12.02.1611:59

Вступительное слово и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на совместной пресс-конференции с Госсекретарем США Дж.Керри и спецпосланником Генсекретаря ООН по Сирии С. де Мистурой по итогам встречи с членами Международной группы поддержки Сирии, Мюнхен, 11 февраля 2016 года

243-12-02-2016

  • en-GB1 ru-RU1

Уважаемые дамы и господа,

В дополнение к тому, что сказал мой коллега Госсекретарь США Дж.Керри, хотел бы присоединиться к словам признательности в адрес наших германских хозяев и поблагодарить команду ООН за приложенные усилия.

Встреча была своевременной, так как нас тревожила серия проблем, возникшая с выполнением договоренностей, которые были достигнуты на наших предыдущих встречах. Главным итогом сегодняшнего заседания я считаю безусловное подтверждение резолюции 2254 Совета Безопасности ООН во всей ее полноте. Это касается гуманитарных аспектов, политического процесса, борьбы с терроризмом и вопросов прекращения огня, за исключением, конечно же, террористических организаций, признанных таковыми Советом Безопасности ООН.

Мы рассмотрели все проблемы, которые на данный момент тормозят выполнение резолюции. Дж.Керри в своем выступлении сказал о некоторых из них. Особое внимание, по понятным причинам, мы уделили ухудшающейся гуманитарной обстановке, для улучшения которой, как и для выполнения всех других наших договоренностей, необходима по-настоящему совместная коллективная работа, за которую мы выступаем с самого начала нашей военно-воздушной операции в Сирии и к пониманию необходимости которой все больше приходят наши партнеры. Нас это радует.

Что касается гуманитарных проблем, мы довольны, что сегодня удалось договориться о принципах их разрешения и о том, что доступ будет обеспечен по всей территории, во все без исключения осажденные районы. Это будет делаться в комплексе, чтобы никого не дискриминировать и не решать проблемы одной части Сирии за счет игнорирования других проблем в других районах этой страны. В частности, нас тревожило, что предыдущие усилия ООН, когда подобные решения прорабатывались вместе с Правительством и оппозицией очень часто срывались по вине последней. Мой американский коллега упоминал Мадаю, Фуаа, Кафраю. По этим трем населенным пунктам ООН очень долго и тщательно работала вместе с Международным комитетом Красного Креста (МККК), чтобы синхронно обеспечить доставку гуманитарной помощи в каждый из них. Правительство отвечало за доставку помощи в Мадаю, оппозиция обещала открыть путь для гуманитарных поставок в Фуаа и Кафраю. В прошлом месяце Правительство выполнило свою часть обязательств, а оппозиция от своих обещаний отказалась. ООН и МККК были вынуждены сделать соответствующие заявления с осуждением подобных отходов от договоренностей. Теперь, когда мы записали необходимость комплексного решения всех этих проблем, я надеюсь, и у оппозиции, и у тех, кто контролирует ее различные группы не будет больше причин, чтобы «отлынивать» от своих обязательств.

Как сказал Дж.Керри, мы договорились создать целевую группу, которая встретится уже завтра в Женеве и будет работать регулярно под сопредседательством России и США, с участием экспертов. Ее цель – помогать ООН и другим гуманитарным агентствам выполнять их обязательства по отношению к гражданскому населению. Разработан механизм, который позволит объективно рассматривать возникающие сложности и находить быстрые решения соответствующих ситуаций. Как записано в сегодняшних документах, мы будем работать с Правительством и оппозиционными группировками, имеющими контакты с нами, и рассчитываем, что США, страны региона и другие участники Международной группы поддержки Сирии будут использовать свое влияние на соответствующие оппозиционные группы, чтобы они в полной мере сотрудничали с ООН. У нас есть общая решимость помочь облегчить страдания сирийского народа, и мы надеемся, что это будет сделано. Это особенно важно с учетом того, что некоторые из последних мероприятий по решению гуманитарных проблем в Сирии касались только беженцев и не затрагивали судьбу огромного количества внутренне перемещенных лиц.

Поэтому у нас есть основание надеяться, что мы сегодня сделали полезное дело, которое воплотится в практические дела. Мы приветствуем готовность США и ряда других стран присоединиться к операциям по десантированию гуманитарной помощи с самолетов в Дэйр-эз-Зор, которые проводит российская сторона вместе с Правительством Сирии, где находится в осадном положении самое большое количество гражданских лиц. Мы также договорились использовать парашютирование гуманитарной помощи и в других отдельных районах, где ситуация позволяет это сделать. Однако основную часть усилий придется прилагать «на земле».

Другим важным достижением сегодняшней встречи является вопрос прекращения огня и в качестве первого шага – прекращение вооруженного противостояния. Это непростая задача – слишком много игроков участвует в военных действиях. Важно использовать уникальный потенциал МГПС, который объединяет практически все страны, так или иначе оказывающие влияние на воюющие стороны «на земле».

Мы договорились за неделю подготовить модальности, которые будут определять режим прекращения вооруженных действий. Исходим из того, что за это время Правительство Сирии и оппозиционные группы смогут принять необходимые меры для подготовки к прекращению вооруженных действий, а модальности будут разрабатываться еще одной целевой группой, которая также сегодня создана и будет работать под сопредседательством России и США. В ее состав будут входить дипломаты и военные, без которых очень трудно решать практические вопросы. Модальности, которые предстоит разработать, важны. Также выделю договоренность о том, что мандат этой целевой группы, в частности, будет включать определение общих подходов в отношении территорий, которые находятся под контролем ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусры» и прочих террористических группировок, которые квалифицируются в качестве таковых Советом Безопасности ООН.
Все эти месяцы мы имели достаточно эмоциональную дискуссию о том, кто наносит удары по правильным и неправильным целям, неоднократно предлагали профессионально заниматься этим вопросом. Теперь с договоренностью о том, что целевая группа будет определять в том числе и районы, которые занимает ИГИЛ и «Джабхат ан-Нусра», а также другие террористы, мы сделали очень важный практический шаг в этом направлении. Хотел бы отметить, что впервые в нашей работе в принятом сегодня документе закреплена необходимость сотрудничества и координации не только по политическим и гуманитарным вопросам, но и по военному измерению сирийского кризиса. Это качественное изменение в подходах, и мы его приветствуем и неоднократно выступали за это.

Не менее важно четкое подтверждение в сегодняшнем документе необходимости полностью выполнять резолюции СБ ООН, которые требуют прекратить потоки террористов, боевиков из иностранных государств, нелегальную торговлю нефтью и прочую контрабанду. Это важное напоминание резолюции Совета Безопасности в полном объеме.

Подчеркнута и задача возобновления переговорного процесса, который был приостановлен в условиях, когда часть оппозиции заняла совершенно не конструктивную позицию и пыталась выдвигать предварительные условия. Мы записали, что переговоры должны возобновиться как можно скорее, без каких-либо ультиматумов, в полном соответствии с резолюцией 2254 СБ ООН и должны включать в себя широкий спектр оппозиционных сил. Как вы знаете, не все из реальных оппозиционеров из отдельных групп сирийского населения получили приглашение на эти переговоры. ООН будет, как мы сегодня подтвердили, строго руководствоваться принципами, закрепленными в резолюции 2254.

В заключение хотел бы поддержать то, чем Госсекретарь Дж.Керри завершил свое выступление. Реальной проверкой «на прочность» всех наших действий будет способность уважать свои обязательства и выполнять то, о чем договорились. К сожалению, эта проблема возникает не только в контексте сирийского кризиса. Мы постоянно сталкиваемся с недоговороспособностью некоторых наших партнеров. Я уже упоминал о попытках переиначить резолюцию 2254. С аналогичными подходами мы сталкиваемся и когда, к примеру, рассматриваем ход резолюции СБ ООН, которая утвердила «Комплекс мер» по урегулированию кризиса на Украине, а также по другим вопросам. Я даже не говорю про проблему Палестины. Мы должны как-то научиться не просто достигать компромиссов, но и выполнять другие договоренности, которые в них закреплены. Когда после достижения договоренностей, одна из сторон пытается искать причины по невыполнению принятых решений, это не приносит пользу делу. Настоящим испытанием «на прочность» будет выполнение нами того, о чем мы сегодня договорились в полном объеме, а не только в тех компонентах, которые удобны кому-то одному или одной группе из числа участников МГПС.
Мы также договорились, что наша группа будет продолжать «Венский процесс». Проблем не становится меньше. Если удастся добиться прогресса на направлениях, о которых сегодня договорились, это поможет нам решать и другие задачи, вытекающие из резолюции 2254.

Вопрос (адресован Министру иностранных дел России С.В.Лаврову, Госсекретарю США Дж.Керри, спецпосланнику Генсекретаря ООН по Сирии С. де Мистуре): Можете ли вы дать определение, чем прекращение огня отличается от прекращения военных действий?

Вопрос (адресован Госсекретарю Дж.Керри): Как Вы упомянули, российские бомбардировки в последние несколько недель усилили позиции Б.Асада и его союзников и позволили ему установить фактический контроль над Алеппо впервые за 4 года. Если удастся остановить военные действия, то такое «замораживание» ситуации даст возможность Б.Асаду хорошую возможность управлять страной спустя годы после того, как Президент США Б.Обама заявил, что Б.Асад должен уйти?

Вопрос (адресован С.В.Лаврову): Что бы Вы могли ответить гуманитарным организациям, которые в один голос говорят о том, что в результате российских бомбардировок в Сирии каждый день гибнут мирные люди? По заявлениям Вашего правительства, это не так. Получается, что гуманитарные организации говорят неправду?

С.В.Лавров: Что касается разницы терминов «прекращение огня» и «прекращение военных действий», резолюция Совета Безопасности ООН говорит только о прекращении огня. Этот термин не очень нравится некоторым участникам МГПС. Это к вопросу о том, как надо выполнять то, о чем договаривались и не пытаться каждый раз переделывать достигнутый консенсус, чтобы добиться каких-то односторонних преимуществ. Мы согласились с этим, потому что четко записано, что это первый шаг на пути к прекращению огня. Дж.Керри объяснил, что разница, по большому счету, невелика. Однако, эта терминологическая игра из той же серии, что и заявления о существовании некого плана «Б» и о том, что пора готовить наземные войска. Это очень «скользкая дорожка». Говорят, что это нужно, чтобы победить ИГИЛ. Нет никаких сомнений, что это приведет лишь к обострению конфликта. Тем более, что у многих стран, в том числе и у США т.н. «проблема Б.Асада» по-прежнему остается в центре внимания, хотя мы четко записали в резолюции СБ ООН и повторили сегодня, что судьбу Сирии будет решать только сирийский народ. Политический процесс должен осуществляться на основе взаимного согласия Правительства и всего спектра оппозиции. Мы сегодня много говорили об Алеппо. В наш адрес звучали обвинения, которые я не буду повторять, они звучат ежедневно.

Вы упомянули о неких гуманитарных агентствах, которые, как Вы сказали, говорят, что Россия каждый день убивает гражданских лиц. Я не слышал таких заявлений от гуманитарных агентств ООН, поэтому я не могу сказать, врут ли они. Но кое-кто врет. Не хотелось бы ошибиться, по-моему, британское уважаемое издание взяло интервью у Пан Ги Муна и опубликовало его с нечистоплотными извращениями того, что он сказал. В этом интервью Генеральный секретарь ООН ни разу не упомянул Россию и призывал лишь к прекращению любых действий, которые ведут к страданиям гражданского населения, а интервьюер позволил себе вложить в уста Пан Ги Муна утверждение о том, что он якобы все это адресовал России. Таким образом, можно сказать, что врут, но не гуманитарные агентства. С такими организациями мы сотрудничаем. К слову, если Вы с ними пообщаетесь, и если они не будут под давлением, они признают, что сотрудничество в решении гуманитарных проблем со стороны Правительства Сирии гораздо более эффективно, чем со стороны оппозиции. Сейчас многие просто пытаются не создавать впечатление, что они находятся вне мейнстрима, который, к сожалению, создается в прессе и стремится отвлечь внимание от того, что является главным для всех нас – не допустить, чтобы ИГИЛ реализовал свои преступные планы. Опять все пытаются свести к смене режима, как будто не было Ирака и Ливии. По-прежнему, кое-кто живет иллюзиями – «сменим режим в Сирии, и все будет хорошо».

Что касается Алеппо, Дж.Керри сказал, что его тревожат, как он выразился, последние «агрессивные» действия Правительства. Если освобождение города, который заняли незаконные вооруженные формирования, можно квалифицировать как агрессию, ну, наверное... Но наступать на тех, кто завоевал твою землю, необходимо. Тем более, что это делали, прежде всего, «Джабхат-ан-Нусра». В этом районе до сих пор западные пригороды Алеппо контролируются «Джабхат-ан-Нусрой», «Джеиш-аль-Исламом» и «Ахрар-аш-Шамом». Ликвидированный лидер «Джеиш-аль-Ислама» З.Алюш достаточно ярко высказывал идеологию этого движения. Современные средства коммуникации позволят вам найти их в Интернете. Он говорил, что нужно весь Левант избавить от «нечисти и грязи», имея в виду и прямо называя алавитов, которые, по его словам, еще более неверные, чем евреи и христиане. Он также сказал, что его братьями являются бойцы «Джабхат-ан-Нусры», с которыми он воюет плечом к плечу против общих врагов. Вот такие ребята сейчас находятся вокруг Алеппо, по крайней мере с западной стороны. С востока правительственные силы при нашей помощи уже обеспечили разблокирование этого города, и, по нашим данным, те, кто бежит из этого района, это боевики, которые спасаются. Не будем также забывать, что все, кто находятся вокруг Алеппо – «Джабхат-ан-Нусра», «Ахрар-аш-Шам», «Джеиш-аль-Ислам» и отдельные более умеренные группировки – снабжаются по одному маршруту, из одной точки на территории Турции. Так что этот фактор надо тоже иметь в виду, поскольку резолюция СБ ООН, предшествующая резолюции 2254, запрещает любые поставки, которые поддерживают террористические группировки.

Вы, наверное, можете сделать вывод, что в оценках происходящего у нас с Дж.Керри не все совпадает. Различия действительно есть. Именно поэтому для прояснения этих, как и многих других вопросов ключевым является налаживание прямых контактов не только по процедурам избежания инцидентов, но и сотрудничеству в Сирии между военными – коалицией, которую возглавляют США, и российскими военными, которые работают в Сирии по приглашению законного правительства. Мы будем исходить из этого. Повторю, у меня нет ни малейших сомнений, что если то, о чем мы сегодня договорились, а именно будут налажены такие контакты и сотрудничество между военными, практические вопросы будут решаться эффективно. Просто голословно заявлять, что в течение пяти месяцев мы делаем что-то не то и категорически отказываться садиться и смотреть с картами в руках на факты – это не подход, а пропаганда. Пропаганда была популярна в нашей стране в советское время. Сейчас мы, слава Богу, от этого отказались, но видим многие проявления аналогичных тенденций в СМИ других странах. Наверное, нужно с этим заканчивать и вместо того, чтобы друг в друга каждый раз показывать пальцем, понять наконец что у нас есть общий враг. Все озабоченности своим имиджем накануне очередных выборов или просто в связи с какими-то внутриполитическими событиями в той или другой стране нужно отложить в сторону и заниматься не геополитическими играми, а решением проблемы, которая стала по-настоящему экзистенциальной для человеческой цивилизации.

Вопрос: Будет ли и в какой мере продолжаться операция ВКС России в случае наступления перемирия? Повлияет ли достигнутая договоренность на объем этой операции? Вы говорили о контактах при создании целевой группы, которой под председательством США и России надлежит совместно определять районы применения военных действий. Означает ли это действительно переход к более тесной координации усилий военных на территории Сирии, которая до сих пор практически не имела места, хотя Россия выражала в этом свою заинтересованность?

С.В.Лавров: В наших документах записано, и мы сказали об этом: перемирие не будет распространяться на ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусру» и другие аффилированные с ними организации, которые признаны террористическими решением Совета Безопасности ООН. Поэтому наши ВКС будут продолжать работать против этих организаций.

Насчет целевой группы, которая создается для выработки модальностей и последующего наблюдения за соблюдением условий перемирия с участием военных, я думаю, что это будет помогать эффективно решать многие вопросы и снимать недоразумения и недопонимания. Мы считаем это одним из наиболее важных результатов сегодняшней встречи.

Вопрос (адресован Государственному секретарю США Дж.Керри): Г-н Керри, Вы говорили об имплементации того, что Вы назвали «прекращением огня». Какие обязательства взяла на себя Россия? В течение прошлых двух недель мы видели, что эскалация и воздушные бомбардировки привели к гуманитарному кризису, и около 60000 беженцев скопились у границ с Турцией. Какие обязательства взяла на себя российская сторона по деэскалации конфликта?

С.В.Лавров (отвечает после Государственного секретаря США Дж.Керри): Поскольку Государственный секретарь США Дж.Керри сказал, что на первый вопрос было бы правильно ответить мне, я подтвержу то, что мы уже вам сообщили, – вы можете прочесть это в документе, который сегодня был принят, а именно, то что ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусра» и другие террористические структуры, которые в качестве таковых определены Советом Безопасности ООН, ни под какое перемирие не подпадают. Поэтому мы и возглавляемая США коалиция, как я понимаю, будем продолжать бороться с этими структурами. Главная задача заключается в том, чтобы перемирие состоялось по согласию Правительства САР и оппозиции, – об этом прямо записано (не по моей инициативе и не по инициативе Государственного секретаря США Дж.Керри, а по инициативе одной делегации, о которой Джон упоминал в другом контексте), что перемирие не может начаться немедленно, оно начнется через неделю, если Правительство САР и оппозиция проработают необходимые меры. Да, наверное, придется оказывать влияние на сирийские стороны, надеюсь, что такое влияние будет оказано всеми на сирийское правительство и на различные группы оппозиции. Но, повторяю, террористы исключены.

Насчет приверженности договоренностям, я бы очень хотел, чтобы эта приверженность была универсальной. Я уже говорил, что согласен с Государственным секретарем США Дж.Керри в том, что испытание нас на эффективность заключается в том, как выполняются принятые решения. Я уже напоминал о том, что сразу, после того как было принято Женевское коммюнике от 30 июня 2012 года, мы убедили правительство Б.Асада работать на его основе, а оппозиция сказала, что они этим заниматься не будут, что их это не устраивает. Мы принесли Женевское коммюнике в Совет Безопасности ООН. Наши западные партнеры отказались его одобрять. Потребовалось больше года, прежде чем Совет Безопасности ООН в итоге его одобрил. Я не хочу выглядеть льстецом, но только с приходом Дж.Керри на должность Государственного секретаря США, мы почувствовали стремление Соединенных Штатов реанимировать эти договоренности, которые были заключены в 2012 г.. еще до Джона.

Не будем забывать, что Женевское коммюнике гласит, что принципом решения политических проблем Сирии является договоренность о переходных положениях на основе взаимного согласия Правительства САР и всего спектра оппозиции. Если мы говорим о приверженности обязательствам и договоренностям, нужно все это подтверждать в комплексе, а не выдергивать только одно слово, как любят делать некоторые наши партнеры: мол, должен быть «переход», подразумевая смену режима. А о том, что «переход» должен быть на взаимном согласии правительства и широкого спектра оппозиции, об этом предпочитают не упоминать, считают, что возможно сформировать делегацию оппозиции, которая представляет лишь часть зарубежных оппонентов режима, а остальных можно сделать консультантами. Так не получится. Я уверен, что тот недвусмысленный мандат, который содержится в Женевском коммюнике и в резолюции 2254 Совета Безопасности ООН будет уважаем со стороны наших ооновских коллег, которым принадлежит центральная роль в организации политического процесса.

Дополнительные материалы

Видео

Фотографии

Показывается результатов: 2.
  • 1
x
x
Дополнительные инструменты поиска