26.09.1819:54

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на заседании СБ ООН под председательством Президента США Д.Трампа, Нью-Йорк, 26 сентября 2018 года

1752-26-09-2018

  • en-GB1 ru-RU1

Уважаемый господин Президент,

Уважаемые коллеги,

В современном мире эффективная борьба с распространением оружия массового уничтожения приобретает особое значение для поддержания глобальной и региональной стабильности для надежного обеспечения безопасности всех без исключения государств. Конструктивное взаимодействие в этой сфере – важный элемент усилий по формированию позитивной международной повестки дня.

Думаю, все согласны с тем, что резолюции Совета Безопасности ООН, предполагающие конкретные меры воздействия в отношении нарушителей режимов нераспространения, должны строго соблюдаться. Краеугольным камнем остается базовая резолюция 1540, в которой содержатся обязательства государств-членов принимать конкретные меры в целях недопущения попадания ОМУ и его компонентов в руки негосударственных субъектов. Особое значение имеют и принятые в её развитие решения СБ ООН, предусматривающие санкции за передачу любых видов вооружений террористам. Факты таких передач есть, их надо тщательно расследовать.

Как и пятьдесят лет назад, когда был открыт к подписанию Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), наша страна остается приверженной достижению цели избавления мира от ядерной угрозы. При этом необходим безусловный учет всех факторов, влияющих на стратегическую стабильность, а в процессе переговоров должны принимать участие все страны, обладающие военно-ядерным потенциалом. Устремления ряда стран к запрещению ядерного оружия в отрыве от основополагающих принципов ДНЯО не смогут увенчаться успехом и лишь создают двусмысленность в дальнейших подходах к нераспространению ОМУ.

Говоря о ДНЯО, не могу не упомянуть резолюцию 2231, которой СБ ООН одобрил Совместный всеобъемлющий план действий по урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы. Односторонний выход США из этого документа создает серьезную угрозу для режима нераспространения. Тем более, что, как многие уже до меня здесь подчеркивали, Тегеран четко следует взятым на себя в рамках СВПД обязательствам и это регулярно подтверждается МАГАТЭ.

Россия убеждена в необходимости сохранить СВПД, над чем мы сейчас активно работаем вместе с Ираном, Китаем и Евросоюзом. В противном случае мы можем столкнуться с ростом напряженности на всем Ближнем Востоке, чреватым рисками для региональной стабильности и режима нераспространения.

Развал СВПД был бы весьма контрпродуктивен и для предпринимаемых сейчас усилий по денуклеаризации Корейского полуострова, которые мы приветствуем и активно поддерживаем.

На пути ядерного нераспространения остаются и другие серьезные препятствия, имею ввиду решение США отложить на неопределенный срок, а может быть и навсегда, ратификацию ДВЗЯИ, отсутствие прогресса в выполнении решений государств-участников ДНЯО о создании на Ближнем Востоке ЗСОМУ.

Тревожная ситуация сложилась и в вопросах химического разоружения – прежде всего в связи с действиями ряда западных государств, выдвигающих против сирийских властей новые бездоказательные обвинения в использовании запрещенных отравляющих веществ. Предостерегаем от новых ударов по территории САР под очередным инсценированным предлогом. Это стало бы грубым нарушением Устава ООН, подрывающим усилия по продвижению политического урегулирования в этой многострадальной стране.

Правительство Сирии уничтожило весь свой арсенал химического оружия в соответствии с российско-американской договоренностью 2013 года, закрепленной в резолюции СБ ООН и решениях ОЗХО. А вот у террористических группировок боевые отравляющие вещества есть. Террористы научились их синтезировать, создают для этого лаборатории. Об этом давно предупреждали разведывательные службы, в том числе и американские.

Россия неоднократно предлагала выработать всеобъемлющую стратегию по борьбе с химическим терроризмом. В 2017 году в СБ ООН был внесен российско-китайский проект соответствующей резолюции. Не по нашей вине он не был рассмотрен. В более широком плане – еще в марте 2016 г. на Конференции по разоружению в Женеве мы представили проект Конвенции по борьбе с актами химического и биологического терроризма. Печально, что работа над этими документами искусственно блокируется – и все вы наверняка знаете, какими странами. Тем не менее, наши предложения по-прежнему остаются в силе.

Между тем деградирует ситуация в ОЗХО, где наши западные коллеги стремятся навязать её Техническому секретариату т.н. атрибутивные функции, грубо нарушая КЗХО и вторгаясь в прерогативы СБ ООН.

Параллельно нарастает ничем не подкрепленная – в стиле «хайли лайкли» – риторика в связи с «делом Солсбери». При этом Великобритания упорно уклоняется от неоднократно предлагавшегося нами совместного расследования, хотя именно этого требуют её обязательства в соответствии с КЗХО, Венской конвенцией о консульских сношениях 1963 г., двусторонней Консульской конвенцией 1965 г. и Европейской конвенцией о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 1959 г. Возникает вопрос: если не хотят сотрудничать, значит есть что скрывать? Вновь призываем Лондон к налаживанию конструктивного диалога с целью установления истины.

То, как развиваются события, дает основания полагать, что сегодня нельзя исключать ничего – в том числе и провокаций с использованием биологического оружия. Учитывая упомянутые попытки манипулировать статусом КЗХО, хочу предостеречь от искушения использовать в тех же целях и Конвенцию о биологическом и токсинном оружии. Напомню: в соответствии с ней право инициировать и проводить расследования принадлежит исключительно СБ ООН. Никаких «суррогатов» не предусмотрено и быть не может.

Напомню, кстати, что мы не раз предлагали согласовать механизм верификации соблюдения КБТО всеми её участниками. Однако США жестко блокировали это предложение и в итоге похоронили его окончательно.

Подобное желание сохранить свободу рук проявляется в условиях, когда режим КБТО подвергается дополнительным испытаниям в связи с наращиванием военной медико-биологической деятельности, в том числе на постсоветском пространстве. Призываем отказаться от милитаризации здравоохранения.

Россия последовательно выступает за укрепление КБТО. Реализуем с этой целью инициативы, включая формирование мобильных противоэпидемических отрядов в интересах быстрого реагирования на чрезвычайные ситуации биологического происхождения.

Уважаемые дамы и господа,
Господин Президент,

Диалог между Россией и США как двумя крупнейшими ядерными державами имеет особое значение для укрепления режима нераспространения ОМУ. Именно наши два государства стояли у истоков создания общих рамок многостороннего сотрудничества в целях противодействия попаданию ОМУ в руки негосударственных субъектов и борьбы с актами ядерного терроризма.

По-прежнему считаем такое взаимодействие принципиально важным не только для Москвы и Вашингтона, но и для всего мирового сообщества. Призываем не приносить это сотрудничество в жертву сиюминутным раскладам и конъюнктурным расчетам.

На прочной основе Устава ООН Россия всегда открыта к честной совместной работе в «пятерке» ядерных держав, со всеми другими странами в интересах укрепления глобальной стратегической стабильности. Рассчитываем, что шаг в этом направлении позволит сделать сегодняшнее заседание СБ ООН – ключевого органа по поддержанию международного мира и безопасности. Считаем в этой связи инициативу Президента США Д.Трампа по созыву этого заседания весьма своевременной.

Благодарю за внимание.

Дополнительные материалы

Видео

Фотографии

x
x
Дополнительные инструменты поиска