11.02.1909:33

Интервью заместителя Министра иностранных дел России О.В.Сыромолотова газете «Известия», опубликованное 11 февраля 2019 года

251-11-02-2019

Вопрос: В 2015 году появился пост замглавы МИД, отвечающего за противодействие терроризму. Вы стали первым человеком, кто занял эту должность. Ранее Вы были заместителем директора ФСБ и возглавляли оперативный штаб по обеспечению безопасности на Олимпиаде в Сочи. В отличие от работников спецслужб дипломаты всегда находятся на виду, да и в работе применяют другие средства. Почему проблемы терроризма с недавнего времени более пристально рассматриваются еще и в МИД, и чем Ваша работа в дипведомстве отличается от специфики спецслужб?

Ответ: Вы правы, вопросы обеспечения безопасности Российской Федерации являются одними из приоритетных и для Министерства иностранных дел. В свое время в связи с нарастающими разноплановыми угрозами терроризма стала очевидна потребность в активизации международного сотрудничества по противодействию им, в том числе по линии внешнеполитических ведомств. Работая на этом направлении, мы оказываем дополнительную действенную помощь российским правоохранительным органам, спецслужбам, вооруженным силам по решению широкого круга задач борьбы с терроризмом. Да и собственно на международных площадках осуществляется значительный объем «антитеррористической работы»: от выработки соответствующих правовых норм до обмена оценками, информацией в отношении террористических угроз и передовым опытом по их преодолению. Эффективное участие России в такой работе объективно требует скоординированного межведомственного подхода, который во многом и обеспечивает МИД России.

С учетом этих обстоятельств введение в МИД должности заместителя министра, который курировал бы международное сотрудничество по вопросам борьбы с терроризмом, было логичным шагом.

В целом практика подтвердила, что дипломатической работе на данном направлении необходима серьезная профессиональная поддержка, знания специфики борьбы с терроризмом на национальном уровне, опыт проведения переговоров с практиками антитеррора из других стран. Моя задача состоит, в частности, в обеспечении указанной поддержки с учетом опыта работы в специальных службах, а также в более качественном сопряжении дипломатических и прикладных усилий в противодействии терроризму.

Вопрос: Лидеры всех стран признают, что терроризм – это общий враг, а потому необходимость сотрудничать хотя бы на уровне обмена информацией сомнению не подлежит. Насколько политика влияет на это взаимодействие, и с какими странами у России наиболее развито сотрудничество по борьбе с терроризмом, а с какими – наименее?

Ответ: Международное контртеррористическое сотрудничество в идеале должно выстраиваться на равноправной партнерской основе без искусственных ограничений для достижения искомого результата – снижения угрозы терроризма, которая, к сожалению, сохраняет сегодня свой чрезвычайно острый характер.

Государствами, мировым сообществом в лице ООН по сути выработаны необходимые решения, которые, в случае эффективного выполнения, позволили бы уничтожить терроризм, во всяком случае, как широкомасштабное явление и глобальную опасность.

Проблема терроризма с его нынешним «процветанием» и «взлетом» – в том, что ряд государств так до сих пор и не поставили борьбу с этой угрозой выше собственных политических, внешнеполитических, геополитических задач, которые подразумевают дестабилизирующее вмешательство во внутренние дела других государств и получение от этого экономических, политических и иных выгод. Поддержка террористам по-прежнему оказывается как прямым образом (материальным снабжением, оружием, деньгами), так и косвенным – пропагандистским, политическим содействием.

В современной контртеррористической повестке дня одним из ярчайших примеров политического лицемерия является вопрос оценки деятельности в Сирии активистов «Белых касок», которых активно поддерживает Запад, а российская сторона считает ничем иным, как провокаторами, пособниками опаснейших террористических группировок, скрывающимися за «гуманитарным» обличием, преступниками, нацеленными на срыв контртеррористических усилий сирийского правительства и содействующей ему России.

Все это уже давно нами называется «двойными стандартами» в международном антитерроре, которые осложняют сотрудничество в этой сфере.

Тем не менее, Россия активно развивает контртеррористическое взаимодействие с широким кругом партнеров на двусторонней основе и по линии международных организаций и форумов, прежде всего ООН, СНГ, ОДКБ, ШОС, БРИКС. Сотрудничаем с ключевыми антитеррористическими игроками, включая западные страны, с которыми вновь энергично налаживаем контакты после их «заморозки», произошедшей, как известно, не по нашей вине.

Несмотря на то, что наши отношения с одними партнерами традиционно складываются легче, чем с другими, последовательно выступаем за налаживание равноправного и взаимовыгодного сотрудничества, формирование единого фронта в борьбе с терроризмом в соответствии с инициативой, выдвинутой в ходе 70-й сессии Генассамблеи ООН Президентом России В.В.Путиным.

Вопрос: Вы рассказывали, что Россия предупреждала США о деятельности братьев Тамерлана и Джохара Царнаевых еще за год до того, как в апреле 2013-го они совершили теракт в Бостоне. Тогда российскую информацию в Штатах, похоже, в расчет не приняли. Расскажите, пожалуйста, о ситуациях, когда данные в распоряжении Москвы помогли предотвратить теракты за рубежом и когда для России критически важными оказались данные зарубежных партнеров?

Ответ: Обмен информацией о готовящихся террористических актах, как правило, осуществляется по линии правоохранительных органов и спецслужб. Также ведется такой обмен в рамках взаимодействия по линии Министерства обороны России. Хочу отметить, что информационный обмен в этой сфере в настоящее время активизировался. Министерство иностранных дел в рамках своей компетенции активно участвует в нем, в том числе в рамках переговорного процесса на различных площадках, где мы доводим до наших партнеров информацию о складывающейся обстановке в тех или иных регионах, конкретных терорганизациях и их членах.

В случае с братьями Царнаевыми ФСБ России действительно 2 раза направляла ФБР информацию об их деятельности ещё в 2011 г. Сначала ответов от американской стороны не было, но потом США заявили, что «сами разберутся» со своими гражданами. В результате произошла всем известная трагедия.

Мы также располагали информацией о подготовке к совершению террористических акций в отношении объектов энергетического комплекса в Санкт-Петербурге во время саммита «восьмерки» в 2006 году гражданином США. Тогда после передачи данных сведений американцам, они отреагировали мгновенно и привлекли указанное лицо к уголовной ответственности.

Есть и ещё примеры конструктивного и, что важно, результативного взаимодействия. Так, во время подготовки и проведения Олимпиады-2014 в Сочи американские спецслужбы установили с нами реальные партнерские отношения и помогали в обеспечении безопасности. Кроме того, мы признательны американским коллегам из ЦРУ за предоставление информации, которая помогла предотвратить теракты в Санкт-Петербурге 17 декабря 2017 г. Российский президент В.В.Путин специально позвонил тогда своему американскому коллеге, чтобы поблагодарить за это сотрудничество.

Вопрос: Чемпионат мира по футболу в России высоко оценили как россияне, так и иностранные болельщики. Накануне события Вы подробно рассказали о мерах безопасности на ЧМ. Сколько реальных террористических актов тогда удалось предотвратить, и обращались ли к Москве после ЧМ «за советом» другие страны, где подобные масштабные мероприятия еще только предстоят?

Ответ: Россия действительно обладает успешным опытом проведения международных спортивных мероприятий. Антитеррористическая защищенность Чемпионата мира по футболу в нашей стране была полностью обеспечена. Процедуры, связанные с безопасностью, были надежны и не создавали излишних неудобств. Очень важно, что за все это время не было допущено ни одного серьезного происшествия. Это результат профессиональной, слаженной работы российских компетентных органов и спецслужб в сотрудничестве с их иностранными коллегами. Уверены, что такое взаимное доверие и опыт взаимодействия правоохранительных органов и специальных служб исключительно важны сегодня.

Немного цифр. В совместной работе по обеспечению безопасности в ходе подготовки и проведения Чемпионата мира по футболу приняли участие 126 представителей из 55 спецслужб и правоохранительных органов из 34 государств мира.

В рамках подготовки было проверено более 2 миллионов человек, задействованных в строительстве и подготовке объектов, организации турнира, осуществлено более 400 проверок 194 объектов инфраструктуры на предмет радиационной, химической, биологической, взрывной безопасности. Доказала эффективность система идентификации футбольных болельщиков с изготовлением персонифицированных карт, а также интегрированная с ней система контроля доступа на стадионы. Это позволило проконтролировать въезд болельщиков в Россию в безвизовом режиме, обеспечить отслеживание лиц, представляющих угрозу для безопасности. В преддверии Чемпионата было нейтрализовано почти 25 миллионов кибератак и иных преступных воздействий на информационную инфраструктуру России, так или иначе связанную с проведением значительного спортивного мероприятия.

В настоящее время мы готовимся к проведению зимней Универсиады в Красноярске, где будет использован весь опыт проведения как Олимпиады 2014 года в Сочи, так и Чемпионата мира по футболу 2018 года.

В целом, по итогам 2018 г. в России значительно сократилось число совершенных терактов и других преступлений террористической направленности. В ходе контртеррористических операций и оперативно-боевых мероприятий по информации ФСБ нейтрализованы 65 бандитов, в том числе 10 главарей. Задержаны 236 бандитов, 589 пособников и 36 главарей. Пресечена деятельность 37 террористических ячеек, вынашивавших намерения организовать теракты на территории Дагестана, Ингушетии, Чеченской Республики и Ставропольского края. Не допущен въезд более 60 российских и иностранных граждан в зоны вооруженных конфликтов на Ближнем Востоке.

x
x
Дополнительные инструменты поиска