этом также говорил заместитель Министра иностранных дел России С.А.Рябков.

Прокомментируйте, пожалуйста, также реакцию западных стран на освобождение значительной части территории Восточного Алеппо. Что вы можете сказать о гуманитарной ситуации там?

С.В.Лавров (отвечает после М.Чавушоглу): Могу также подтвердить, что президенты России и Турции регулярно общаются. За последние несколько дней они, по-моему, трижды разговаривали по телефону, углубляя и конкретизируя договоренности, которые были достигнуты в ходе их личных встреч, в том числе в отношении сирийского урегулирования.

В ответ на вопросы журналистов мы уже дали оценку некоторым последним заявлениям. Но, еще раз подчеркну, в практической работе мы руководствуемся не чьими-то односторонними заявлениями, которых звучит немало, а теми договоренностями, которые были достигнуты президентами. Могу вас ответственно заверить, что эти договоренности выполняются по линии дипломатических, военных и специальных служб. Рассчитываю, что очень тесное сотрудничество России и Турции по сирийской проблеме поможет внести реальный вклад в выполнение тех решений, которые приняло международное сообщество.

По крайней мере политический процесс, о чем только что сказал Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу, «топчется на месте». Наши коллеги из ООН, которым поручено проводить инклюзивные межсирийские переговоры, по каким-то причинам не могут это сделать. Мы не можем ждать бесконечно. Будущее Сирии должны определить сами сирийцы. Россия и Турция в практических делах всячески способствуют тому, чтобы создать для их инклюзивного диалога необходимые благоприятные условия, как это и записано в резолюции 2254 СБ ООН.

Что касается реакции западных коллег на освобождение Восточного Алеппо, то они, по-моему, как-то приутихли в последнее время. Я что-то не слышал в последние дни этой абсолютно необоснованной, оголтелой критики. Наверное, они поняли, осознали, что ситуация в Восточном Алеппо ничем не отличается от ситуации в иракском Мосуле. Сейчас Запад призывает гражданское население уйти из Мосула, поскольку  необходимо освободить этот город от террористов. Та же самая задача стоит перед сирийской армией при нашей поддержке в том, что касается освобождения Алеппо от террористов. Призывая гражданское население покинуть Мосул и дать возможность расправиться с бандитами, наши западные коллеги одновременно спрашивали нас, зачем  мы призываем мирных граждан уйти из Восточного Алеппо. То есть здесь налицо двойной стандарт. В том и в другом случае очевидно для всех непредвзятых наблюдателей, что террористы в иракском Мосуле и террористы в сирийском Алеппо используют гражданское население в качестве «живого щита».

Мы помогли сирийским властям преодолеть попытки террористов заблокировать выход мирных граждан из Восточного Алеппо и даже выход тех боевиков, которые были готовы уйти с позиций, на которых верховодит «Джабхат ан-Нусра». Уже много сотен граждан смогли оттуда выбраться, включая примерно 500 боевиков различных группировок, которые порвали с «Джабхат ан-Нусрой». Задача по отмежеванию умеренных оппозиционеров от «Джабхат ан-Нусры», которую американцы взялись выполнять и которую они провалили полностью, выполняется сейчас уже по факту. Думаю, что приглушенность этой критики в наш адрес отражает понимание нашими западными коллегами, что они проводили несостоятельную политику по этим направлениям.

Что касается гуманитарной ситуации в Восточном Алеппо, мы все дни и недели, в которые проводилась и продолжает проводиться операция по освобождению Восточного Алеппо от террористов, использовали любую возможность для того, чтобы помогать мирным гражданам, доставляя туда гуманитарную помощь вопреки угрозам со стороны т.н. местного совета предотвращать поступление гуманитарных конвоев, обстреливать их и т.д. Теперь, когда значительная часть Восточного Алеппо была освобождена, нет никаких препятствий для доставки гуманитарной помощи по дороге «Кастелло». Мы сказали об этом сотрудникам ООН в Нью-Йорке и Женеве. Не понимаем, почему они до сих пор не предприняли никаких крупных акций по организации гуманитарных конвоев. Тем временем по линии наших военных и МЧС России туда доставляется гуманитарная помощь, в Восточном Алеппо разворачиваются мобильные госпитали, направляются врачи, необходимые медикаменты, оборудование. Так что вместо стенаний по поводу того, что жители Восточного Алеппо не могут получить помощь, мы занимаемся конкретными делами. Надеемся, что международные организации, включая ООН, последуют нашему примеру.           ...

Вопрос (адресован обоим министрам): Соответствует ли действительности публикация в газете «Файнэншл Таймс» о том, что Турция выступает в качестве посредника на переговорах между Россией и вооруженными отрядами оппозиции в сирийском Алеппо? По сведениям издания, этот процесс проходит без какого-либо участия Вашингтона.

С.В.Лавров: Мы никогда не уклонялись от контактов со всеми группами оппозиции. По нашему настоянию в резолюцию 2254 Совета Безопасности ООН по инициативе МГПС было включено положение о необходимости диалога с участием всех ключевых политических групп оппозиции. На встрече в Лозанне, где мы оба присутствовали около месяца назад, шла речь и о том, что помимо политической оппозиции, которая в своей значительной  части представлена эмигрантами, не появляющимися в Сирии, существует еще и вооруженная патриотически настроенная оппозиция, болеющая за судьбу своей страны, которая «на земле» реально контролирует целые территории САР. В Лозанне мы выступили за налаживание прямых контактов с полевыми командирами этих отрядов. Если Вы внимательно следите за тем, как работает созданный Министерством обороны России в сотрудничестве с сирийскими властями Центр по примирению враждующих сторон в Хмеймиме, то Вы, наверное, вспомните,  что уже более тысячи населенных пунктов и контролирующих их отрядов стали участниками этого процесса примирения и прекращения боевых враждебных действий между оппозиционерами в соответствующих городах и ВС САР. Мы никогда не уклонялись ни от контактов с любыми политическими оппозиционными группами, ни от контактов с полевыми командирами. Поскольку наши турецкие коллеги также имеют контакты и с теми, и с другими, включая полевых командиров, мы обмениваемся информацией о том, какие настроения царят в этой среде. Мы побуждаем их к тому, чтобы они стали частью решения проблемы в русле того, о чем говорилось в рамках МГПС и Совета Безопасности ООН. По понятным причинам мы не будем говорить о деталях этой работы. Она ведется профессионально и сейчас продолжается.

Вопрос: Некоторое время тому назад поступили сообщения, что в Анкаре прошла встреча с членами умеренной оппозиции. Как Вы это прокомментируете?

С.В.Лавров: Я уже прокомментировал информацию, касающуюся возможной встречи в Анкаре, отвечая на предыдущий вопрос.

Вопрос: 24 ноября с.г. на ведущих военную операцию «Щит Евфрата» военных Турецкой Республики, действующих на территории САР, было совершено нападение. Обсуждали ли вы этот вопрос? Как действовала нападавшая сторона?

С.В.Лавров: Что касается инцидента 24 ноября, когда турецкие военнослужащие, участвующие в операции «Щит Евфрата», были подвергнуты бомбардировке  с воздуха, то этот вопрос обсуждался нашими представителями на самых разных уровнях сразу после того, как это произошло. Есть общее понимание, что Россия, как и ВВС САР не имеют к этому никакого отношения. Безусловно, для того, чтобы мы все сконцентрировались на заявленных задачах, а именно на борьбе с террористами, нам нужно продолжать налаживать координацию. У нас есть координация с целью избежания непреднамеренных инцидентов с коалицией, возглавляемой США, частью которой является Турция. Думаю, что по этим каналам нужно также проверить, кто летал, а кто не летал тогда.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2541628

 

Из интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова итальянской газете «Коррьере делла Сера», Москва, 1 декабря 2016 года

Вопрос: Каковы цели России в Сирии?

С.В.Лавров: С самого начала сирийского кризиса Россия неизменно выступает и продолжает выступать за его урегулирование политико-дипломатическим путем – через запуск инклюзивного межсирийского диалога. Все свои действия четко соизмеряем с международным правом.

В ходе проводимой по официальной просьбе законных властей государства-члена ООН операции российских Воздушно-космических сил в Сирии нам удалось нанести серьезный урон террористам, пустившим глубокие корни в этой стране, в том числе благодаря массированной подпитке из-за рубежа. При этом всегда исходили из того, что одними военными методами сирийский узел развязать не удастся. Наша главная задача – сделать так, чтобы у сирийцев появилась перспектива, надежда на лучшее будущее в свободном светском государстве, где все этнические и религиозные группы населения будут жить в мире и согласии.

Попытки навязать чуждую сирийцам повестку дня уже привели к сотням тысяч погибших и раненых, миллионам беженцев и временно перемещенных лиц, отбросили страну на годы назад, разрушили социально-экономическую инфраструктуру, внесли элементы этно-конфессионального раскола в сирийское общество. Чтобы решить все эти проблемы, сирийцы должны сами, без вмешательства извне договориться о том, каким они видят свое государство, его политико-административное устройство, а затем – демократическим путем определить, кто будет управлять страной.

Но прежде всего необходимо обеспечить мир и безопасность, ликвидировать террористический очаг в Сирии. Пока же целые районы остаются в руках террористических группировок, таких как ИГИЛ, «Джабхат Фатх Аш-Шам» и других. В этой связи весьма востребовано формирование широкого антитеррористического фронта на общепризнанной международно-правовой основе – соответствующая инициатива была выдвинута Президентом В.В.Путиным еще в сентябре прошлого года.

Параллельно должен быть запущен инклюзивный межсирийский переговорный процесс на основе положений Женевского коммюнике от 30 июня 2012 года, резолюции 2254 СБ ООН, решений Международной группы поддержки Сирии. Решению этой задачи призван активнее способствовать спецпосланник Генсекретаря ООН по Сирии С.де Мистура, имеющий четкий и ясный мандат Совета Безопасности.

Мы помогаем создать для этого благоприятные условия, поддерживая процесс «локальных замирений» и проводя большую работу с вооруженной оппозицией через Центр примирения враждующих сторон в Хмеймиме.

Еще раз подчеркну. Сирийский конфликт может быть урегулирован только самими сирийцами. В этой связи вновь призываем западных и региональных партнеров отказаться от попыток геополитической инженерии в регионе, уважать суверенитет и территориальную целостность САР и сообща способствовать достижению главной цели – возвращению жизни в этом государстве в мирное русло.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2541168

 

Из ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с заместителем Премьер-министра Правительства, Министром иностранных дел Вьетнама Фам Бинь Минем, Москва, 24 ноября 2016 года

Вопрос: Министр иностранных дел Франции Ж.-М.Эйро  обвинил Правительство Сирии и союзников этой страны в использовании периода политической неопределенности в США для ведения, как он выразился, «тотальной войны». Он также заявил, что Париж будет добиваться принятия Совбезом ООН резолюции о введении санкций против правительства Сирии в связи с использованием химического оружия в этой стране. Также было объявлено о проведении в Париже в ближайшее время очередной встречи стран, которые поддерживают сирийскую оппозицию. Как Вы можете  прокомментировать такую активизацию французской стороны по сирийскому вопросу?

С.В.Лавров: У наших французских коллег много внешнеполитических инициатив, достаточно интенсивная активность на международной арене. Предлагается целый ряд конференций, встреч по ближневосточной проблематике и сирийскому урегулированию. Мы готовы поддерживать любые инициативы, которые нацелены на достижение согласия, общеприемлемых договоренностей, которые неконфронтационны. Конечно, мы слышали о предложении провести встречу стран, поддерживающих сирийскую оппозицию. Но, наверное, это  будет немного уводить нас в сторону от выполнения задачи, поставленной Советом Безопасности ООН в резолюции 2254, а именно о незамедлительном начале межсирийских инклюзивных переговоров, то есть с участием всех групп оппозиции и Правительства. Такая встреча только тех стран, которые поддерживают исключительно оппозицию, может послать этой оппозиции сигнал о том, что торопиться с началом переговоров не надо. Точно так же инициативы, нацеленные на осуждение Правительства САР, попытки его антагонизировать, изолировать от международного сообщества посылают аналогичные сигналы оппозиции, что не надо торопиться, что сейчас задействуется план «Б» и все силы брошены на то, чтобы режим был сменен. Я думаю, что это не помогает нашим общим интересам, не помогает выполнять то, о чем договаривались в Международной группе поддержки Сирии (МГПС), и самое главное, в Совете Безопасности ООН.

В том, что касается конкретно фактов применения химического оружия, мы выступаем за то, чтобы любые сведения, сообщения, подозрения незамедлительно расследовались. Имеющиеся утверждения о применении химических веществ в качестве оружия сирийским Правительством должны быть перепроверены. Они не стопроцентно доказаны. Но эксперты ООН и ОЗХО точно установили, что целый ряд оппозиционных групп применял химическое оружие. Когда в этой ситуации вместо того, чтобы заняться дополнительным расследованием всех  имеющихся сообщений говорят о необходимости осудить режим, ничего не упоминая о том, что имеются факты применения химического оружия оппозицией, это еще один сигнал той самой оппозиции, что в борьбе с режимом все средства хороши.  Поэтому надо говорить не о необходимости «тотальной войны» против режима, как это делает мой французский коллега, а все-таки о согласованных, сбалансированных, нацеленных на политическое урегулирование подходах международного сообщества. Не думаю, что  в интересах Франции противопоставлять себя этим подходам.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2536248

 

Из ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Республики Беларусь В.В.Макеем по итогам совместного заседания коллегий МИД России и МИД Белоруссии, Минск, 22 ноября 2016 года

Вопрос: В последнее время на разных уровнях обсуждается возможность проведения встречи между представителями внутренней и внешней сирийской оппозиции. Каковы перспективы проведения такой встречи и что от нее ожидается? За последнее время боевиками была дважды атакована Западная часть Алеппо с использованием химоружия. Пробы, взятые российскими специалистами, показали наличие отравляющих веществ. Все это происходит при полном молчании мирового сообщества. Как бы Вы могли это прокомментировать?

С.В.Лавров: Что касается второго вопроса, то действительно наши специалисты вместе сирийскими специалистами зафиксировали применение боевиками, которые засели в Восточном Алеппо, снарядов, оснащенных отравляющими веществами. Эти снаряды были направлены в районы Западного Алеппо. По собранным пробам нет сомнений, что это отравляющее вещество. Как известно, по линии нашего Министерства обороны последовало незамедлительное обращение в Гаагу к руководству ОЗХО с просьбой срочно направить своих экспертов в Алеппо и принять участие в анализе проб. К сожалению, видимо, под сильнейшим давлением наших западных коллег руководство этой технической организации отказалось выполнить такую элементарную функцию, ссылаясь на соображения безопасности, хотя сирийское правительство и мы ее гарантировали. Если наши западные коллеги не могли гарантировать безопасность в том, что касается угроз со стороны боевиков, то это лишний раз показывает, что они их толком не контролируют, а еще призывают не наносить по ним удары. Поэтому мы, насколько я знаю от коллег из Минобороны, прорабатываем возможность самим доставить в ОЗХО собранные пробы. Тогда уж, наверное, будет трудно «отвертеться» от их анализа.

Что касается идеи проведения встречи внутренней и внешней сирийской оппозиции, то я о ней слышал. Ее всерьез обсуждают те, кто находятся внутри Сирии, включая Национальный координационный комитет, и те, кто находятся за границей, в том числе московская, каирская оппозиция. Даже некоторые члены т.н. Высшего комитета по переговорам, который был сформирован на встрече в Эр-Рияде, понимают полную тупиковость нынешней позиции этой структуры, которая вообще отказывается участвовать в политическом процессе, пока Президент Б.Асад остается у власти. Мы поддерживаем проведение такой встречи в Дамаске. Думаем, что сирийское правительство даст свое согласие на такое мероприятие. По крайней мере, в условиях, когда ООН в лице специального посланника Генерального секретаря по Сирии С.де Мистуры уже больше полугода саботирует резолюцию 2254 Совета Безопасности ООН, которая предписала проводить инклюзивные межсирийские переговоры без предварительных условий, наверное, не остается иного пути для патриотически настроенных оппозиционеров и Правительства САР, кроме как брать инициативу в свои руки и организовывать межсирийский диалог.

/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2535038


 

Из выступления Президента России В.В.Путина на церемонии вручения верительных грамот новыми послами иностранных государств, Москва, 9 ноября 2016 года

Подчеркну, что Россия готова сотрудничать со всеми странами в духе честного и взаимовыгодного партнёрства; выступает за обеспечение равной и неделимой безопасности, за решение мировых и региональных проблем, урегулирование конфликтов на прочной основе международного права и Устава ООН. Именно этими принципами мы руководствуемся при выработке подходов к наиболее острым вопросам современной повестки дня, включая и сирийский кризис.

По большому счёту на сирийской земле сейчас определяется способность и готовность международного сообщества объединить усилия и вместе противостоять единой для всех нас угрозе – террористической, а также адекватно отвечать на другие вызовы глобальной безопасности и стабильности.

Вместе с заинтересованными странами Россия содействует запуску внутрисирийского диалога. Убеждены, решение сирийского конфликта должно быть политическим, только так можно остановить кровопролитие, обеспечить возвращение миллионов беженцев, восстановить экономику и социальную сферу этой страны.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

 

Из интервью Председателя Правительства России Д.А.Медведева Второму телеканалу Израиля, 5 ноября 2016

Вопрос: Хотела бы Вам задать вопрос о Сирии. Разумеется, гуманитарная ситуация остаётся ужасной. Могу я честно спросить, в чём заключаются российские интересы в этой стране? В поддержке Б.Асада?

Д.А.Медведев: Хочу вернуться на несколько лет назад. В отличие от огромного количества моих коллег, которые работают в Соединённых Штатах Америки, в Европе, я в Сирии был и видел это государство до того, как всё это там произошло. Это было самое, может быть, спокойное и цивилизованное арабское государство на Ближнем Востоке. В сирийском государстве плюс-минус обеспечивался баланс интересов всех этнических группировок и всех вероисповеданий. Я имею в виду и шиитов, и суннитов, и алавитов, и друзов, и христиан. Это очень важно для того, чтобы государство функционировало. В дальнейшем произошло то, что произошло. Это печально и это источник дестабилизации для всего Ближнего Востока.

Но наши подходы объясняются не только возросшей угрозой дестабилизации на Ближнем Востоке, а прежде всего необходимостью обеспечить наши национальные интересы.

Я думаю, Вы знаете, на стороне «Исламского государства» и других террористических экстремистских группировок в Сирии, как и в некоторых других государствах региона, принимают участие тысячи выходцев из Российской Федерации и некоторых других стран постсоветского пространства. Эти люди возвращаются из таких «командировок» абсолютно зомбированными, они возвращаются уже патентованными убийцами, террористами. И мы совсем не заинтересованы в том, чтобы после того, как они повоюют в Сирии, они потом устраивали что-то подобное у нас. Мы этот опыт имеем, в том числе в период событий на Кавказе в 1990-е годы. Поэтому наша задача заключается в том, чтобы они там остались, это первое.

И второе. Сирийское правительство обратилось к руководству нашей страны с просьбой оказать им военное содействие в наведении порядка. У нас есть с ними на эту тему договор, и такое решение было принято Президентом нашей страны, Верховным Главнокомандующим – о том, чтобы оказать им подобное военное содействие в ограниченных, естественно, пропорциях с учётом наших национальных интересов.

Что же касается Б.Асада, я с ним знаком лично. К нему можно по-разному относиться: кто-то его любит, кто-то его не любит. Вопрос не в этом. Вопрос в том, что в настоящий момент он единственный легально действующий орган власти в Сирии, легитимный президент.

Если и говорить о смене власти там, то это должно произойти легитимным путём. Каким путём? Это должно быть национальное примирение. Различные стороны конфликта должны сесть за один стол, кроме отъявленных террористов, с которыми разговаривать бессмысленно, их нужно уничтожать. В результате должна возникнуть новая политическая конструкция. Будет ли в ней место для Б.Асада или ещё кого-то, мы не знаем, это не наше дело, пусть решают сами сирийцы. Но чего бы точно не хотелось – не хотелось бы, чтобы Сирия распалась на целый ряд анклавов, на целый ряд частей (типа того, что произошло в Ливии) и в результате каждая эта часть контролировалась бы сепаратными террористическими группировками. Это было бы очень опасно – для всех, в том числе для Израиля.

Я помню, во время моих встреч с израильским руководством мне коллеги говорили аккуратно: мы не особенно расположены к Б.Асаду, но лучше иметь того, кто управляет ситуацией, кто контролирует страну, чем иметь неконтролируемый процесс деления страны на части и возникновения анклавов во главе с террористами. Такова была позиция, как я помню, и израильского руководства, и я считаю, что это правильная позиция.

http://government.ru/news/25194/

 

Из интервью Председателя Правительства России Д.А.Медведева Центральному телевидению Китая, Горки, Московская область, 4 ноября 2016 года.

Д.А.Медведев: ... Что же касается Вашего вопроса по ситуации вокруг Сирии. Позиция Российской Федерации хорошо известна. Она была сформулирована неоднократно Президентом нашей страны и, естественно, получила развитие во внешнеполитическом курсе. Она заключается в том, что нет военного решения сирийской проблемы. Силы, которые хотят мира в Сирии, должны сесть за стол переговоров и договариваться о будущем Сирии, о будущем политического устройства. Это не касается судьбы отдельных лидеров, хотя, конечно, их невозможно выбросить из этого контекста. Это не касается обсуждения персональной темы, связанной с Б.Асадом, хотя он действующий президент, легитимный президент и должен принимать в этом участие. Самое главное, чтобы проходило мирное урегулирование ситуации, в котором бы принимали участие все конструктивные силы. Но в этом-то как раз и заключается основная проблема – проблема размежевания тех, кто хочет мира и стоит на конструктивных позициях, и откровенно террористических группировок. По этому поводу идёт дискуссия, довольно жаркая. Мы дебатируем на эту тему с Соединёнными Штатами Америки, с европейцами. Но главное, сделать так, чтобы будущее Сирии было предсказуемым, чтобы Сирия существовала как самодостаточное, самостоятельное государство, а не распалась на целый ряд террористических анклавов, что, к сожалению, произошло с Ливией и некоторыми другими странами Ближнего Востока. Наша задача заключается именно в этом. Мы выполняем наши договорённости с Правительством Сирии по поддержанию военного баланса, участвуем в целом ряде военных операций, для того чтобы прежде всего уничтожить террористическое гнездо в Сирии и не дать распространиться террористическим силам из Сирии на территорию других стран. Связано это в том числе с тем, что на территории Сирии, в рядах «Исламского государства» и целого ряда других террористических группировок, которые примыкают, по сути, к «Исламскому государству», есть и выходцы из Российской Федерации и некоторых других стран постсоветского пространства, которые могут вернуться к нам и продолжить свою террористическую активность. Поэтому Президентом было принято решение помочь сирийскому Правительству навести порядок. Мы будем, естественно, придерживаться наших с ними договорённостей, но руководствоваться национальными интересами Российской Федерации.

http://government.ru/news/25191/

 

 

Из ответов на вопросы Президента России В.В. Путина на итоговой пленарной сессии XIII ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай», Сочи,  27 октября 2016 года

Вопрос: …Вопрос такой: поступила информация, я не знаю, насколько она достоверна, что во время встречи с господином Б.Обамой в Китае в сентябре этого года Вы разговаривали о перемирии в Сирии. Не знаю, насколько это достоверно, но Вам предложили семидневное перемирие. Вы засомневались и сказали, что невозможно за такой короткий период развести радикалов от мирных, и вряд ли можно это сделать. Поэтому Вам на это был ответ, что если мы не сумеем это сделать, тогда у вас свободные руки. Вы можете вспомнить этот разговор? Потому что он очень важный для истории того, что происходит сейчас в Сирии.

 

В.В.Путин: Да мне и не нужно его вспоминать, я его и не забывал. Это очень важный разговор. Там действительно шла речь о том, чтобы прекратить работу российской и сирийской авиации по нанесению ударов по объектам террористов в Алеппо до разделения так называемой здоровой части оппозиции от «Джабхат ан-Нусры» – террористической организации, признанной в таком качестве Организацией Объединённых Наций, входящей в перечень международных террористических организаций.

В этой связи хотел бы заметить, что не секретом является то, что нам наши американские партнёры обещали это сделать. Они признали, во‑первых, что это нужно сделать, они признали, что часть Алеппо занята террористическими организациями – и ИГИЛ, и «Джабхат ан-Нусрой». Собственно говоря, это видно на кадрах телевизионной хроники, когда мы видим знамя ИГИЛ, знамя «Джабхат ан-Нусры» в определённых районах Алеппо. Они признали, что это надо сделать, и заверили нас, что сделают это.

А после этого мы договорились о том, что вместе определим прямо на поле боя, где здоровая часть оппозиции, и мы их не будем трогать вообще, а где террористы, и мы будем вместе с американскими нашими партнёрами работать по этим террористам. Они обещали нам многократно и на уровне Минобороны, и на уровне министров иностранных дел, и на уровне специальных служб. К сожалению, раз за разом всё это срывалось, и они этого не делали.

В очередной раз этот вопрос был поднят во время нашей встречи в Китае. Действительно, мой американский партнёр, Президент Б.Обама, предложил в очередной раз их развести. Но он настаивал на том, чтобы сначала мы объявили день Д, день тишины, прекратили бы боевые действия, удары авиации, а затем в течение семи дней они брали бы на себя обязательство развести оппозицию здоровую и «Джабхат ан-Нусру» друг с другом. Я сейчас не буду говорить о деталях, потому что не считаю себя вправе какие‑то детали воспроизводить вслух. Всё‑таки в ходе таких переговоров остаётся какая‑то часть, которая доверительно доводится друг до друга. Но факт остаётся фактом.

Вместо того чтобы развести террористов, «Джабхат ан-Нусру», и здоровую часть оппозиции, наши американские партнёры сами сорвали это перемирие. Кстати говоря, в конечном итоге я хоть и настаивал на том, что сначала развести нужно, а потом прекратить полёты авиации, но в ходе дискуссии согласился с мнением американского партнёра. Он настаивал, и я с ним согласился, пошёл навстречу, сказал: ладно, бог с ним, мы сначала объявляем перемирие, не будем летать, не будем наносить удары, пожалуйста, вот вам семь дней.

Перемирие было объявлено, по‑моему, 12 сентября. 17‑го американская авиация нанесла удар по сирийским войскам, после чего подразделения ИГИЛ перешли в наступление. Нам сказали, что удар был нанесён по ошибке, а ИГИЛ перешёл в наступление случайно, это случайность. Может быть, и так, но перемирие было сорвано и далеко не по нашей вине.

А что там обещал или что не обещал Президент Соединённых Штатов, это всё‑таки Вы спрашивайте у него. Я думаю, что в ходе, допустим, своей поездки по европейским странам он сам об этом расскажет нашим европейским уже партнёрам. И думаю, что нужно сделать это откровенно и честно, а не просто использовать их для того, чтобы повлиять на нашу позицию по Сирии.

Да, кстати говоря, вы знаете, сегодня уже девятый день, когда российская и сирийская авиация в районе Алеппо просто не работает. Вот вам ещё не семь дней, вот вам ещё девять, уже десять дней сейчас будет. Где разведение террористов и здоровой части оппозиции? Понимаете, если мы не будем выполнять взятых на себя обязательств, мы никогда не добьёмся успеха в решении задач борьбы с террором.

Я понимаю, это непростая задача, и мы здесь не склонны никого ни в чём обвинять, но уж если о чём‑то договорились, надо исполнять. Во всяком случае, на нас не перекладывать вину и не обвинять во всех смертных грехах. Это просто неприлично. Мы пока ведём себя сдержанно и также по‑хамски нашим партнёрам не отвечаем, но всё имеет свои границы, можем и ответить.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

 

 

Из заявления Президента России В.В.Путина для прессы по итогам визита в Берлин, Берлин, 20 октября 2016 года

Вторая /часть встречи/, которая проходила уже с нашими европейскими – с немецкими и французскими – коллегами, она заключалась в обсуждении ситуации вокруг Сирии и вокруг сирийского урегулирования в целом.

Я проинформировал наших европейских партнёров о нашем видении того, что там происходит и что нужно было бы сделать в ближайшее время для борьбы с терроризмом, для искоренения терроризма на сирийской земле, для того, чтобы этот очаг и в будущем не возродился, и, разумеется, что нужно сделать для того, чтобы наши усилия привели к окончательному урегулированию. И прежде всего, конечно, мы здесь говорили о политической составляющей этого процесса.

Я ещё раз напомнил нашим коллегам о том, что в этом ключе Россия предлагает активизировать работу по разработке и принятию новой конституции, на основе которой можно было бы провести предварительные выборы и добиться согласования позиций предварительно между всеми конфликтующими сторонами. Разумеется, с привлечением всех стран региона, которые вовлечены в этот процесс.

Мы проинформировали также о нашем намерении, о намерении российской стороны продлить – насколько это будет возможно, исходя из реально складывающейся ситуации на территории, – продлить паузу в нанесении авиационных ударов. И действительно, мы готовы это делать до тех пор, пока не столкнёмся с активизацией бандформирований, засевших в Алеппо.

Но и рассчитываем на то, что наши партнёры, прежде всего американские партнёры, сделают всё, что они обещали до сих пор, по разведению террористов «Джабхат ан-Нусры» и иже с ними таких же террористических организаций от так называемой здоровой части оппозиции, чтобы нам было понятно, как мы можем вместе дальше продолжать совместную работу.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru
 

 

Из ответов Президента России В.В.Путина на вопросы французских журналистов телеканала TF1, Ковров, 11 октября 2016 года

Вопрос: Многие западные представители, включая Дж.Керри, Ж.-М.Эро и даже Ф.Олланда, использовали жёсткую риторику в адрес России по поводу бомбардировок Алеппо, под которые попадают в том числе и гражданские объекты, такие как больницы. Некоторые даже упомянули это в таких выражениях, как «военные преступления». Что бы Вы ответили на это?

В.В.Путин: Я бы сказал, что это политическая риторика, которая большого смысла не имеет и не учитывает реалии, происходящие в этой стране, и скажу сейчас почему. Я глубоко убеждён, что в ситуации, которая сложилась в регионе в целом и в Сирии в частности, ответственность несут прежде всего наши западные партнёры, и в первую очередь, конечно, США и их союзники, в том числе, конечно, и ведущие европейские страны.

Давайте вспомним, как взахлёб все поддерживали «арабскую весну». Ну и что, где этот оптимизм? Чем это всё закончилось? Давайте вспомним, что из себя представляли Ливия или Ирак до того момента, как эти государства или государственные структуры не были уничтожены силами разных наших западных партнёров.

Это были, конечно, не примеры демократии в сегодняшнем понимании. Наверное, можно и нужно было влиять на изменение структуры общества, структуры государства, структуры власти, самой природы власти. Но, во всяком случае, там точно совершенно не было признаков терроризма. С этих территорий не исходила угроза ни для Парижа, ни для Лазурного берега Франции, ни для Бельгии, ни для России, ни для Соединённых Штатов.

Теперь это источник террористической угрозы. Наша цель заключается в том, чтобы того же самого не допустить на территории Сирии.

Я знаю Ваш вопрос по поводу беженцев. Видимо, об этом Вы хотели спросить? Если нет, то я всё равно на него отвечу. Давайте вспомним, что проблема беженцев возникла задолго до того, как Россия начала предпринимать свои усилия по нормализации и стабилизации ситуации в Сирии. Массовый исход людей с этой огромной территории Ближнего Востока и даже из Африки, из Афганистана, он начался задолго до наших активных действий в Сирии.

Любые обвинения России в том, что она якобы виновата в проблеме беженцев, абсолютно безосновательны. Наша цель как раз заключается в том, чтобы создать условия для возвращения людей к своим родным очагам.

Теперь по поводу гуманитарной составляющей вокруг Алеппо. Мы что, забыли, как американская авиация нанесла удар в Афганистане по больнице, где были убиты в том числе [сотрудники организации] «Врачи без границ»? Целыми свадьбами, по 100 человек уничтожали людей в Афганистане. А сейчас в Йемене что произошло: одним ударом на траурной церемонии 170 человек убиты, 500 ранены.

В любом месте, где идут боевые действия, к сожалению, погибают и страдают ни в чём не повинные люди. Но мы не можем позволить террористам прикрываться людьми как живым щитом и не можем позволить им шантажировать весь мир, когда они кого‑то захватывают в заложники, убивают, обезглавливают.

Если мы хотим довести дело борьбы с терроризмом до конца, надо с ними бороться, а не идти у них на поводу, не сгибаться и не пятиться назад.

Вопрос: Господин Президент, дело в том, что французы не понимают, почему вы подвергаете бомбардировкам тех, кого вы называете террористами. Ведь на нас напал ИГИЛ, а игиловцев нет в Алеппо. Именно этого не понимают французы.

В.В.Путин: Я вам поясню. В Алеппо ситуацию контролирует другая террористическая организация – «Джабхат-ан-Нусра», она всегда считалась крылом «Аль-Каиды» и включена в список террористических организаций ООН.

Что нас просто повергает в уныние и удивляет, это то, что наши партнёры, в том числе и американские, так или иначе всё время стараются вывести её за рамки этих террористических организаций. И я вам скажу почему. Мне кажется, что наши партнёры постоянно наступают на одни и те же грабли. Они хотят использовать боевой потенциал этих террористических организаций и радикалов для достижения политических целей, в данном случае для борьбы с президентом Асадом и его правительством, не понимая, что им потом не удастся поставить [боевиков], что называется, в стойло и заставить жить потом по цивилизованным правилам, если они кого‑то победят.

Мы неоднократно договаривались с американцами, что они отделят «Джабхат-ан-Нусру» и такие же, как «Джабхат-ан-Нусра», организации от так называемой здоровой части оппозиции, в том числе в Алеппо. И они с нами соглашаются, что это надо сделать. Больше того, мы даже договариваемся об определённых сроках, но ничего не выполняется, из месяца в месяц.

Мы совсем недавно договаривались о том, чтобы объявить о прекращении огня – день «Д», как говорили наши американские друзья. Я настаивал на том, чтобы сначала они решили задачу разделения «Джабхат-ан-Нусры» и других террористов от здоровой части оппозиции, а потом объявить прекращение огня.

Но американцы настаивали на том, что сначала надо объявить прекращение огня, а потом они выполнят задачу разделения террористов от нетеррористов. В конце концов мы пошли им навстречу, согласились с этим, и 12 сентября был объявлен день тишины, прекращение боевых действий. А 16 сентября американская авиация нанесла удар по сирийской армии, погибли 80 человек.

В этот же самый момент, сразу после авиационного удара, ИГИЛ – здесь уже ИГИЛ – перешла в наступление на этом участке. Наши американские коллеги нам сказали, что это был ошибочный удар. Правда, в результате этой ошибки погибло 80 человек. Это первое. А второе: наверное, тоже случайно ИГИЛ перешла в атаку сразу после этих ударов.

В то же время на низшем уровне, на оперативном, один из американских военных прямо рассказал о том, что они несколько дней готовили этот удар. Как они могли ошибиться, если они это готовили несколько дней?

Таким образом, наши договорённости о прекращении огня были сорваны. Кто их сорвал? Мы, что ли? Нет.           ...

...мы все, возвращаясь к Алеппо, говорим о необходимости проведения гуманитарных конвоев. Все нас убеждают в том, что это нужно сделать. А нас не нужно убеждать, мы сами так считаем, считаем, что нужно организовать гуманитарный конвой. Но как это сделать? Там есть только одна дорога, по которой должны проходить конвои, с одной стороны там стоят боевики, с другой – части сирийской армии. Мы знаем уже о провокации, об ударе по одной из этих колонн, и нам точно известно, что это сделала одна из террористических группировок.

Мы говорим: давайте отведём боевиков с одной стороны и сирийскую армию – с другой, освободим дорогу, дадим безопасный проход по этой дороге для гуманитарных конвоев.

С нами все соглашаются, больше того, даже записывают это в определённые документы, потом ничего не происходит, никто ничего не делает со стороны наших партнёров. Либо не хотят отводить боевиков, либо не могут это сделать – не знаю.

Но поступает экзотическое предложение. Я сейчас удивлю и вас, и ваших зрителей. Нам предложили, чтобы наши вооружённые силы, военнослужащие российской армии, встали на этой дороге и обеспечили безопасность. Наши военные, люди мужественные и решительные, пришли ко мне и сказали: да, хорошо, мы готовы.

Я сказал: нет, мы сделаем это, но только вместе с американцами, предложите им это. Мы предложили, они [американцы] тут же отказались, вставать не хотят, отводить боевые подразделения этих группировок оппозиционных, террористических не хотят. Что с этим делать?

Нам нужно просто повысить уровень доверия друг к другу и понять, что эти угрозы являются общими, только работая вместе, можно их купировать и устранить.

С французскими спецслужбами у нас очень хорошие отношения. Действительно, работают вроде бы на одной волне друг с другом – и наши специалисты по борьбе с терроризмом, и французские, и некоторых других европейских стран. Но так бывает не всегда.

Вот мы, допустим, посылаем нашим американским партнёрам какую‑то информацию, и часто вообще никакой реакции нет. Некоторое время назад отправляли информацию о братьях Царнаевых. Первую бумагу послали – ноль, вторую бумагу послали – пришел ответ: это не ваше дело, они уже граждане США, мы сами разберёмся.

Результат – теракт в США. Разве это не пример того, что, пренебрегая сотрудничеством в этой чрезвычайно чувствительной сфере, мы несём потери?

Нужно заниматься не политической риторикой, а искать выход из ситуации, сложившейся в том числе в Сирии. Какой выход? Он может быть только один: нужно убедить все вовлечённые в этот конфликт стороны идти по пути политического урегулирования.

Вот мы договорились с Президентом Асадом, он согласился пойти по пути принятия новой конституции и провести на основе этой конституции выборы. Но никак не удаётся никого больше в этом убедить.

Если народ не проголосует за Президента Асада, значит, демократическим способом произойдёт смена власти, но не с помощью вооружённого вмешательства извне, а под строгим международным контролем, контролем ООН. Я не понимаю, кого это может не устраивать, это демократический способ решения вопроса о власти. Но мы не теряем оптимизма и надеемся, что всё‑таки нам удастся убедить всех наших коллег и партнёров в том, что это единственный путь решения проблемы.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru 

 

 

 

Из ответов Президента России В.В.Путина на вопросы журналистов по завершении рабочего визита в Киргизскую Республику, Бишкек, 17 сентября 2016 года

Вопрос: Владимир Владимирович, Вы ещё не высказывались относительно хода выполнения договорённостей по Сирии между Россией и США. Президент Б.Обама неоднократно говорил и, в частности, вчера заявил о том, что Россия их не выполняет и из-за этого сотрудничать США с Россией не будут, но при этом они категорически против обнародования этих договорённостей. Хотелось бы услышать Ваш комментарий, Ваше мнение на этот счёт.

В.В.Путин: Наши американские партнёры всегда и везде выступают за открытость и транспарентность. Для меня нет ничего удивительного, что в данном случае они подходят к этому своему постулату. Теперь скажу почему: это связано с трудностями, с которыми сталкиваются Соединённые Штаты на сирийском треке. Трудности заключаются в том, что они никак не могут отделить так называемую «здоровую часть» оппозиции от полукриминальных и террористических элементов.

На мой взгляд, это продиктовано желанием сохранить боевой потенциал в борьбе с законным правительством Президента Б.Асада. Но это очень опасный путь, мы много об этом говорили. Похоже, что наши американские партнёры опять наступают на те же самые грабли, на которые они наступали неоднократно. Это опасное направление развития событий.

Что касается России, то она полностью выполняет свои обязательства. Более того, мы достигли договорённостей и с Президентом Б.Асадом, и с Правительством Сирии. Как видим, и сирийские войска полностью эти договорённости исполняют. А обнародовать, видимо, не хотят только потому, что для мировой общественности, американской и российской будет понятно, кто и что на самом деле не исполняет.

Мы договорились о том, что должны быть разведены «Джабхат ан-Нусра» и иже с ней, и показано, где они находятся, и показано, где находятся так называемые «здоровые силы». Но что мы сейчас видим? Мы сейчас видим не разделение террористов от «здоровой части» оппозиции, а мы видим попытки перегруппироваться у этих террористов, заменить одни вывески другими, одни названия поменять на другие названия и сохранить прямой потенциал. Вот что мы видим.

Это печально, но всё-таки я исхожу из того, что у нас есть общее стремление к достижению мира в Сирии и общая задача борьбы с террором, с международным терроризмом. Это действительно общая задача. И нет сомнений, что все это в мире понимают, в том числе и наши американские партнёры, которые стоят перед достаточно сложной задачей, не скрою, разделения оппозиции от террористов.

Мне бы хотелось, чтобы мы были честны друг с другом, и только в этом случае мы сможем двигаться в направлении достижения общих целей. И я не очень понимаю, почему мы должны какие-то договорённости закрывать. Но мы, естественно, детали раскрывать не будем до тех пор, пока с этим не согласны наши американские партнёры, именно в силу определённых договорённостей, которые обычно достигаются на дипломатическом уровне при работе над такими вопросами, как сирийское урегулирование.

Повторяю, мы всё-таки настроены скорее позитивно, чем негативно, и рассчитываем, что обещания, которые были даны американской администрацией, будут исполнены. 

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru
 

 

Из ответов Президента России В.В.Путина на вопросы российских журналистов по завершении рабочего визита в КНР для участия в саммите «Группы двадцати», Ханчжоу, 5 сентября 2016 года

Вопрос: Удалось ли Вам продвинуться вперёд по ситуации в Сирии на переговорах с Президентом США? Ту же тему Вы обсуждали, насколько я понимаю, на переговорах с Президентом Турции. Ясны ли для Вас цели Турции в Сирии? Не получится ли так, что турецкие войска зайдут на территорию Сирии и там останутся?

В.В.Путин: Мы не можем быть уверены ни в чьих целях стопроцентно и окончательно. Но диалог у нас идёт по этим вопросам, по вопросам Сирии, и с турецкими партнёрами, и с американскими. Мы ничего не поддерживаем и поддержать не можем из того, что противоречит международному праву. Это первое.

Второе. Несмотря ни на что, у нас есть определённое сближение позиций и понимание, что мы могли бы сделать для разрядки ситуации в Сирии и поиска взаимоприемлемых решений. Не считаю себя вправе сейчас говорить об этом окончательно, потому что Госдеп и наше Министерство иностранных дел дорабатывают некоторые наши предварительные договорённости, но мне кажется, что мы на правильном пути и могли бы, во всяком случае на какой-то период времени, договориться о том, чтобы взаимно предпринять, хочу это подчеркнуть, энергичные попытки ситуацию в Сирии оздоровить. Разумеется, мы должны будем проконсультироваться и с сирийским Правительством, должны будем проинформировать других наших партнёров, в том числе Иран.

Вопрос: Можно я продолжу немножко? Был ли для России неожиданным недавний ввод турецких войск в Сирию? И у Вас уже вторая за месяц встреча с Президентом Р.Т.Эрдоганом. Как Вы в целом оцениваете ход реализации той самой реанимации восстановления двусторонних отношений?

В.В.Путин: Что касается неожиданностей, то у нас для этого и существует Министерство иностранных дел и специальные службы, чтобы у нас было поменьше неожиданностей. В принципе мы понимали, что происходит, куда дело идёт. Видно же: и передвижения видны, и стремления, и проблемы видны, которые возникают у той же Турции в связи с событиями в Сирии. А у неё возникают такие проблемы. Думаю, что не нужно быть большим аналитиком, чтобы понять, какие. Мы это всё прекрасно видим, и по большому счёту никаких неожиданностей здесь для нас нет. Хотя, повторю ещё раз, мы не приветствуем никаких действий, которые противоречат нормам и принципам международного права.

Что же касается восстановления наших двусторонних отношений, то работа идёт, работа идёт по плану. Не так быстро, как бы хотелось нашим турецким партнёрам. Но и мы хотели бы, может быть, побыстрее всё это делать. Знаете, когда мы что-то ломаем, это всегда быстро, а восстанавливать всегда сложнее. Это требует определённых процедур, связанных с решениями Правительства, связанных, допустим, с работой наших фитосанитарных учреждений и так далее. Но работа двигается.

Самое главное, что у нас создана база для восстановления полноформатного сотрудничества. Этой базой является и то обращение, которое было сделано турецким руководством к нам с извинениями по поводу трагических событий, произошедших с нашим самолётом и с гибелью нашего лётчика. Это связано с тем, что в Турции, как вы знаете, арестован пилот, который нанёс удар по нашему самолёту. Арестован и человек, который, находясь на территории Сирии, стрелял по нашим лётчикам, которые катапультировались.

Сейчас мы слышим, что этот инцидент произошёл вообще без всяких санкций турецкого руководства с целью осложнить наши отношения с Турцией. И сделали это те люди, которые позднее пытались совершить государственный переворот. Мы этого не знаем, мы ждём расследований, которые проводятся турецкими властями. Во всяком случае, мы видим желание, стремление турецкого руководства восстановить российско-турецкие связи.

А что касается народа Турции, думаю, что любой обыватель видит, что народ Турции приветствует это восстановление, и очень много людей – тысячи, сотни, а может быть, миллионы людей – и в нашей стране, и в Турции искренне хотят восстановления российско-турецких связей.    ...

Вопрос: (Без микрофона).

В.В.Путин: Про Сирию? Я, в принципе, уже говорил. Мне представляется преждевременным сейчас говорить о каких‑то параметрах наших договорённостей. Но я очень рассчитываю, что если договорённости будут достигнуты, – а у меня есть основания полагать, что это может произойти в ближайшие дни, – то мы можем говорить о том, что наша совместная работа с Соединёнными Штатами в борьбе с террористическими организациями, в том числе и на сирийском направлении, будет значительно улучшена и интенсифицирована.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из выступления Президента России В.В.Путина на неформальной встрече глав государств и правительств стран–участниц БРИКС, Ханчжоу, 4 сентября 2016 года

Спровоцированные извне гражданские войны, дезинтеграция госструктур в Ираке, Ливии (о чём с озабоченностью сейчас говорил Президент Дж.Зума), Йемене превратили этот регион в пространство хаоса и плацдарм для международного терроризма, который всех нас беспокоит, спровоцировали неконтролируемую волну миграции.

Экспансия ИГИЛ и объединившихся под его знамёнами экстремистов буквально всех мастей стало реальным вызовом безопасности, в том числе для наших стран, и для России, для её южных границ.

Наиболее опасная ситуация сложилась в Сирии, о которой здесь уже говорилось. Поэтому мы откликнулись на просьбу законного – хочу это подчеркнуть – законного правительства этой страны о помощи в борьбе с террористическими группировками.

Действия российских Воздушно-космических сил позволили нанести очень серьёзный удар по террористам, по их инфраструктуре, сохранить сирийскую государственность, что на самом деле, на мой взгляд, является абсолютно ключевым элементом.

Вместе с другими партнёрами нам удалось в ряде районов Сирии установить режим прекращения огня, начать межсирийские мирные переговоры, потому что окончательно конфликты подобного рода могут быть решены исключительно политическими средствами. Убеждены: реально противостоять угрозам терроризма можно, только объединив усилия всех заинтересованных государств.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru
 

 

Из интервью Президента России В.В.Путина международному информационному холдингу Bloomberg, Владивосток, 1 сентября 2016 года

...Когда мы слышим, что Асад должен уйти (почему-то со стороны кто-то так считает), то у меня большой вопрос: а к чему это приведёт? Вообще, соответствует ли это нормам международного права? Не лучше ли набраться терпения и способствовать изменению структуры самого общества – и, набравшись этого терпения и способствуя изменению структуры общества, подождать, пока произойдут естественные изменения внутри.

Да, это не произойдёт с сегодня на завтра, но, может быть, в этом и заключается политическая мудрость – в том, чтобы не суетиться, не забегать вперёд, а постепенно вести дело к структурным изменениям, в данном случае в политической системе общества.

Вопрос: По Сирии. Мы приблизились к соглашению между Россией и США по плану того, что будет с Сирией в итоге. Мне кажется, что там были переговоры, и недавно мы всё‑таки небольшой шажок в этом направлении сделали, небольшой прогресс достигнут всё-таки.

В.В.Путин: Вы знаете, переговоры идут очень тяжело. Одна из кардинальных сложностей заключается в том, что мы настаиваем, и против этого не возражают наши американские партнёры, что так называемая здоровая часть оппозиции должна быть отделена от радикальных группировок и террористических организаций, таких как «Джабхат ан-Нусра». А у нас складывается впечатление, что «Джабхат ан-Нусра» и иже с ней мимикрируют, другими названиями себя уже обозначают, но по сути ничего не меняется. Они начинают поглощать так называемую здоровую часть оппозиции, и в этом нет ничего хорошего. Кроме всего прочего, это уже не элемент внутренней борьбы – это пришлые боевики, получающие вооружение и амуницию из-за границы. И, по сути, наши американские партнёры с этим согласны, но они не знают, как это сделать.

Тем не менее, несмотря на все эти сложности, мы всё-таки находимся на правильном пути. Должен отметить, что госсекретарь Дж.Керри проделал, конечно, колоссальную работу. Я удивляюсь его терпению и настойчивости одновременно. Но всё-таки, на мой взгляд, мы постепенно двигаемся в правильном направлении, и не исключаю того, что в ближайшее время можем уже о чём-то договориться и предъявить мировой общественности наши договорённости. Пока об этом рано говорить, но мне кажется, что мы действуем, как я уже сказал, двигаемся в нужном направлении.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из выступления Президента Российской Федерации В.В.Путина на восьмом совещании послов и постоянных представителей Российской Федерации, Москва, МИД, 30 июня 2016 года

В эпицентре борьбы с терроризмом оказалась Сирия. Не будет преувеличением сказать, что от судьбы этой страны во многом зависит не только будущее ближневосточного региона. На сирийской земле решается исход борьбы с этим самым ИГИЛ, под знамёнами которого собрались террористы и экстремисты всех мастей, объединённые стремлением к экспансии на весь исламский мир.

Закрепиться в Ливии, Йемене, Афганистане, странах Средней Азии, у наших границ, собственно, мы знаем, это их задача. Именно поэтому осенью прошлого года мы откликнулись на просьбу законного руководства Сирии о помощи в борьбе с террористической агрессией. Хочу вновь поблагодарить наших военнослужащих, которые сделали всё, чтобы отбросить террористов, не допустить нелегитимного внешнего силового вмешательства в дела Сирии, сохранить саму сирийскую государственность. Позитивную роль здесь сыграла и российская дипломатия.

Вместе с тем на этот раз вместе с Соединёнными Штатами, другими партнёрами нам удалось в целом в ряде районов Сирии установить режим прекращения огня, запустить процесс межсирийских переговоров. Это только лишний раз подтверждает высказанный мною вначале тезис о том, что решать сегодняшние острые проблемы можно только вместе.

Мы запустили процесс межсирийских переговоров. Понятно, что до окончательного урегулирования ещё очень и очень далеко. Но опыт, накопленный за последние месяцы в Сирии, наглядно показал, что только объединяя усилия, как я только что сказал, в русле создания широкого антитеррористического фронта, к чему так настойчиво призывала и призывает Россия, можно успешно противостоять сегодняшним угрозам, терроризму, другим вызовам, с которыми сталкивается человечество.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из ответов на вопросы Президента России В.В.Путина  на пленарном заседании Петербургского международного экономического форума, Санкт-Петербург, 17 июня 2016 года.

Ф.Закария: Есть большое количество вопросов, которые хотелось бы осветить. Давайте поговорим про Ближний Восток, где Россия поддержала режим Асада, и Асад теперь говорит о том, что он хочет вернуть каждый квадратный сантиметр своей территории. Считаете ли Вы, что решение сирийской проблемы лежит в той плоскости, когда Асад вернёт всю территорию своей страны и будет управлять каждым дюймом своей территории?

В.В.Путин: Я считаю, что проблемы Сирии – это, конечно, сегодня прежде всего борьба с терроризмом, но не только. В основе сирийского конфликта, безусловно, лежат и противоречия внутри самого сирийского общества, и Президент Асад это прекрасно понимает. Вопрос не в том, чтобы расширить контроль над теми или другими территориями, хотя это очень важно. Вопрос в том, чтобы обеспечить доверие всего общества, различных частей этого общества друг другу и на этой базе сформировать современное, эффективное руководство, которому будет доверять всё население страны. И здесь тоже нет другого пути, кроме как политических переговоров. Мы неоднократно к этому призывали, Президент Асад тоже об этом говорил, он согласен с этим процессом.

Что нужно сделать сегодня? Нужно сейчас активнее включаться в процесс формирования новой конституции и на этой базе проводить выборы будущие: и будущие президентские, и парламентские выборы. Когда президент Асад был в Москве, мы с ним об этом говорили, он с этим полностью согласился. Более того, что чрезвычайно важно, под строгим международным контролем, с участием Организации Объединённых Наций. Мы вчера с господином де Мистурой и с Генеральным Секретарём Организации Объединённых Наций тоже подробно очень эту тему обсуждали. Все с этим согласны, но нужно делать, и мы очень рассчитываем, что наши партнёры, прежде всего американские партнёры, соответствующим образом поработают со своими союзниками, которые поддерживают оппозицию, с тем чтобы побудить эту оппозицию к конструктивной и совместной работе с сирийскими властями.

Послушайте, мы говорим о чём? И вообще, когда я спрашиваю наших коллег: «Вы зачем там всё это делаете?» Они говорят: «С целью утверждения принципов демократии. Режим Президента Асада – не демократический, а нужно, чтобы там восторжествовала демократия». Прекрасно. «Там что, везде демократия?» – «Нет, там пока не везде, но в Сирии должна быть демократия». – «Хорошо. А как можно добиться демократического устройства общества? Разве можно добиться исключительно силой оружия и вообще силой?» – «Нет, это можно сделать только с помощью демократических институтов и процедур». А что это такое? Нет более демократического способа формирования власти, как выборы на основе основного закона, который называется конституцией, сформулированного понятным образом, прозрачного и принятого подавляющим большинством общества. Примите конституцию и на основе этой конституции проведите выборы. Что здесь плохого, да ещё и под международным контролем?

Мы слышим иногда, что некоторые страны региона не очень понимают, что такое демократия. Мы что хотим, один режим недемократический заменить на другой недемократический? А если мы хотим всё‑таки продвинуть принцип демократии, давайте с помощью демократических инструментов это будем делать. Но сегодня, если говорить о том, что это сложный процесс и результаты его не будут достигнуты завтра или послезавтра, это потребует времени, а сегодня надо что‑то делать, я согласен с предложениями наших партнёров, прежде всего американских партнёров, которые говорят о том, что (не знаю, может быть, сейчас лишнего скажу, с другой стороны, это известно уже: и в регионе известно, и переговорщикам известно с обеих сторон, и со стороны правительства, и со стороны оппозиции это американское предложение, считаю, что оно приемлемое, абсолютно приемлемое) надо подумать о возможности инкорпорирования представителей оппозиции в действующие структуры власти. Например, в правительство. Нужно подумать о том, какие полномочия будут у этого правительства.

Но здесь тоже нельзя перегибать палку. Здесь нужно исходить из реалий сегодняшнего дня и не нужно стремиться к заявлению неисполнимых, недостижимых целей. Если многие наши партнёры говорят, что Асад должен уйти, а сегодня говорят, что нет, давайте мы проведём такую реструктуризацию власти, что на деле будет означать тоже его уход. Но, наверное, это тоже нереалистично. Поэтому нужно действовать аккуратно, «степ бай степ», постепенно добиваясь доверия всех конфликтующих сторон.

Если это произойдёт, а я думаю, когда‑то это всё равно произойдёт, чем раньше, тем лучше, то тогда можно идти дальше, можно говорить о последующих выборах и о полном урегулировании. Главное – не допустить развала страны. А если так будет продолжаться, как сегодня, развал неизбежен. И это самый плохой вариант развития событий, потому что это совсем не значит, что после развала страны какие‑то квазигосударственные образования будут жить друг с другом в мире и согласии. Нет. Это будет дестабилизирующим фактором и для региона, и для всего мира.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из специальной телерадиопрограммы «Прямая линия с Владимиром Путиным», Москва, 14 апреля 2016 года

Вопрос: Всё-таки давайте проговорим про сирийскую кампанию, про Сирию, тем более что успехи России тут действительно признали все в мире.

Операция наших ВКС серьёзно подорвала потенциал ИГИЛ, но большая часть наших ВКС ушла из Сирии, часть осталась, но большая часть ушла. Хочу спросить, не отрастёт ли у этой игиловской гидры новая голова?

В.В.Путин: Такая опасность всегда существует, если не уделять должного внимания борьбе с терроризмом. Мы видим, что от этой опасности, от этой заразы страдают многие страны мира: и Ближний Восток, и Азия, и Соединённые Штаты, и европейские страны. Про Россию не говорю, мы знаем, что это такое, несли большие потери в борьбе с терроризмом, и угроза эта сохраняется.

Но дело ведь не в том, что мы ушли и всё бросили. Обращаю ваше внимание на что? На то, что мы значительную часть нашей группировки вывели, но после вывода основной части нашей группировки мы оставили сирийскую армию в таком состоянии, что она при поддержке оставшейся части группировки в состоянии проводить серьёзные наступательные операции и уже после вывода части наших войск заняла Пальмиру, заняла ряд других важных в стратегическом отношении населённых пунктов.

Количество населённых пунктов, присоединившихся к перемирию, увеличилось за это время. И мы очень рассчитываем, что неприменение вооружённой силы с обеих сторон при поддержке кого бы то ни было, в том числе при нашей поддержке, приведёт к умиротворению. А политический процесс – нужно договориться, всем сесть за стол переговоров, принять Конституцию, на основе этой Конституции провести досрочные выборы и, таким образом, выйти из кризиса.

Вопрос: Как считаете, далеко до освобождения Алеппо, а потом и Ракки, где «сердце» ИГИЛ?

В.В.Путин: Проблема в том, что вокруг Алеппо очень сложная ситуация. Это стратегически важный регион Сирии. Почему? Потому что это второй по величине город и, может быть, даже промышленная столица страны. Там и так называемая вооружённая оппозиция присутствует, рядом с ней «Джабхат ан-Нусра», это международно признанная террористическая организация. Разделить их очень сложно. Ведут они себя по‑разному и в настоящее время предпринимают попытки улучшить своё положение.

Сирийской армии не нужно улучшать этого положения, потому что она перед объявлением о перемирии сделала то, что хотела, мы им помогли, им не нужно ничего улучшать. А вот оппозиция пытается вернуть то, что она утратила. Кстати говоря, воюет там в основном не сирийская армия, а курдские формирования и некоторые другие вооружённые группировки – и между собой, и против курдов. Но мы внимательно за этим смотрим и, конечно, сделаем всё, чтобы ситуация не ухудшилась.

...

Вопрос: Как бы Вы прокомментировали признание Б.Обамы о том, что его главной ошибкой была Ливия?

В.В.Путин: Во-первых, это лишний раз подтверждает, что действующий Президент Соединённых Штатов – порядочный человек. Говорю это без всякой иронии, потому что сказать такие вещи – дело непростое. Барак, будучи ещё сенатором, критиковал действия тогдашней администрации в Ираке. Но, к сожалению, будучи сам уже Президентом, допустил те ошибки, о которых он сам сказал, в Ливии. И это правильно, это очень хорошо, что мой коллега имеет мужество делать такие заявления, не все могут это сделать. Его могут по-разному там подкусывать с разных сторон, но это может сделать только сильный человек на самом деле. Это хорошо.

А вот плохо то, что вот эта череда ошибок продолжается, ведь ту же самую ошибку чуть не сделали в Сирии, ещё неизвестно, чем закончится. Но хочу обратить ваше внимание, что нам всё-таки удалось в последнее время выстроить эту работу в достаточно позитивном ключе: у нас и по военной линии, и по линии спецслужб, и по линии Министерства иностранных дел идёт достаточно интенсивная совместная работа по поиску решения для сирийского урегулирования. Надеюсь, что эта совместная работа, так же как это было в недавнем прошлом по другим направлениям, приведёт нас к совместному позитивному результату.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из ответов Президента России В.В.Путина на вопросы на Медиафоруме региональных и местных СМИ «Правда и справедливость», Санкт-Петербург, 7 апреля 2016 года

Вопрос: ... В Сирии, благодаря эффективным действиям российских ВКС, удалось переломить ситуацию; благодаря активной помощи России освобождены сотни населённых пунктов и, самое главное, знаковый город, жемчужина культуры, мировой культуры, – Пальмира.

Сирийский народ благодарит Вас лично, Россию за эту помощь. Но в иностранных средствах массовой информации эти события практически не отражены. По Вашему мнению, почему, как Вы любите говорить, «наши западные партнёры» не признают очевидный успех России в борьбе с международным терроризмом?

В.В.Путин: По поводу первого вопроса, связанного с нашими действиями в Сирийской Арабской Республике. Сказать, что там наступил какой‑то коренной перелом, всё‑таки об этом говорить рано, но то, что мы выполнили свою задачу, – это очевидно. А в чём заключалась наша задача? Наша задача заключалась, прежде всего, в том, чтобы укрепить государственность Сирии и легитимные органы власти.

Кстати говоря, если вы следили за этим, ещё на 70-летии ООН в Нью-Йорке, на Генеральной ассамблее, выступая с трибуны, я как раз именно об этом и сказал. Я сказал, что, если мы хотим прекратить поток беженцев, скажем, в Европу, если мы хотим, чтобы люди могли и хотели жить на своей родине, никуда не бежали, нужно восстановить государственность там, где она утрачена, – прежде всего, я имел в виду, скажем, такую страну, как Ливия, – и поддержать, укрепить государственность там, где она ещё сохранилась, и в данном случае я, конечно, имел в виду Сирию.

В этом смысле наши Вооружённые Силы, а это не только ВКС, я сейчас скажу об этом ещё раз, безусловно, с этой задачей справились: и государственность укрепилась, сами структуры власти, и вооружённые силы Сирийской Республики. Обратите внимание, после вывода значительной части нашей группировки сирийская армия продолжает активные наступательные операции и при нашей поддержке освобождает всё новые и новые населённые пункты. Кстати говоря, никто и не спорит, что в этой части борьба идёт исключительно против террористических организаций, таких как ИГИЛ. Это признано и нами, и американскими партнёрами, и европейцами – всеми без исключения.

Почему замалчивается? Понятно почему. Сначала говорили о необходимости изолировать Россию после известных событий, скажем, в Крыму, потом стало ясно, что это невозможно, а с началом наших операций в Сирии это осознание невозможности таких деструктивных действий в отношении нашей страны стало абсолютно очевидным. Но всё‑таки хочется замолчать, не хочется лишний раз об этом говорить.

С другой стороны, наша активная работа по борьбе с международным терроризмом в какой‑то степени действительно способствовала выстраиванию наших отношений с ведущими державами по этому, очень важному для всех нас, направлению борьбы с международным терроризмом. У нас создан не только центр обмена информацией с Соединёнными Штатами, проводятся постоянные консультации, созданы действующие, хочу это подчеркнуть, механизмы по контролю за перемирием. Эта работа идёт постоянно.

Самое главное сейчас – наладить работу по направлению политического урегулирования, но и здесь консультации проводятся на постоянной основе. Так что, как бы кому ни хотелось принизить роль, значение наших действий по борьбе с террором, замолчать эти события, – это просто невозможно. Невозможно. Желание такое есть, у людей своя работа. У вас работа – что‑то вынести на суд общественности, а там стоит задача – принизить, замолчать, недоинформировать своих зрителей, слушателей и читателей. Это покушение с негодными средствами, как говорят специалисты-юристы. Жизнь будет идти своим чередом, и нас это не очень волнует. Нам важен результат.

 

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из выступления Президента В.В. Путина на встрече с военнослужащими Вооружённых Сил России, участвовавших в выполнении специальных задач в Сирии, Москва, 17 марта 2016 года

Вы помните, как складывалась ситуация в Сирии в сентябре 2015 года. А тогда значительная часть страны была захвачена террористическими группировками, ситуация деградировала и ухудшалась.

В полном соответствии с международным правом, по просьбе легитимного правительства, Президента страны, было принято решение о начале нашей военной операции. Причём мы сразу чётко обозначили её цели. Это поддержка законной борьбы сирийской армии с террористическими группами. Также наши действия были рассчитаны по времени на период активных наступательных операций против террористов. Было прямо заявлено, что мы не собираемся втягиваться во внутрисирийский конфликт. Искать окончательное решение, определять будущее страны, безусловно, должны только сами сирийцы.

Главной задачей нашей операции был удар по терроризму. Борьба с международным терроризмом – справедливая и праведная. Это борьба с врагами цивилизации, с теми, кто несёт варварство и насилие, пытается перечеркнуть смысл и значение тех великих духовных, гуманистических ценностей, на которых и держится мир.

Повторю, основная цель наших действий в Сирии – остановить глобальное страшное зло, не дать терроризму перекинуться на Россию. И наша страна проявила своё бесспорное лидерство, волю и ответственность.

Каких результатов мы достигли. Ваши действия, напряжённая боевая работа в корне переломили ситуацию. Мы не дали разрастись террористической опухоли, разрушены схроны бандитов, их склады с оружием и боеприпасами, блокированы маршруты контрабанды нефти, от которой террористы получали основную финансовую подпитку.

Мы провели огромную работу по укреплению законной власти и государственности Сирии – об этом я ещё говорил, выступая в Организации Объединённых Наций по случаю 70-летия ООН, – укрепили её вооружённые силы, и сегодня они в состоянии не просто сдерживать террористов, а вести против них успешные наступления. Сирийская армия овладела стратегической инициативой и продолжает очищать свою землю от террористических банд.

Главное – мы создали условия для начала мирного процесса. Удалось наладить позитивное, конструктивное взаимодействие с Соединёнными Штатами Америки, рядом других стран. С теми ответственными оппозиционными силами внутри самой Сирии, которые действительно хотят остановить войну и найти единственно возможное – политическое – решение конфликта. И эту дорогу к миру открыли именно вы – солдаты России.

Уважаемые товарищи! После того как было достигнуто соглашение о прекращении огня между оппозицией и правительственными войсками, объём работы нашей авиации значительно сократился. Количество боевых вылетов снизилось в три раза: с 60–80 в сутки до 20–30.

В этой связи созданная ранее группировка с военной точки зрения стала избыточной. Решение о выводе существенной части наших военнослужащих и техники согласовано с Президентом Сирии Башаром Асадом, который был заранее информирован о наших планах и поддержал их.

Добавлю, что в совместном заявлении России и США было подчёркнуто, что против террористических организаций, признанных в качестве таковых ООН, борьба будет продолжена, тогда как против вооружённых формирований сирийской оппозиции, подтвердивших готовность к перемирию, боевые действия правительственных сирийских войск вестись не будут.

Вместе с тем, обращаю внимание, если мы будем фиксировать случаи нарушения перемирия со стороны каких‑либо группировок, они будут автоматически исключаться нами из представленного Соединёнными Штатами списка. Разумеется, со всеми вытекающими отсюда для них последствиями.

В этой связи обозначу задачи, которые будут решать наши военнослужащие, оставшиеся в Сирийской Республике.

Повторю: прежде всего это контроль за соблюдением перемирия, создание условий для политического внутрисирийского диалога.

Наши пункты базирования в Сирии – Тартус и Хмеймим, – личный состав которых продолжит здесь службу, надёжно защищены с суши, моря и воздуха. Все компоненты развёрнутой системы противовоздушной обороны, включая комплексы ближнего действия «Панцирь» и дальнего действия «Триумф С-400», будут нести постоянное боевое дежурство.

Замечу, что мы в значительной мере восстановили и потенциал сирийских ПВО. Все заинтересованные стороны предупреждены и обо всём этом знают. Мы исходим из фундаментальных международных норм: никто не вправе нарушать воздушное пространство суверенной страны, в данном случае Сирии.

У нас создан и эффективно действует механизм предупреждения инцидентов в воздухе с американской стороной, но все партнёры предупреждены и знают: наши системы ПВО будут применяться по любым целям, которые мы сочтём угрозой для российских военнослужащих. Хочу подчеркнуть: по любым целям.

Конечно, и впредь будем оказывать поддержку законному правительству Сирии. Она носит комплексный характер. Это финансовая помощь, поставки техники и вооружений, содействие в обучении, организации и слаживании сирийских вооружённых сил, это разведывательная поддержка, штабная помощь в планировании операций. И наконец, это непосредственная, прямая поддержка. Имею в виду использование космической группировки, ударной и истребительной авиации. Тех российских сил, которые остаются в Сирии, достаточно для решения поставленных задач.

Мы продолжим оказывать содействие сирийской армии и властям в их борьбе с так называемым «Исламским государством» и «Джабхат ан-Нусрой», другими террористическими группировками, признанными, как я говорил, таковыми Советом Безопасности ООН. Наше непримиримое отношение к террористам не поменялось.

Каким будет баланс сил, учитывая сокращение российской группировки? Баланс будет обеспечен.

Более того, с учётом нашей поддержки, укрепления сирийской армии уверен, что уже в ближайшее время мы увидим новые серьёзные успехи патриотических сил в борьбе с терроризмом.

Вы знаете, что сейчас идут напряжённые бои вокруг Пальмиры, на подступах к этому городу. Надеюсь, что эта жемчужина мировой цивилизации, или, по крайней мере, то, что от неё осталось после того, как там хозяйничали бандиты, будет возвращена сирийскому народу и всему миру.

И конечно, если потребуется, то Россия буквально за несколько часов способна нарастить свою группировку в регионе до размеров, адекватных складывающейся обстановке, и использовать весь арсенал имеющихся у нас возможностей.

Не хотелось бы этого делать. Военная эскалация – это не наш выбор. И потому мы всё же рассчитываем на здравый смысл всех сторон, на приверженность и сирийской власти, и оппозиционеров мирному процессу.

В этой связи отмечу позицию и Президента Б.Асада. Мы видим его сдержанность, искреннее стремление к миру, готовность к компромиссам и диалогу. А сам факт вывода значительной части нашей группировки на фоне начавшихся в Женеве переговоров по сирийскому урегулированию – это важный позитивный сигнал, и уверен, все стороны сирийского конфликта оценят его по достоинству.

Будем работать, предпринимать все необходимые усилия, чтобы в координации с партнёрами содействовать установлению мира в Сирии, для того чтобы избавить многострадальный сирийский народ от террористической угрозы, помочь сирийцам восстановить свою страну.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

Из выступления Президента В.В. Путина на заседании коллегии Федеральной службы безопасности, Москва, 26 февраля 2016 года

22 февраля – если несколько слов сказать ещё о сирийской проблематике – было принято совместное заявление России и Соединённых Штатов Америки о прекращении боевых действий в Сирии. Цель этого документа – дать импульс урегулированию сирийского конфликта, причем импульс, направленный на урегулирование политическими средствами, на создание условий для того, чтобы начать этот процесс.

Конечно, мы прекрасно понимаем и отдаём себе отчёт в том, что это будет сложный, а может быть, даже противоречивый процесс примирения, но другого пути, кроме как выхода на мирное урегулирование, не существует. Необходимо создать условия для скорейшего прекращения кровопролития, а впоследствии – для начала полноценного внутрисирийского диалога с участием всех конструктивных политических сил.

Как известно, до полудня сегодняшнего дня по дамасскому времени все воюющие в Сирии стороны должны были подтвердить нам или американским партнёрам свою приверженность прекращению огня. Такая информация к нам уже поступает. Соответственно, с 27 февраля – с полуночи по дамасскому времени – боевые действия против тех вооружённых военных подразделений, которые заявят о своей готовности прекратить огонь, в отношении этих боевых групп боевые действия со стороны вооружённых сил Сирии, России и возглавляемой Соединёнными Штатами Америки коалиции, против них боевые действия вестись не будут.

Однако хочу ещё раз подчеркнуть: группировок ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусра» и других террористических организаций, признанных таковыми Советом Безопасности ООН, это не касается. Решительная борьба с ними будет, безусловно, продолжена. Хочу выразить надежду на то, что и наши американские партнёры исходят именно из этого. Это отражено в нашем совместном заявлении. И никто не будет забывать, что кроме ИГИЛ есть и другие террористические организации, как я уже сказал, признанные таковыми Советом Безопасности Организации Объединённых Наций.

 

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Обращение Президента В.В.Путина в связи с принятием совместного заявления России и США по Сирии, Москва, 22 февраля 2016 года

Глава государства выступил со специальным обращением в связи с принятием совместного заявления Российской Федерации и Соединённых Штатов Америки в качестве сопредседателей Международной группы поддержки Сирии о прекращении боевых действий в Сирии.

В.Путин: Уважаемые друзья, только что состоялся телефонный разговор с Президентом Соединённых Штатов Б.Обамой. Инициатива разговора исходила от российской стороны. Но заинтересованность, бесспорно, была обоюдной.

В ходе беседы мы одобрили совместное заявление России и США в качестве сопредседателей Международной группы поддержки Сирии о прекращении боевых действий в этой стране. Принятию заявления предшествовала интенсивная работа команд российских и американских экспертов. При этом использовался и позитивный опыт, накопленный в ходе взаимодействия по уничтожению химического оружия в Сирии.

Наши переговорщики провели несколько раундов закрытых консультаций. В итоге удалось выйти на важный конкретный результат. Достигнута договорённость о прекращении боевых действий в Сирии с полуночи по дамасскому времени – с 27 февраля 2016 года на условиях, являющихся составной частью российско-американского заявления.

Суть этих условий. До полудня 26 февраля 2016 года все воюющие в Сирии стороны должны подтвердить нам или американским партнёрам свою приверженность прекращению огня. Российские и американские военные совместно на картах определят территории, на которых действуют такие группировки. Против них боевые операции вооружённых сил Сирийской Арабской Республики, российских Вооружённых Сил и возглавляемой США коалиции вестись не будут. Оппозиционеры в свою очередь остановят боевые действия против вооружённых сил Сирийской Арабской Республики и группировок, оказывающих им поддержку.

Что касается ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусры» и других террористических организаций, признанных в качестве таковых Советом Безопасности Организации Объединённых Наций, они из режима прекращения боевых действий полностью исключаются. Удары по ним будут наноситься и далее.

Принципиально важно, что Россия и США как сопредседатели Международной группы поддержки Сирии готовы запустить эффективный механизм реализации и контроля за соблюдением режима прекращения огня как со стороны сирийского Правительства, так и вооружённых оппозиционных группировок.

Для этого будут созданы «горячая линия» связи и – при необходимости – рабочая группа по обмену информацией. Россия проведёт необходимую работу с Дамаском – с легитимным руководством Сирии. Рассчитываем, что Соединённые Штаты то же самое сделают со своими союзниками и группировками, которые ими поддерживаются.

Убеждён, что согласованные с американской стороной совместные действия способны радикальным образом развернуть кризисную ситуацию в Сирии. Появился наконец реальный шанс положить конец многолетнему кровопролитию и насилию. В результате должен быть облегчён гуманитарный доступ ко всем нуждающимся сирийским гражданам.

Главное же – создаются условия для запуска подлинного политического процесса через широкий межсирийский диалог в Женеве под эгидой ООН.

Новейшая история, к сожалению, знает немало примеров, когда односторонние, без санкции ООН, действия в угоду сиюминутным политическим или конъюнктурным интересам приводили к драматическим результатам. Эти примеры у всех на слуху: Сомали, Ирак, Ливия, Йемен.

На этом фоне российско-американские договорённости по прекращению огня в Сирии, их совместная реализация в координации со всеми странами – участницами Международной группы поддержки Сирии способны стать примером ответственных, основывающихся на нормах международного права и принципах ООН действий мирового сообщества против угрозы терроризма.

Хотел бы надеяться, что и сирийское руководство, и все наши партнёры в регионе и за его пределами поддержат выбранный представителями России и США алгоритм действий.

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из интервью Президента В.В. Путина немецкому изданию Bild, Сочи, 5 января 2016 года

Президент Б.Асад совершил немало ошибок в ходе развития конфликта в Сирии. Но разве мы с вами не знаем, что конфликт не приобрел бы такого масштаба, если бы изначально не был поддержан извне в огромных количествах деньгами, оружием, боевиками? В таких конфликтах, конечно, к сожалению, к огромному сожалению, страдает мирное население.

Но кто несёт ответственность за это? Правительство, которое стремится сохранить суверенитет и борется с этими антиконституционными действиями, либо те, кто организует такую вооружённую борьбу с правительством?

И по поводу: союзник Б.Асад, не союзник, чего мы хотим в Сирии. Знаете, я Вам скажу точно, чего мы не хотим: мы не хотим, чтобы ситуация в Сирии развивалась так, как она в Ливии развивалась или в Ираке. Надо отдать должное, я уже говорил об этом Президенту А.ас-Сиси в Египте, если бы он не взял на себя ответственность, не проявил мужество и не взял бы контроль над страной в свои руки, то и в Египте могло произойти то, что в Ливии происходило. На мой взгляд, нужно стремиться всеми силами к тому, чтобы укрепить легитимную власть в странах региона. Это касается Сирии. Восстановить и укрепить складывающиеся структуры власти в такой стране, как Ирак, и в такой стране, как Ливия. Добиться стабилизации в такой стране, как Сомали, скажем, и в других странах. Укрепить власть в Афганистане. Но это не значит, что нужно оставить всё как есть. На базе этой стабилизации нужно, конечно, проводить политические реформы.

Что касается Сирии, то я считаю, что нужно двигаться по направлению к конституционной реформе. Это сложный процесс, конечно. А затем на базе новой Конституции провести досрочные выборы и президента, и парламента. И только сам сирийский народ должен определить, кто и как будет управлять страной. Только в этом случае можно будет создать ситуацию стабильности, безопасности, создать условия для роста экономики и благосостояния людей, создать условия для того, чтобы они не бежали в Европу, а жили в своих собственных домах на своей собственной родине.

Вопрос: Но Б.Асад, по Вашему мнению, является легитимным руководителем, если он допускает уничтожение собственного населения?

В.Путин: Он не стремится к уничтожению собственного населения. Он борется с теми, кто пришёл к нему с оружием в руках. А если от этого страдает мирное население, то я думаю, что прежде всего ответственность за это несут те, кто борется с ним с оружием в руках, и те, кто помогает вооружённым формированиям.

 

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

 

Из Ежегодной пресс-конференции Президента В.В. Путина, Москва, 17 декабря 2015 года

Судьба Президента Сирии. Я много раз говорил и хочу ещё раз повторить. Мы никогда не согласимся с тем, что кто‑то со стороны, где бы то ни было будет кому бы то ни было навязывать, кто должен где руководить. Это просто абсолютно не укладывается ни в какой‑то здравый смысл, ни в международное право. И мы, конечно, с госсекретарём Дж.Керри говорили на этот счёт. Наша позиция не меняется, она является принципиальной. Мы считаем, что только сирийский народ должен определить, кто им должен управлять и по каким стандартам, по каким правилам.

 

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru